179 фраз про «опьянение» с глубоким смыслом

179 цитат про «опьянение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Наслаждайся праздничком. Уж поверь мне, зрелище, когда я вою белугой, просто душераздирающее.

   Наслаждайся праздничком. Уж поверь мне, зрелище, когда я вою белугой, просто душераздирающее.

   — Лоис Лейн · сериал
2. «

   В том семестре я начал понимать, что Себастьян — пьяница совсем в другом смысле, чем я. Я напивался часто, но от избытка жизненных сил, радуясь мгновению и стремясь продлить, испить его до дна; Себастьян пил, чтобы спрятаться от жизни. Чем старше и серьезнее мы оба становились, тем меньше пил я и тем больше он.

   В том семестре я начал понимать, что Себастьян — пьяница совсем в другом смысле, чем я. Я напивался часто, но от избытка жизненных сил, радуясь мгновению и стремясь продлить, испить его до дна; Себастьян пил, чтобы спрятаться от жизни. Чем старше и серьезнее мы оба становились, тем меньше пил я и тем больше он.

   — Ивлин Во · книга
3. «

   Восемь часов утра. В это время пьяницы пытаются либо забыть, кто они такие, либо вспомнить, где живут.

   Восемь часов утра. В это время пьяницы пытаются либо забыть, кто они такие, либо вспомнить, где живут.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   Человек не может быть достаточно сильно опьянен романом или картиной, но может опьянеть от Бетховенской Девятой, от сонаты для двух фортепьяно и ударных инструментов Бартока или от пения «Битлз».

   Человек не может быть достаточно сильно опьянен романом или картиной, но может опьянеть от Бетховенской Девятой, от сонаты для двух фортепьяно и ударных инструментов Бартока или от пения «Битлз».

   — Милан Кундера · книга
5. «

   Не надо на меня наступать вот так вчетвером, Я рос в девяностых, меня не возьмешь! Помните, в торте был воткнут кухонный нож, Так там его нет! Вот этот нож! Куда ломанулись? Я вас не отпускал! Ну-ка, сели за стол, в доме, все-таки, гость! Сейчас мы с вами будем долго бухать! Лысый, давай! Говори, сука, тост!

   Не надо на меня наступать вот так вчетвером, Я рос в девяностых, меня не возьмешь! Помните, в торте был воткнут кухонный нож, Так там его нет! Вот этот нож! Куда ломанулись? Я вас не отпускал! Ну-ка, сели за стол, в доме, все-таки, гость! Сейчас мы с вами будем долго бухать! Лысый, давай! Говори, сука, тост!
6. «

   Трезвость необходима в любви, как и в жизни, опьянение лишает человека здравого смысла, толкает его на глупости.

   Трезвость необходима в любви, как и в жизни, опьянение лишает человека здравого смысла, толкает его на глупости.

   — Наталья Солнцева · книга
7. «

   Сейчас нажрутся, станут песни орать.

   Сейчас нажрутся, станут песни орать.

   — Старушка из богадельни · сериал
8. «

   Человек — существо прямоходящее, пока трезвое.

   Человек — существо прямоходящее, пока трезвое.

   — Стас Янковский
9. «

   ... и тогда Лара подумала, с какой старательностью пьяные всегда любят изображать пьяных, и с тем более бездарной и любительской подчеркнутостью, чем они пьянее.

   ... и тогда Лара подумала, с какой старательностью пьяные всегда любят изображать пьяных, и с тем более бездарной и любительской подчеркнутостью, чем они пьянее.

   — Борис Леонидович Пастернак · книга
10. «

    Колосов, выпив водки, вина, ликера, был немного пьян, не так пьян, как бывают пьяны редко пьющие мужики, но так, как бывают пьяны люди, сделавшие себе из вина привычку. Он не шатался, не говорил глупостей, но был в ненормальном возбужденно-довольном собою состоянии.

    Колосов, выпив водки, вина, ликера, был немного пьян, не так пьян, как бывают пьяны редко пьющие мужики, но так, как бывают пьяны люди, сделавшие себе из вина привычку. Он не шатался, не говорил глупостей, но был в ненормальном возбужденно-довольном собою состоянии.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
11. «

    Он забылся, и снова жил, и, ожив, в миг озарения ясно увидел, что сам обращает себя в животное — не тем, что пьет, но тем, как работает. Пьянство — следствие, а не причина. Оно следует за этой работой так же неотвратимо, как вслед за днем наступает ночь. Нет, обращаясь в рабочую скотину, он не покорит вершины — вот что нашептало ему виски, и он согласно кивнул. Виски — оно мудрое. Оно умеет раскрывать секреты.

    Он забылся, и снова жил, и, ожив, в миг озарения ясно увидел, что сам обращает себя в животное — не тем, что пьет, но тем, как работает. Пьянство — следствие, а не причина. Оно следует за этой работой так же неотвратимо, как вслед за днем наступает ночь. Нет, обращаясь в рабочую скотину, он не покорит вершины — вот что нашептало ему виски, и он согласно кивнул. Виски — оно мудрое. Оно умеет раскрывать секреты.

    — Джек Лондон · книга
12. «

    Сегодня вечером увижусь я с тобою, Сегодня вечером решится жребий мой, Сегодня получу желаемое мною — Иль абшид* на покой!

    Сегодня вечером увижусь я с тобою, Сегодня вечером решится жребий мой, Сегодня получу желаемое мною — Иль абшид* на покой!

    — Денис Васильевич Давыдов
13. «

    Пьяный язык всё разболтает.

    Пьяный язык всё разболтает.

    — Селена (Лилит) · игра
14. «

    Когда вы напиваетесь до «правильного» состояния, то чувствуете себя так, словно вас обернули бинтами, но не так как засушенную мумию, а мягкой и приятной тканью. Это похоже на плавание в бассейне, наполненном плавленным сыром, или на сотрясение мозга, но без необходимости получить для начала болезненный удар по голове.

