Подборка «общество потребления» — 87 цитат

Тема «общество потребления» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 87 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Что надо делать в «Дыре»? — Очевидно, есть. Иногда это легко, иногда сложно — зависит от этажа, где ты находишься.

   — Что надо делать в «Дыре»? — Очевидно, есть. Иногда это легко, иногда сложно — зависит от этажа, где ты находишься.

   — Горенг · фильм
2. «

   — Вы что, правда думаете, что ваша культура лучше нашей? Вы убиваете животных и угнетаете женщин! — Это все равно лучше, чем часами смотреть, как миллионеры идут по красной ковровой дорожке на трибуне «Эмми»! — Да, чел, тут он нас сделал.

   — Вы что, правда думаете, что ваша культура лучше нашей? Вы убиваете животных и угнетаете женщин! — Это все равно лучше, чем часами смотреть, как миллионеры идут по красной ковровой дорожке на трибуне «Эмми»! — Да, чел, тут он нас сделал.
3. «

   На подоконнике стояла бутыль лимонаду. Этикетка хвастливо заявляла, что в нем нет никаких питательных веществ.

   На подоконнике стояла бутыль лимонаду. Этикетка хвастливо заявляла, что в нем нет никаких питательных веществ.

   — Курт Воннегут · книга
4. «

   Все люди, живущие в городе, живут по неверному времени и заставляют жить по нему даже того, у кого время правильное.

   Все люди, живущие в городе, живут по неверному времени и заставляют жить по нему даже того, у кого время правильное.

   — Асылан Смагулов · книга
5. «

   К сожалению, экономический рост не приносит долговременного ощущения удовлетворенности или счастья. В противном случае десятикратный рост глобального дохода на душу населения за последние два столетия привел бы к резкому повышению удовлетворенности. Факты говорят, что рост доходов приносит радость, но лишь в определенной мере и на некоторое время. За пределами удовлетворения базовых потребностей счастье — состояние относительное, которое а долгосрочной перспективе не имеет прямой связи с экономическим ростом. Оно зависит главным образом от того, как мы оцениваем собственную жизнь и достижения по отношению к другим людям своего круга. <...> Счастье зависит от того, как доход человека соотносится с доходом тех, кого он считает равными себе, или тех. кого он выбрал в качестве модели, а не от абсолютного размера получаемых материальных благ.

   К сожалению, экономический рост не приносит долговременного ощущения удовлетворенности или счастья. В противном случае десятикратный рост глобального дохода на душу населения за последние два столетия привел бы к резкому повышению удовлетворенности. Факты говорят, что рост доходов приносит радость, но лишь в определенной мере и на некоторое время. За пределами удовлетворения базовых потребностей счастье — состояние относительное, которое а долгосрочной перспективе не имеет прямой связи с экономическим ростом. Оно зависит главным образом от того, как мы оцениваем собственную жизнь и достижения по отношению к другим людям своего круга. <...> Счастье зависит от того, как доход человека соотносится с доходом тех, кого он считает равными себе, или тех. кого он выбрал в качестве модели, а не от абсолютного размера получаемых материальных благ.

   — Алан Гринспен · книга
6. «

   Единственное, чего мне хотелось и хочется, чтобы люди чувствовали себя более свободными от обстоятельств, т.е. чтобы человек сохранял скорее себя, нежели какой-то внешний комфорт.

   Единственное, чего мне хотелось и хочется, чтобы люди чувствовали себя более свободными от обстоятельств, т.е. чтобы человек сохранял скорее себя, нежели какой-то внешний комфорт.

   — Виктор Цой
7. «

   Мир вещей, заполнивший всё пространство человеческой жизни, диктует и формы отношений между людьми. Этот мир, где непосредственное общение заменяется общением через вещи, посредством вещей, среди которых сам человек не больше, чем вещь среди других вещей. И, как говорит пропаганда потребления, чтобы насладиться всем богатством жизни, «больше работай, чтобы больше покупать».

   Мир вещей, заполнивший всё пространство человеческой жизни, диктует и формы отношений между людьми. Этот мир, где непосредственное общение заменяется общением через вещи, посредством вещей, среди которых сам человек не больше, чем вещь среди других вещей. И, как говорит пропаганда потребления, чтобы насладиться всем богатством жизни, «больше работай, чтобы больше покупать».

   — Михель Гофман
8. «

   — Люди ни о чем не говорят. — Ну как это может быть! — Да-да. Ни о чём. Сыплют названиями — марки автомобилей, моды, плавательные бассейны и ко всему прибавляют: «Как шикарно!» Все они твердят одно и то же. Как трещотки. А в кафе включают ящики анекдотов и слушают всё те же старые остроты или включают музыкальную стену и смотрят, как по ней бегут цветные узоры, но ведь всё это совершенно беспредметно, так — переливы красок.

