668 цитат «общество» — что говорили умные люди

668 цитат про «общество»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Люди во всём мире должны иметь четыре свободы: 1. Свобода слова. 2. Свобода вероисповедания. 3. Свобода от нужды. 4. Свобода от страха.

   Люди во всём мире должны иметь четыре свободы: 1. Свобода слова. 2. Свобода вероисповедания. 3. Свобода от нужды. 4. Свобода от страха.

   — Франклин Рузвельт
2. «

   Классовое деление общества — это новый расизм. Это дискриминация по признаку того, в какую школу ходят твои дети и сколько ты зарабатываешь. Но для меня мой водитель важнее главы любой компании. Он важнее всех тех, кто заходит в мой дом и хватает бокал шампанского.

   Классовое деление общества — это новый расизм. Это дискриминация по признаку того, в какую школу ходят твои дети и сколько ты зарабатываешь. Но для меня мой водитель важнее главы любой компании. Он важнее всех тех, кто заходит в мой дом и хватает бокал шампанского.

   — Канье Уэст
3. «

   Вот как общество властвует над сознанием человека. Оно заставляет человека чувствовать себя виновным даже тогда, когда вроде бы и нет оснований для этого...

   Вот как общество властвует над сознанием человека. Оно заставляет человека чувствовать себя виновным даже тогда, когда вроде бы и нет оснований для этого...

   — Рэй Брэдбери · книга
4. «

   Насилие в обществе растет, потому что люди забывают об этике.

   Насилие в обществе растет, потому что люди забывают об этике.

   — Фиби Холливелл · сериал
5. «

   Устала быть сукой. Сукой. Сукой среди сук. Потому что там модно быть сукой. Модно всех ненавидеть и презирать. Ты глядишь на них и сучеешь. Они глядят на тебя и тоже сучеют. Круговая порука. Там все обречено.

   Устала быть сукой. Сукой. Сукой среди сук. Потому что там модно быть сукой. Модно всех ненавидеть и презирать. Ты глядишь на них и сучеешь. Они глядят на тебя и тоже сучеют. Круговая порука. Там все обречено.

   — Шура
6. «

   Общество — цивилизованная орда, состоящая из двух могущественных племен: недоедающих и скучающих.

   Общество — цивилизованная орда, состоящая из двух могущественных племен: недоедающих и скучающих.

   — Джордж Гордон Байрон
7. «

   Какая стая, таков и вожак. Но как же мы любим искать виноватых, в ком угодно, в правительстве, в боге, в погоде, в другом человеке. Главное, чтобы не признать виноватым себя. Потому что я то точно замечательный, а виноват всегда кто-то другой. Нет. Не другой. Только ты. И диктатура цветет только там, где есть рабы. Может хоть раз стоит начать с себя? Допустить возможность того, что ты сам не так уж непогрешим? Хотя о чем я, конечно же, нет.

   Какая стая, таков и вожак. Но как же мы любим искать виноватых, в ком угодно, в правительстве, в боге, в погоде, в другом человеке. Главное, чтобы не признать виноватым себя. Потому что я то точно замечательный, а виноват всегда кто-то другой. Нет. Не другой. Только ты. И диктатура цветет только там, где есть рабы. Может хоть раз стоит начать с себя? Допустить возможность того, что ты сам не так уж непогрешим? Хотя о чем я, конечно же, нет.

   — Аль Квотион · книга
8. «

   Люди, которые отчаянно пытаются убежать от так называемой «серой массы», сами рискуют стать ею.

   Люди, которые отчаянно пытаются убежать от так называемой «серой массы», сами рискуют стать ею.
9. «

   Конечно, общество равных — это утопия. Но общество бесправных — это страшно. Я не знаю верного пути, разум не в силах подсказать. Но у меня есть ещё один советчик — совесть. Я возьму правосудие в свои руки, и поступлю так, как велит мне душа. <...> - Сколько народу в замке? — уточнил я у Оксаны, что с пугливой надеждой переводила взгляд с одного бойца на другого, ещё не веря, что вот вся эта орда мужиков и воинственных леди, сорвется с мест и побежит решать её проблемы, наказывая мучителей и спасая друзей. Так и будет родная, ты верь. По Правде это, да и «русские на войне своих не бросают».

   Конечно, общество равных — это утопия. Но общество бесправных — это страшно. Я не знаю верного пути, разум не в силах подсказать. Но у меня есть ещё один советчик — совесть. Я возьму правосудие в свои руки, и поступлю так, как велит мне душа. <...> - Сколько народу в замке? — уточнил я у Оксаны, что с пугливой надеждой переводила взгляд с одного бойца на другого, ещё не веря, что вот вся эта орда мужиков и воинственных леди, сорвется с мест и побежит решать её проблемы, наказывая мучителей и спасая друзей. Так и будет родная, ты верь. По Правде это, да и «русские на войне своих не бросают».

   — Дмитрий Рус · книга
10. «

    Каковы бы ни были первоначальные намерения, люди всегда будут шагать по головам других. И если эксплуататоры отказываются играть свою роль, эксплуатируемые заставляют их это делать! Рабочие требуют у хозяев, ученики у гуру, граждане у президентов. Люди так боятся свободы, им так страшно думать самим, они боятся самоутверждаться… Я хочу быть Автономом. Автоном… и ещё три А: Анархист. Агностик. Автодидактик.