    Когда вы напиваетесь до «правильного» состояния, то чувствуете себя так, словно вас обернули бинтами, но не так как засушенную мумию, а мягкой и приятной тканью. Это похоже на плавание в бассейне, наполненном плавленным сыром, или на сотрясение мозга, но без необходимости получить для начала болезненный удар по голове.

    — Эндрю Готтлиб · книга
15. «

    — Мансииииилья, я тебя люблю! — Ты уже 15-ый раз это говоришь! — Спать, спать! — Нет, только с Мансильей!

    — Мансииииилья, я тебя люблю! — Ты уже 15-ый раз это говоришь! — Спать, спать! — Нет, только с Мансильей!

    — Сантьяго Мансилья · сериал
16. «

    Трезвый, я замыкаюсь, как в панцире краб. Напиваясь, я делаюсь разумом слаб. Есть мгновенье меж трезвостью и опьяненьем. Это — высшая правда, и я — её раб!

    Трезвый, я замыкаюсь, как в панцире краб. Напиваясь, я делаюсь разумом слаб. Есть мгновенье меж трезвостью и опьяненьем. Это — высшая правда, и я — её раб!

    — Омар Хайям
17. «

    Я пью не больше 100 граммов, но, выпив 100 граммов, становлюсь другим человеком, а этот другой пьет очень много.

    Я пью не больше 100 граммов, но, выпив 100 граммов, становлюсь другим человеком, а этот другой пьет очень много.

    — Эмиль Кроткий (Эммануил Яковлевич Герман)
18. «

    Твоя гладкая кожа означает для меня то же, что для другого значат семья и родина, твои зеленые глаза сфинкса были для меня тем же, чем для других были Заратустра, зороастризм и веды; никто не смог бы так грезить от опиума, гашиша и кокаина, как грежу я, вдыхая аромат твоих волос; и никому сотерн, синяя малага или бенедиктин не приносили такого сверкающего золотисто-пурпурного опьянения, как мне – твое укутанное в валансьенские кружева роскошное тело!

    Твоя гладкая кожа означает для меня то же, что для другого значат семья и родина, твои зеленые глаза сфинкса были для меня тем же, чем для других были Заратустра, зороастризм и веды; никто не смог бы так грезить от опиума, гашиша и кокаина, как грежу я, вдыхая аромат твоих волос; и никому сотерн, синяя малага или бенедиктин не приносили такого сверкающего золотисто-пурпурного опьянения, как мне – твое укутанное в валансьенские кружева роскошное тело!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Карасев вышел. Хмель и сознание проигрыша неприятно мутили в голове. Хотелось ночной свежести и воздуха. Как будто недоставало чего-то, и все, что было кругом, было не настоящее, не то, что, собственно, должно было бы быть не на своем месте, а лишь временно, пока. Он остановился на повороте лестницы и стал прислушиваться. Весь огромный дом спал, и кругом была мертвая тишина. Ему чудились пролет уходившей вниз лестницы и комнаты принципала, большие, просторные, с паркетными полами, мягкой мебелью и высоким потолком. Там теперь спят: сам принципал, его жена, дети, прислуга. А что, если сейчас внизу из дверей потихоньку выйдет Анюта, хорошенькая горничная, и в темноте натолкнется на него: «Ох, кто это?» — «Я... я...» И он возьмет ее за руку. Карасев с напряжением и, удерживая дыхание, прислушивается. Каждую секунду чудится ему — вот-вот скрипнет внизу дверь. Но кругом по-прежнему тихо. Чувство одиночества охватывает его. Он идет в свою каморку, раздевается, бросается на постель и засыпает тяжелым сном. Андрей тоже улегся. Ему до этого крепко хотелось спать, но когда он лег, то никак не мог заснуть. Отравленный спиртом мозг болезненно работал, отгоняя сон и не давая покоя. То, что не тревожило днем, подавляемое работой, теперь вставало перед глазами, вызывая сожаление и укор.

    Карасев вышел. Хмель и сознание проигрыша неприятно мутили в голове. Хотелось ночной свежести и воздуха. Как будто недоставало чего-то, и все, что было кругом, было не настоящее, не то, что, собственно, должно было бы быть не на своем месте, а лишь временно, пока. Он остановился на повороте лестницы и стал прислушиваться. Весь огромный дом спал, и кругом была мертвая тишина. Ему чудились пролет уходившей вниз лестницы и комнаты принципала, большие, просторные, с паркетными полами, мягкой мебелью и высоким потолком. Там теперь спят: сам принципал, его жена, дети, прислуга. А что, если сейчас внизу из дверей потихоньку выйдет Анюта, хорошенькая горничная, и в темноте натолкнется на него: «Ох, кто это?» — «Я... я...» И он возьмет ее за руку. Карасев с напряжением и, удерживая дыхание, прислушивается. Каждую секунду чудится ему — вот-вот скрипнет внизу дверь. Но кругом по-прежнему тихо. Чувство одиночества охватывает его. Он идет в свою каморку, раздевается, бросается на постель и засыпает тяжелым сном. Андрей тоже улегся. Ему до этого крепко хотелось спать, но когда он лег, то никак не мог заснуть. Отравленный спиртом мозг болезненно работал, отгоняя сон и не давая покоя. То, что не тревожило днем, подавляемое работой, теперь вставало перед глазами, вызывая сожаление и укор.

    — Александр Серафимович · книга
20. «

    С ним я чувствую себя так, словно выпила 10 коктейлей, а я выпила всего 6!

    С ним я чувствую себя так, словно выпила 10 коктейлей, а я выпила всего 6!

    — Фиби Буффе · сериал