431 цитата про «отчаяние», которые стоит перечитать

431 цитата про «отчаяние»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Мы знакомы пять лет, но я его не знаю. — Так почему идете к нему? — От безысходности.

   — Мы знакомы пять лет, но я его не знаю. — Так почему идете к нему? — От безысходности.

   — Лестрейд · сериал
2. «

   — Опомнитесь! Вернитесь! Я вам прощаю! Я всё прощаю! Я прощаю вам всё!!! — Только я-то себя не прощаю!

   — Опомнитесь! Вернитесь! Я вам прощаю! Я всё прощаю! Я прощаю вам всё!!! — Только я-то себя не прощаю!

   — Лариса Дмитриевна Огудалова · фильм
3. «

   Отчаяться каждый может. А вот чтобы совладать с собой, нужно быть человеком.

   Отчаяться каждый может. А вот чтобы совладать с собой, нужно быть человеком.

   — Джон Стейнбек · книга
4. «

   — Злость полезнее, чем отчаяние. — Что?! — В моих программах заложены «Основы психологии».

   — Злость полезнее, чем отчаяние. — Что?! — В моих программах заложены «Основы психологии».

   — Джон Коннор · фильм
5. «

   Игнорируя нервную дрожь и отчаяние, выйду я на помост из-за маленькой дверцы. Мой стриптиз превзойдет все твои ожидания, я тебе покажу обнаженное сердце.

   Игнорируя нервную дрожь и отчаяние, выйду я на помост из-за маленькой дверцы. Мой стриптиз превзойдет все твои ожидания, я тебе покажу обнаженное сердце.
6. «

   Казалось, что дом пустил себе пулю в лоб, как и его отчаявшийся владелец.

   Казалось, что дом пустил себе пулю в лоб, как и его отчаявшийся владелец.

   — Чарльз Диккенс · книга
7. «

   Мистина замолчал, глядя перед собой. Всю жизнь он был отважен и верил в свою способность победить в любых условиях. Но сейчас будто сами суденицы раскрыли перед ним оконце в его будущее, и он с ледяной невозмутимой ясностью осознал: судьба толкнула его на дорогу, где «убиту быть». Сколько он ходил вокруг проклятого камня, все надеясь, что голос из-под земли скажет нечто более утешительное! Но нет. Все три дороги ведут к одному и тому же исходу. И единственное, что ему теперь доступно, – это по примеру своих северных предков встретить злую участь с таким мужеством, чтобы ему позавидовали и более удачливые.

   Мистина замолчал, глядя перед собой. Всю жизнь он был отважен и верил в свою способность победить в любых условиях. Но сейчас будто сами суденицы раскрыли перед ним оконце в его будущее, и он с ледяной невозмутимой ясностью осознал: судьба толкнула его на дорогу, где «убиту быть». Сколько он ходил вокруг проклятого камня, все надеясь, что голос из-под земли скажет нечто более утешительное! Но нет. Все три дороги ведут к одному и тому же исходу. И единственное, что ему теперь доступно, – это по примеру своих северных предков встретить злую участь с таким мужеством, чтобы ему позавидовали и более удачливые.

   — Елизавета Дворецкая · книга
8. «

   Юноша выпрямился и протёр глаза, словно старательно пытался удержать тот силуэт, что появился на мгновение и сразу исчез. Се Лянь же закрыл глаза и, спустя долгое время, сказал:

   Юноша выпрямился и протёр глаза, словно старательно пытался удержать тот силуэт, что появился на мгновение и сразу исчез. Се Лянь же закрыл глаза и, спустя долгое время, сказал:

   — Мосян Тунсю · книга
9. «

   В мире много людей, впавших в отчаяние, и мы должны уметь сказать им слово надежды или сделать доброе дело, которое выведет их из безысходности и даст силы вернуться к радостной, полной жизни.

   В мире много людей, впавших в отчаяние, и мы должны уметь сказать им слово надежды или сделать доброе дело, которое выведет их из безысходности и даст силы вернуться к радостной, полной жизни.

