85 цитат про «Красивые цитаты про одиночество»

Тема «Красивые цитаты про одиночество» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 85 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Падший ангел изменил Богу, вероятно, потому, что захотел одиночества, которого не знают ангелы.

   Падший ангел изменил Богу, вероятно, потому, что захотел одиночества, которого не знают ангелы.

   — Антон Павлович Чехов · книга
2. «

   Холодно, когда ты один. Когда ты среди тех, кого любишь, тебе тепло. Мороз кусает лишь кожу на лице, не затрагивая твое сердце. Оно в надежных руках радости.

   Холодно, когда ты один. Когда ты среди тех, кого любишь, тебе тепло. Мороз кусает лишь кожу на лице, не затрагивая твое сердце. Оно в надежных руках радости.
3. «

   Leave home, feel the wind blow 'cause it's colder here inside in silence

   Leave home, feel the wind blow 'cause it's colder here inside in silence
4. «

   Покачиваясь, голубок раздувал перышки на груди и приглаживал их коралловым клювом. Сердце сдавило болью — одиночество, вечное одиночество! Часто в лесном уединении Флори встречалось что-то — птица, дерево, цветок, — что могло бы быть несказанно прекрасным, если бы рядом была близкая душа. Красота бессмысленна, если не с кем ею поделиться.

   Покачиваясь, голубок раздувал перышки на груди и приглаживал их коралловым клювом. Сердце сдавило болью — одиночество, вечное одиночество! Часто в лесном уединении Флори встречалось что-то — птица, дерево, цветок, — что могло бы быть несказанно прекрасным, если бы рядом была близкая душа. Красота бессмысленна, если не с кем ею поделиться.

   — Джордж Оруэлл · книга
5. «

   Я всегда закрываю глаза, когда счастлив. Так закрываются двери житниц. Переполненных житниц. Ты во мне — благодатный хлеб. Да, я сделаю тебе больно. Да, ты сделаешь больно мне. Да, мы будем мучиться. Но таков удел человеческий. Встретить весну — значит принять и зиму. Открыться другому — значит потом страдать в одиночестве. (Как нелепы телефонные звонки, телеграммы, возвращения на скоростных самолетах, люди разучились жить ощущением присутствия.) <...> Благословенна грядущая зима. Я не прошу избавить меня от боли. Я прошу избавить меня от сна, который сковал во мне любовь. Не хочу больше ровных дней, не ведающих о временах года, не хочу бессмысленного вращения Земли, которое не ведет ни к кому, ни от кого не уводит. Сделай так, чтобы я любил. Станьте мне необходимой, как свет.

   Я всегда закрываю глаза, когда счастлив. Так закрываются двери житниц. Переполненных житниц. Ты во мне — благодатный хлеб. Да, я сделаю тебе больно. Да, ты сделаешь больно мне. Да, мы будем мучиться. Но таков удел человеческий. Встретить весну — значит принять и зиму. Открыться другому — значит потом страдать в одиночестве. (Как нелепы телефонные звонки, телеграммы, возвращения на скоростных самолетах, люди разучились жить ощущением присутствия.) <...> Благословенна грядущая зима. Я не прошу избавить меня от боли. Я прошу избавить меня от сна, который сковал во мне любовь. Не хочу больше ровных дней, не ведающих о временах года, не хочу бессмысленного вращения Земли, которое не ведет ни к кому, ни от кого не уводит. Сделай так, чтобы я любил. Станьте мне необходимой, как свет.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
6. «

   Я собачонка, я зеваю, по щекам катятся слезы, я чувствую, как они текут. Я дерево, ветер шелестит в моих ветвях, легонько их колеблет. Я муха, я ползу по стеклу, соскальзываю, снова ползу вверх. Иногда я ощущаю, как ласку, движение времени, иногда — чаще всего — я чувствую, как время стоит на месте. Дрожащие минуты осыпаются, погребая меня, бесконечно долго агонизируют, они увяли, но еще живы, их выметают, на смену им приходят другие, более свежие, но такие же бесплодные; эта тоска зовется счастьем... О своем одиночестве я никогда не думаю — во-первых, я не знаю, как это называется, во-вторых, я его не замечаю, я всегда на людях. Но это ткань моей жизни, основа моих мыслей, уток моих радостей.

   Я собачонка, я зеваю, по щекам катятся слезы, я чувствую, как они текут. Я дерево, ветер шелестит в моих ветвях, легонько их колеблет. Я муха, я ползу по стеклу, соскальзываю, снова ползу вверх. Иногда я ощущаю, как ласку, движение времени, иногда — чаще всего — я чувствую, как время стоит на месте. Дрожащие минуты осыпаются, погребая меня, бесконечно долго агонизируют, они увяли, но еще живы, их выметают, на смену им приходят другие, более свежие, но такие же бесплодные; эта тоска зовется счастьем... О своем одиночестве я никогда не думаю — во-первых, я не знаю, как это называется, во-вторых, я его не замечаю, я всегда на людях. Но это ткань моей жизни, основа моих мыслей, уток моих радостей.

   — Жан-Поль Сартр · книга
7. «

   Утешает только самое простое. Вода, дыхание, вечерний дождь. Только тот, кто одинок, понимает это.

   Утешает только самое простое. Вода, дыхание, вечерний дождь. Только тот, кто одинок, понимает это.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Одиночество это возраст. Не описанный в наших книгах.

   Одиночество это возраст. Не описанный в наших книгах.

   — Аль Квотион · книга
9. «

   Всегда одни, всегда ограждены стенами, С любовной жаждою, с безумными мечтами Боролись долго мы — но не хватило сил.

