69 цитат: всё о «общество со смыслом»

69 цитат про «общество со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Даже если у него есть мораль, с которой вы не согласны, человек с сильным моральным кодексом — это тот, кто имеет большое преимущество в современном мире.

   Даже если у него есть мораль, с которой вы не согласны, человек с сильным моральным кодексом — это тот, кто имеет большое преимущество в современном мире.

   — Алан Мур
2. «

   Человек создан для общества. Он не способен и не имеет мужества жить один.

   Человек создан для общества. Он не способен и не имеет мужества жить один.

   — Уильям Блэкстоун
3. «

   Творец книги — автор, творец её судьбы — общество.

   Творец книги — автор, творец её судьбы — общество.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   В любом государстве найдутся люди, которых можно назвать слепыми фанатиками идеи общественного согласия. Преданные этой идее, они ради неё готовы на всё. На преступление тоже, поскольку цель, по их мнению, оправдывает средства и изменяет соотношения и значимости понятий. Они не убивают, нет, они спасают порядок. Они не истязают, не шантажируют — они обеспечивают интересы государства и дерутся за эти интересы. Жизнь единицы, если единица нарушает догму установленного порядка, для таких людей шелонга ломаного не стоит. А того, что общество, которому они служат, состоит именно из единиц, такие люди во внимание не принимают. Такие люди обладают так называемыми широкими взглядами... а широкие взгляды — это вернейший способ не замечать других людей.

   В любом государстве найдутся люди, которых можно назвать слепыми фанатиками идеи общественного согласия. Преданные этой идее, они ради неё готовы на всё. На преступление тоже, поскольку цель, по их мнению, оправдывает средства и изменяет соотношения и значимости понятий. Они не убивают, нет, они спасают порядок. Они не истязают, не шантажируют — они обеспечивают интересы государства и дерутся за эти интересы. Жизнь единицы, если единица нарушает догму установленного порядка, для таких людей шелонга ломаного не стоит. А того, что общество, которому они служат, состоит именно из единиц, такие люди во внимание не принимают. Такие люди обладают так называемыми широкими взглядами... а широкие взгляды — это вернейший способ не замечать других людей.

   — Анджей Сапковский · книга
5. «

   Все ошибки природы — невротики, сумасшедшие, преступники, алкоголики, трудные дети, самоубийцы, извращенцы и проститутки — ошибки лишь постольку, поскольку общество не заинтересовано в их исправлении.

   Все ошибки природы — невротики, сумасшедшие, преступники, алкоголики, трудные дети, самоубийцы, извращенцы и проститутки — ошибки лишь постольку, поскольку общество не заинтересовано в их исправлении.

   — Альфред Адлер
6. «

   Общество, единственная цель которого — забыть свои ошибки, не может выжить.

   Общество, единственная цель которого — забыть свои ошибки, не может выжить.

   — Край · игра
7. «

   Толпа никогда не стремилась к правде; она отворачивается от очевидности, не нравящейся ей, и предпочитает поклоняться заблуждению, если только заблуждение это прельщает ее. Кто умеет вводить толпу в заблуждение, тот легко становится ее повелителем; кто же стремится образумить ее, тот всегда бывает ее жертвой.

   Толпа никогда не стремилась к правде; она отворачивается от очевидности, не нравящейся ей, и предпочитает поклоняться заблуждению, если только заблуждение это прельщает ее. Кто умеет вводить толпу в заблуждение, тот легко становится ее повелителем; кто же стремится образумить ее, тот всегда бывает ее жертвой.

   — Гюстав Лебон · книга
8. «

   Мы исходим из того, что человеческое общество представляет собой рефлексивную полисистему, в которой идеи и представления, используемые людьми для осмысления своего прошлого и проектирования будущего, более реальны, чем фактическое положение дел. Представления есть реальность, а знания суть идеи-силы, влияющие на способы самоопределения и взаимодействия людей. В конечном счете, именно технологии мышления и понимания человеком самого себя и своего места в мире и закрепляющие их идеологии, получившие массовое распространение, становятся ведущим фактором исторического взлета и падения обществ и государств.

   Мы исходим из того, что человеческое общество представляет собой рефлексивную полисистему, в которой идеи и представления, используемые людьми для осмысления своего прошлого и проектирования будущего, более реальны, чем фактическое положение дел. Представления есть реальность, а знания суть идеи-силы, влияющие на способы самоопределения и взаимодействия людей. В конечном счете, именно технологии мышления и понимания человеком самого себя и своего места в мире и закрепляющие их идеологии, получившие массовое распространение, становятся ведущим фактором исторического взлета и падения обществ и государств.

   — Петр Георгиевич Щедровицкий
9. «

   То, что думают о тебе другие, никак не связано с тобой — лишь с ними.

   То, что думают о тебе другие, никак не связано с тобой — лишь с ними.

   — Джен Синсеро · книга
10. «

    Нельзя, чтобы тебя определяли другие люди!

    Нельзя, чтобы тебя определяли другие люди!

    — Доктор Грегори Хаус · сериал
11. «

    Сейчас, когда материя захлестнула наше общество, Чехов особенно нужен. Он появляется с палочкой, высокий, сгорбленный, одинокий, больной туберкулезом, и смотрит. Что он говорит? Ничего. Просто смотрит и молчит. И всем становится стыдно.

    Сейчас, когда материя захлестнула наше общество, Чехов особенно нужен. Он появляется с палочкой, высокий, сгорбленный, одинокий, больной туберкулезом, и смотрит. Что он говорит? Ничего. Просто смотрит и молчит. И всем становится стыдно.