   — Сергей Алексеевич Мечёв
10. «

    Внезапно я понимаю, что это значит. По крайней мере, лично для меня. В двенадцатом дистрикте живы всего лишь три победителя. Двое мужчин. И одна. Я вернусь на арену.

    Внезапно я понимаю, что это значит. По крайней мере, лично для меня. В двенадцатом дистрикте живы всего лишь три победителя. Двое мужчин. И одна. Я вернусь на арену.

    — Сьюзен Коллинз · книга
11. «

    Пришло, но слишком поздно. Все приходит слишком поздно, и в этом разгадка моего отчаяния. Любовь... Да, любовь. Вот проклятая богом страна, где опоздание служит законом, где ни один поезд не приходит по расписанию и начальники станций в красных шапках — все сумасшедшие или идиоты. Но здесь и сторожа сошли с ума от крушений! Опаздывают все признания и поцелуи, всегда слишком ранние для одного и слишком поздние для другого, лгут все часы и встречи и, как хоровод пьяных призраков, одни бегут по кругу, другие догоняют, хватая воздух протянутыми руками. Всё в мире приходит слишком поздно, но только любовь умеет минуту запоздания превратить в бездонную вечность вечной разлуки!

    Пришло, но слишком поздно. Все приходит слишком поздно, и в этом разгадка моего отчаяния. Любовь... Да, любовь. Вот проклятая богом страна, где опоздание служит законом, где ни один поезд не приходит по расписанию и начальники станций в красных шапках — все сумасшедшие или идиоты. Но здесь и сторожа сошли с ума от крушений! Опаздывают все признания и поцелуи, всегда слишком ранние для одного и слишком поздние для другого, лгут все часы и встречи и, как хоровод пьяных призраков, одни бегут по кругу, другие догоняют, хватая воздух протянутыми руками. Всё в мире приходит слишком поздно, но только любовь умеет минуту запоздания превратить в бездонную вечность вечной разлуки!

    — Леонид Николаевич Андреев · книга
12. «

    — Я понимаю, что этот мир жесток, сэр. Я знаю, что некоторые готовы продавать свое тело, чтобы выжить. — Не готовы. Готовность совершенно ни при чем, когда выбор продиктован отчаянием. У вас нет ни малейшего права осуждать их.

    — Я понимаю, что этот мир жесток, сэр. Я знаю, что некоторые готовы продавать свое тело, чтобы выжить. — Не готовы. Готовность совершенно ни при чем, когда выбор продиктован отчаянием. У вас нет ни малейшего права осуждать их.

    — Александра Хоукинз · книга
13. «

    Несмотря на то, насколько мы несчастны... Несмотря на то, насколько мы сломлены... Несмотря на то, насколько мы потеряны... Мы будем держать голову высоко и идти вперёд.

    Несмотря на то, насколько мы несчастны... Несмотря на то, насколько мы сломлены... Несмотря на то, насколько мы потеряны... Мы будем держать голову высоко и идти вперёд.

    — Шарлотта Уилтшир · игра
14. «

    — Я в отчаянном положении! — Как и все мы. Мы живем в этом городе, пытаемся справиться с его проблемами. Мы все в отчаянном положении идем на отчаянные меры!... Даже ужасные. Но я должен верить, что для нас ещё осталась надежда. Я должен верить, что город можно спасти! И как только мы прекратим верить, тогда город и погибнет. И мы, мы погибнем вместе с ним. И… мне кажется, что мы сможем спасти город тогда, когда сможем спасти самих себя. Для этого мы должны признать свои ошибки, мы должны предстать перед законом.

    — Я в отчаянном положении! — Как и все мы. Мы живем в этом городе, пытаемся справиться с его проблемами. Мы все в отчаянном положении идем на отчаянные меры!... Даже ужасные. Но я должен верить, что для нас ещё осталась надежда. Я должен верить, что город можно спасти! И как только мы прекратим верить, тогда город и погибнет. И мы, мы погибнем вместе с ним. И… мне кажется, что мы сможем спасти город тогда, когда сможем спасти самих себя. Для этого мы должны признать свои ошибки, мы должны предстать перед законом.