   — Люди ни о чем не говорят. — Ну как это может быть! — Да-да. Ни о чём. Сыплют названиями — марки автомобилей, моды, плавательные бассейны и ко всему прибавляют: «Как шикарно!» Все они твердят одно и то же. Как трещотки. А в кафе включают ящики анекдотов и слушают всё те же старые остроты или включают музыкальную стену и смотрят, как по ней бегут цветные узоры, но ведь всё это совершенно беспредметно, так — переливы красок.

   — Рэй Брэдбери · книга
9. «

   Что нам мешает жить? Во-первых, очень много ленивых людей – они просто не желают трудиться. Во-вторых, люди очень многого хотят. Вот это общество потребления – оно и формирует человека: вечно несытые, вечно недовольные. Для того чтобы человек был несчастлив, в нем нужно пробудить большие аппетиты, вот и все. То есть сытый, здоровый, одетый человек может быть несчастлив только потому, что он живет, например, не в Майами и не на яхте катается. Если в него поселишь какие-то ложные желания, то ты его сделаешь несчастным. И вот, люди ходят по свету, напичканные ложными желаниями: чего-то хотят, о чем-то мечтают, что-то требуют друг от друга и от жизни, трудиться не очень хотят, жертвенно служить кому-то или чему-то тоже не очень хотят – превратили жизнь в поиск удовольствий. И, конечно, если цель жизни – это удовольствия, то уже счастья в жизни нет. Тогда жизнь – это череда катастроф.

   Что нам мешает жить? Во-первых, очень много ленивых людей – они просто не желают трудиться. Во-вторых, люди очень многого хотят. Вот это общество потребления – оно и формирует человека: вечно несытые, вечно недовольные. Для того чтобы человек был несчастлив, в нем нужно пробудить большие аппетиты, вот и все. То есть сытый, здоровый, одетый человек может быть несчастлив только потому, что он живет, например, не в Майами и не на яхте катается. Если в него поселишь какие-то ложные желания, то ты его сделаешь несчастным. И вот, люди ходят по свету, напичканные ложными желаниями: чего-то хотят, о чем-то мечтают, что-то требуют друг от друга и от жизни, трудиться не очень хотят, жертвенно служить кому-то или чему-то тоже не очень хотят – превратили жизнь в поиск удовольствий. И, конечно, если цель жизни – это удовольствия, то уже счастья в жизни нет. Тогда жизнь – это череда катастроф.

   — Протоиерей Андрей Ткачев
10. «

    Это воистину чудовищный кошмар: миллиард разинутых пастей и ни одной головы!

    Это воистину чудовищный кошмар: миллиард разинутых пастей и ни одной головы!

    — Аркадий Стругацкий · книга
11. «

    Лес уже давно не служил им источником вдохновения. Они заблудились в лабиринтах города. Утонули в работе, чтобы тратить деньги на развлечения и бесполезные вещи. Затеяли гонку ради лучшей жизни. И вот тогда-то радость ушла.

    Лес уже давно не служил им источником вдохновения. Они заблудились в лабиринтах города. Утонули в работе, чтобы тратить деньги на развлечения и бесполезные вещи. Затеяли гонку ради лучшей жизни. И вот тогда-то радость ушла.

    — Julia Candore · книга
12. «

    iPhilm-индустрия, или «айкинематограф» (почему бы маркетологам не позволить нам простое «айф» или даже «к-айф» – все поймут, о чем речь) развивается сегодня в том же направлении, что и все остальные виды «энтертейнмента»: пустая динамика, повторение сделавших когда-то кассу клише, virtue signalling в форме угодливого подчинения последнему писку левой цензуры (проблемы для бизнеса не нужны никому) – и при этом полный отказ от всего, что может хоть ненадолго задержаться в умственном кишечнике. Сознание потребителя должно оставаться пустым и готовым к немедленному приему нового продукта: пока мы писали эту фразу, на подступах к его глазам, ушам и носу уже образовалась бешено сигналящая пробка. Неудивительно, что взыскательные ценители сомневаются, можно ли вообще считать айфильмы искусством или правильнее причислять их к жанру порнографии – востребованному, но не осененному крылом музы.

    iPhilm-индустрия, или «айкинематограф» (почему бы маркетологам не позволить нам простое «айф» или даже «к-айф» – все поймут, о чем речь) развивается сегодня в том же направлении, что и все остальные виды «энтертейнмента»: пустая динамика, повторение сделавших когда-то кассу клише, virtue signalling в форме угодливого подчинения последнему писку левой цензуры (проблемы для бизнеса не нужны никому) – и при этом полный отказ от всего, что может хоть ненадолго задержаться в умственном кишечнике. Сознание потребителя должно оставаться пустым и готовым к немедленному приему нового продукта: пока мы писали эту фразу, на подступах к его глазам, ушам и носу уже образовалась бешено сигналящая пробка. Неудивительно, что взыскательные ценители сомневаются, можно ли вообще считать айфильмы искусством или правильнее причислять их к жанру порнографии – востребованному, но не осененному крылом музы.