    — Виктория Токарева · книга
12. «

    Гражданское общество дает нам пример как необычайной роскоши, излишеств, так и пример нищеты, и их общую черту физического и нравственного вырождения.

    Гражданское общество дает нам пример как необычайной роскоши, излишеств, так и пример нищеты, и их общую черту физического и нравственного вырождения.

    — Георг Гегель
13. «

    Нет, грубость гнездится не в книгах, а в семье и на улице. Я еще не видал человека, который научился бы сквернословить по книгам.

    Нет, грубость гнездится не в книгах, а в семье и на улице. Я еще не видал человека, который научился бы сквернословить по книгам.

    — Корней Иванович Чуковский · книга
14. «

    Общество требует, чтобы все люди соблюдали принятые нормы, но они постоянно нарушаются действиями или бездействием. Когда это происходит, будь то мелкие нарушения или самые тяжкие преступления, сурово караемые правосудием, предпринимаются всевозможные попытки для оправдания сделанного.

    Общество требует, чтобы все люди соблюдали принятые нормы, но они постоянно нарушаются действиями или бездействием. Когда это происходит, будь то мелкие нарушения или самые тяжкие преступления, сурово караемые правосудием, предпринимаются всевозможные попытки для оправдания сделанного.

    — Дарио Салас Соммэр · книга
15. «

    Общества всегда были олицетворением властного, так называемого нравственного начала, то есть призраками, к которым отдельный человек питал подобающий страх. Такие призраки обозначаются лучше всего наименованием «народа» или «народца»: народ праотцов, народ эллинов и т. д., наконец, народ людей вообще, или человечество; затем – разновидности этого «народа», который мог и должен был иметь свои особые общества – испанский, французский народ и т. д., а внутри них – сословия, города, словом, всякого рода корпорации и, наконец, в виде самого внешнего, самого последнего отпрыска, или маленького народца, – семья.

    Общества всегда были олицетворением властного, так называемого нравственного начала, то есть призраками, к которым отдельный человек питал подобающий страх. Такие призраки обозначаются лучше всего наименованием «народа» или «народца»: народ праотцов, народ эллинов и т. д., наконец, народ людей вообще, или человечество; затем – разновидности этого «народа», который мог и должен был иметь свои особые общества – испанский, французский народ и т. д., а внутри них – сословия, города, словом, всякого рода корпорации и, наконец, в виде самого внешнего, самого последнего отпрыска, или маленького народца, – семья.

    — Макс Штирнер · книга
16. «

    Если внушить одну и ту же иллюзию нескольким людям — так, чтобы они разделяли ее полностью, — для них она станет реальностью уже не субъективной, а объективной. Общей для всех. Это будет реальность, где они окажутся вместе. Они вступят в общение и начнут обсуждать свою коллективную галлюцинацию, укрепляя её каждой связанной с ней мыслью и сказанным про нее словом. Чем сильнее они будут убеждены в ее подлинности, тем прочнее и непоколебимее сделается их новый мир.

    Если внушить одну и ту же иллюзию нескольким людям — так, чтобы они разделяли ее полностью, — для них она станет реальностью уже не субъективной, а объективной. Общей для всех. Это будет реальность, где они окажутся вместе. Они вступят в общение и начнут обсуждать свою коллективную галлюцинацию, укрепляя её каждой связанной с ней мыслью и сказанным про нее словом. Чем сильнее они будут убеждены в ее подлинности, тем прочнее и непоколебимее сделается их новый мир.

    — Виктор Пелевин · книга
17. «

    Мы вскоре открыли, что общество более интересовалось последним скандалом, чем трагедиями Софокла или мудростью Платона.

    Мы вскоре открыли, что общество более интересовалось последним скандалом, чем трагедиями Софокла или мудростью Платона.

    — Мария Корелли · книга
18. «

    Постарайтесь, насколько это возможно, прощать других за ошибки. Однако если вы видите, что поведение человека действительно антисоциально, вы должны изменить его характер, предприняв в случае необходимости самые суровые меры. Помните, что сам человек не является для вас врагом, но его поведение враждебно вашему обществу.

    Постарайтесь, насколько это возможно, прощать других за ошибки. Однако если вы видите, что поведение человека действительно антисоциально, вы должны изменить его характер, предприняв в случае необходимости самые суровые меры. Помните, что сам человек не является для вас врагом, но его поведение враждебно вашему обществу.

    — Шри Шри Анандамурти · книга
19. «

    Наши родители, наши кормилицы, наши учителя, наши поэты, наши представления, общераспространенные предрассудки толпы развращают наш характер и отклоняют от истины. Все вместе расставляют сети нашему духу. Они принимают нас мягкими и гибкими; они сгибают нас и формируют по своему произволу. Но в особенности нас портит мать всех пороков, подражательница добру, сладострастие, которое, чтобы вернее расставить нам западни, прячется во всех наших чувствах.

    Наши родители, наши кормилицы, наши учителя, наши поэты, наши представления, общераспространенные предрассудки толпы развращают наш характер и отклоняют от истины. Все вместе расставляют сети нашему духу. Они принимают нас мягкими и гибкими; они сгибают нас и формируют по своему произволу. Но в особенности нас портит мать всех пороков, подражательница добру, сладострастие, которое, чтобы вернее расставить нам западни, прячется во всех наших чувствах.

    — Марк Туллий Цицерон · книга
20. «

    Не общество определяет будущее людей. А люди определяют будущее общества.

    Не общество определяет будущее людей. А люди определяют будущее общества.

    — Аканэ Цунэмори · аниме