    Каковы бы ни были первоначальные намерения, люди всегда будут шагать по головам других. И если эксплуататоры отказываются играть свою роль, эксплуатируемые заставляют их это делать! Рабочие требуют у хозяев, ученики у гуру, граждане у президентов. Люди так боятся свободы, им так страшно думать самим, они боятся самоутверждаться… Я хочу быть Автономом. Автоном… и ещё три А: Анархист. Агностик. Автодидактик.

    — Бернар Вербер · книга
11. «

    Все пороки выглядят пороками только тогда, когда смотришь на них с точки зрения общественных приличий.

    Все пороки выглядят пороками только тогда, когда смотришь на них с точки зрения общественных приличий.

    — Мэгги Стивотер · книга
12. «

    Любой, кто хочет мало-мальски понять общество, непременно должен часок посидеть с блокнотом и ручкой на краю танцпола в ночном клубе. Тут есть все: и классовые взаимоотношения, и способы соблазнения, и кризисы культурного (или сексуального) самоопределения, и групповая терапия.

    Любой, кто хочет мало-мальски понять общество, непременно должен часок посидеть с блокнотом и ручкой на краю танцпола в ночном клубе. Тут есть все: и классовые взаимоотношения, и способы соблазнения, и кризисы культурного (или сексуального) самоопределения, и групповая терапия.

    — Фредерик Бегбедер · книга
13. «

    – Душа больна, – пожаловался рабби Ури, и его любимый ученик Ицик Магид вздрогнул. – Больное время – больные души, – мягко, почти льстиво возразил учителю Ицик. – Надо, ребе, лечить время. – Надо лечить себя, – тихо сказал рабби Ури. <...> Нет, время неизлечимо. Каждый должен лечить себя, и, может, только тогда выздоровеет и время.

    – Душа больна, – пожаловался рабби Ури, и его любимый ученик Ицик Магид вздрогнул. – Больное время – больные души, – мягко, почти льстиво возразил учителю Ицик. – Надо, ребе, лечить время. – Надо лечить себя, – тихо сказал рабби Ури. <...> Нет, время неизлечимо. Каждый должен лечить себя, и, может, только тогда выздоровеет и время.

    — Григорий Канович · книга
14. «

    Если ты собой гордишься — это наилучшая гарантия правильного поведения. Слишком горда, чтобы красть, слишком горда, чтобы жульничать, слишком горда, чтобы отнимать леденцы у ребятишек или исподтишка портить воздух. Моральный кодекс любого племени, Морин, основан на условиях выживания этого племени… но мораль отдельного человека зиждется исключительно на гордости, не на условиях выживания. Вот почему капитан идет на дно вместе со своим кораблем; вот почему гвардия умирает, но не сдается. Человеку, которому не за что умирать, незачем и жить.

    Если ты собой гордишься — это наилучшая гарантия правильного поведения. Слишком горда, чтобы красть, слишком горда, чтобы жульничать, слишком горда, чтобы отнимать леденцы у ребятишек или исподтишка портить воздух. Моральный кодекс любого племени, Морин, основан на условиях выживания этого племени… но мораль отдельного человека зиждется исключительно на гордости, не на условиях выживания. Вот почему капитан идет на дно вместе со своим кораблем; вот почему гвардия умирает, но не сдается. Человеку, которому не за что умирать, незачем и жить.

    — Роберт Хайнлайн · книга
15. «

    Я ненавижу это традиционное, жестокое общество, и эту глупую культуру следования нормам. Ну знаете, все слушают одинаковую искусственную музыку, и делают одинаковую искусственную работу, и одеваются в одинаково искусственном стиле.

    Я ненавижу это традиционное, жестокое общество, и эту глупую культуру следования нормам. Ну знаете, все слушают одинаковую искусственную музыку, и делают одинаковую искусственную работу, и одеваются в одинаково искусственном стиле.

    — Кристофер «Крис» Майлс · сериал
16. «

    Да какое же это общество, когда люди ничего не знают, ни о чём не говорят!

    Да какое же это общество, когда люди ничего не знают, ни о чём не говорят!

    — Эмили Бронте · книга
17. «

    Как необычно: супружеская пара наслаждается обществом друг друга.

    Как необычно: супружеская пара наслаждается обществом друг друга.

    — Кэролайн Пенвенен · сериал
18. «

    Здравствуй, социальная шизофрения!

    Здравствуй, социальная шизофрения!

    — mr. Freeman · мультфильм
19. «

    Пью. В основном когда стучу на машинке или когда рядом люди. Я плохо себя чувствую в обществе, а как надерусь, всё как-то расплывается.

    Пью. В основном когда стучу на машинке или когда рядом люди. Я плохо себя чувствую в обществе, а как надерусь, всё как-то расплывается.

    — Чарльз Буковски · книга
20. «

    Как может человек, жаждущий бросить вызов обществу и жить вне социального статуса — отказывать в этом праве любимой женщине?

    Как может человек, жаждущий бросить вызов обществу и жить вне социального статуса — отказывать в этом праве любимой женщине?

    — Александр Грейсон / Дракула · сериал