    — Виктор Пелевин · книга
13. «

    У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей.

    У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
14. «

    Потребительское счастье было разоблачено бунтом шестидесятых, как жизнь, при которой индивид может себя потерять. Образ потребительского счастья — это дом, перед которым стоит автомобиль, и, в то же время, и ощущение духовной пустоты, которое появляется из-за соблюдения принципов, переставших быть предметом веры. Опасность, которую несёт в себе потребительское счастье — это угроза жить не своей жизнью. Поэтому «потребительское счастье» имеет мало общего с собственно счастьем.

    Потребительское счастье было разоблачено бунтом шестидесятых, как жизнь, при которой индивид может себя потерять. Образ потребительского счастья — это дом, перед которым стоит автомобиль, и, в то же время, и ощущение духовной пустоты, которое появляется из-за соблюдения принципов, переставших быть предметом веры. Опасность, которую несёт в себе потребительское счастье — это угроза жить не своей жизнью. Поэтому «потребительское счастье» имеет мало общего с собственно счастьем.

    — Малгожата Яцино · книга
15. «

    Западное общество — это общество тотальной вербально-товарной наркомании, вот почему в нём запрещены химические наркотики.

    Западное общество — это общество тотальной вербально-товарной наркомании, вот почему в нём запрещены химические наркотики.

    — Святослав Элис · книга
16. «

    Именно увеличение продолжительности жизни выводит из употребления все старые ценности и связанные с ними вещи. Когда люди узнавали о сексе в пятнадцать лет и умирали в тридцать пять, они сталкивались с меньшим набором проблем, чем люди нашего времени, которые узнают о сексе лет, я думаю, в восемь, а доживают до восьмидесяти. Слишком долгий срок для того, чтобы удерживать в поле внимания одну и ту же идею. Одну и ту же тошнотворную идею.

    Именно увеличение продолжительности жизни выводит из употребления все старые ценности и связанные с ними вещи. Когда люди узнавали о сексе в пятнадцать лет и умирали в тридцать пять, они сталкивались с меньшим набором проблем, чем люди нашего времени, которые узнают о сексе лет, я думаю, в восемь, а доживают до восьмидесяти. Слишком долгий срок для того, чтобы удерживать в поле внимания одну и ту же идею. Одну и ту же тошнотворную идею.

    — Энди Уорхол · книга
17. «

    Настоящая роскошь заключается в самостоятельном сопротивлении потребительскому давлению.

    Настоящая роскошь заключается в самостоятельном сопротивлении потребительскому давлению.

    — Александр фон Шенбург · книга
18. «

    То была таки попытка, дурацкая и идиотская, сделать Общество Непотребления. Но как только людей перестали ***ить, они тут же выстроились в очередь за автомобилем жигули и югославской стенкой. И вот тут-то всё и кончилось.

    То была таки попытка, дурацкая и идиотская, сделать Общество Непотребления. Но как только людей перестали ***ить, они тут же выстроились в очередь за автомобилем жигули и югославской стенкой. И вот тут-то всё и кончилось.

    — Дмитрий Горчев · книга
19. «

    Убеждать людей приобрести то, что им не нужно, на деньги, которых у них нет, чтобы произвести впечатление на тех, кому до этого нет никакого дела, — сегодня это мошенничество стало поистине виртуозным.

    Убеждать людей приобрести то, что им не нужно, на деньги, которых у них нет, чтобы произвести впечатление на тех, кому до этого нет никакого дела, — сегодня это мошенничество стало поистине виртуозным.

    — Виктор Папанек
20. «

    Сегодня люди думают так: моей дочери исполняется 15 лет, давайте подарим ей грудной имплант. Это же ужасно, какая непристойность! Это же потребительские идолы, навязываемым Западом. Среди них выделяется кукла Barbie — именно с неё начинается путь юных гражданок под нож пластического хирурга!

    Сегодня люди думают так: моей дочери исполняется 15 лет, давайте подарим ей грудной имплант. Это же ужасно, какая непристойность! Это же потребительские идолы, навязываемым Западом. Среди них выделяется кукла Barbie — именно с неё начинается путь юных гражданок под нож пластического хирурга!

    — Уго Чавес