   Всегда одни, всегда ограждены стенами, С любовной жаждою, с безумными мечтами Боролись долго мы — но не хватило сил.

   — Адам Мицкевич
10. «

    Каждый человек одинок. Звёзды в ночном небе тоже вроде бы все вместе, но на самом деле они разделены бездной. Холодной, тёмной, непреодолимой бездной.

    Каждый человек одинок. Звёзды в ночном небе тоже вроде бы все вместе, но на самом деле они разделены бездной. Холодной, тёмной, непреодолимой бездной.
11. «

    Всё в порядке: минуты складываются в дни, А весна, несомненно, следует за зимой.. Я сменила номер, чтобы ты не звонил, Я сломала все пальцы, чтоб не звонить самой.

    Всё в порядке: минуты складываются в дни, А весна, несомненно, следует за зимой.. Я сменила номер, чтобы ты не звонил, Я сломала все пальцы, чтоб не звонить самой.
12. «

    Ниночка — ночка над нивой Невесткой. - Цветет для раздолий любви, Ластится песней призывно Чудесной. Если я одинок — позови. Гордые горы горят Переливами. Где-то плывут корабли. Катятся волны звучально Разливами. Если я одинок — позови. В нездешних садах ароматные, Росные, Дороги — печали твои. Знойные ноги твои - Сенокосные. Если ты одинока — зови. Я прилечу бирюзовым Венчанием, Ветром в долину любви. Ниночка, в звездную ночку Молчания, зови.

    Ниночка — ночка над нивой Невесткой. - Цветет для раздолий любви, Ластится песней призывно Чудесной. Если я одинок — позови. Гордые горы горят Переливами. Где-то плывут корабли. Катятся волны звучально Разливами. Если я одинок — позови. В нездешних садах ароматные, Росные, Дороги — печали твои. Знойные ноги твои - Сенокосные. Если ты одинока — зови. Я прилечу бирюзовым Венчанием, Ветром в долину любви. Ниночка, в звездную ночку Молчания, зови.

    — Василий Васильевич Каменский
13. «

    В полуденный час Растворяюсь — один-одинешенек - В лазурном небе.

    В полуденный час Растворяюсь — один-одинешенек - В лазурном небе.

    — Кобаяси Исса
14. «

    А ночь так свежа, и пахнет сирень, Гудят провода. Останешься ты стеречь свою тень, Один, как всегда.

    А ночь так свежа, и пахнет сирень, Гудят провода. Останешься ты стеречь свою тень, Один, как всегда.
15. «

    Она заставила себя провести несколько вечеров дома, но потом не выдержала и снова нырнула в ночь в поисках мужских глаз и объятий. Хотела спрятаться от пустоты, которая хватала её за горло и шептала: «Ты никому не нужна. Тебя никто не любит». Бросалась в свидания со свечками на столиках и вермутом в резных бокалах; бежала к поцелуям со вкусом соли, к такси до дома, к простыням, мокрым от горячего пота. Один, другой, третий — все её романы лопались мыльными пузырями.

    Она заставила себя провести несколько вечеров дома, но потом не выдержала и снова нырнула в ночь в поисках мужских глаз и объятий. Хотела спрятаться от пустоты, которая хватала её за горло и шептала: «Ты никому не нужна. Тебя никто не любит». Бросалась в свидания со свечками на столиках и вермутом в резных бокалах; бежала к поцелуям со вкусом соли, к такси до дома, к простыням, мокрым от горячего пота. Один, другой, третий — все её романы лопались мыльными пузырями.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Ты больше никого не ищешь, никогда не чувствуешь себя одинокой. Не думаешь, где взять. Думаешь, как больше отдать. Не бежишь от уродства в поисках красоты, потому что теперь для тебя всё красиво.

    Ты больше никого не ищешь, никогда не чувствуешь себя одинокой. Не думаешь, где взять. Думаешь, как больше отдать. Не бежишь от уродства в поисках красоты, потому что теперь для тебя всё красиво.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    Создатель ничего у меня не отобрал — он освободил меня от того, что мне больше не нужно. Всё было задумано им, чтобы я стала кем стала. И мои рыжие волосы, и одиночество в родной семье, и разбитое сердце, которое отправило меня скитаться. Все капканы, в которые я угодила по незнанию. Все потерянные силы и деньги; встречи и расставания, страхи, слёзы — всё было камнями, которыми выстлана моя дорога к счастью.

    Создатель ничего у меня не отобрал — он освободил меня от того, что мне больше не нужно. Всё было задумано им, чтобы я стала кем стала. И мои рыжие волосы, и одиночество в родной семье, и разбитое сердце, которое отправило меня скитаться. Все капканы, в которые я угодила по незнанию. Все потерянные силы и деньги; встречи и расставания, страхи, слёзы — всё было камнями, которыми выстлана моя дорога к счастью.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    За ночной тишиной одиночества, за пределом последней черты, эпилогом души и творчества у меня остаешься ты.

    За ночной тишиной одиночества, за пределом последней черты, эпилогом души и творчества у меня остаешься ты.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Не птицы одиноки в небе, а небо одиноко в птицах.

    Не птицы одиноки в небе, а небо одиноко в птицах.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    0001272. Дает нам ключ прохладу, в тени ветвей усладу, А кто-то из колодца берет себе воды, а есть еще водица с верховьев гор к нам мчится, вода из льда вершится и жажда утолится.

    0001272. Дает нам ключ прохладу, в тени ветвей усладу, А кто-то из колодца берет себе воды, а есть еще водица с верховьев гор к нам мчится, вода из льда вершится и жажда утолится.