    — Лиза · сериал
15. «

    Никогда не отчаивайтесь, никогда не опускайте рук, ибо правый победит.

    Никогда не отчаивайтесь, никогда не опускайте рук, ибо правый победит.

    — Лобсанг Рампа · книга
16. «

    Твоя жизнь не разрушена, она лишь ждет, когда ты придешь и оживишь её...

    Твоя жизнь не разрушена, она лишь ждет, когда ты придешь и оживишь её...

    — Друг · сериал
17. «

    Мир, — сказал он, — мир не стоит на месте. И если отчаиваешься в собственной стране, надо верить в него. Затмение солнца возможно, но только не вечная ночь. Во всяком случае, на нашей планете. Не надо так быстро сдаваться и впадать в отчаяние.

    Мир, — сказал он, — мир не стоит на месте. И если отчаиваешься в собственной стране, надо верить в него. Затмение солнца возможно, но только не вечная ночь. Во всяком случае, на нашей планете. Не надо так быстро сдаваться и впадать в отчаяние.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    — Но не вдвоём, а поодиночке… — Да, — подтвердила она, — поодиночке. И при этом слове Уилл ощутил, как в нём волной всколыхнулись гнев и отчаяние — они поднялись из самой глубины его души, словно из недр океана, потрясённых каким-то могучим катаклизмом. Всю жизнь он был один, и теперь снова будет один: тот удивительный, бесценный дар, который ему достался, отнимут почти сразу же. Он чувствовал, как эта волна вздымается всё выше и выше, как её гребень начинает дрожать и заворачиваться — и как эта гигантская масса всем своим весом обрушивается на каменный берег того, что должно быть. А потом из груди его невольно вырвалось рыдание, потому что такого гнева и боли он не испытывал ещё никогда в жизни; и Лира, дрожащая в его объятиях, была так же беспомощна. Но волна разбилась и отхлынула назад, а грозные скалы остались — ни его, ни Лирино отчаяние не сдвинуло их ни на сантиметр, поскольку споры с судьбой бесполезны. Он не знал, сколько времени боролся со своими чувствами. Но постепенно он начал приходить в себя; буря в его душе улеглась. Возможно, водам этого внутреннего океана не суждено было успокоиться окончательно, однако первое, самое мощное потрясение уже миновало.

    — Но не вдвоём, а поодиночке… — Да, — подтвердила она, — поодиночке. И при этом слове Уилл ощутил, как в нём волной всколыхнулись гнев и отчаяние — они поднялись из самой глубины его души, словно из недр океана, потрясённых каким-то могучим катаклизмом. Всю жизнь он был один, и теперь снова будет один: тот удивительный, бесценный дар, который ему достался, отнимут почти сразу же. Он чувствовал, как эта волна вздымается всё выше и выше, как её гребень начинает дрожать и заворачиваться — и как эта гигантская масса всем своим весом обрушивается на каменный берег того, что должно быть. А потом из груди его невольно вырвалось рыдание, потому что такого гнева и боли он не испытывал ещё никогда в жизни; и Лира, дрожащая в его объятиях, была так же беспомощна. Но волна разбилась и отхлынула назад, а грозные скалы остались — ни его, ни Лирино отчаяние не сдвинуло их ни на сантиметр, поскольку споры с судьбой бесполезны. Он не знал, сколько времени боролся со своими чувствами. Но постепенно он начал приходить в себя; буря в его душе улеглась. Возможно, водам этого внутреннего океана не суждено было успокоиться окончательно, однако первое, самое мощное потрясение уже миновало.

    — Филип Пулман · книга
19. «

    Одна из маленьких хитростей — знать, что при тяжелых душевных состояниях неодушевленные предметы приносят больше облегчения, чем чье-то сочувствие или утешение. Человек в отчаянном положении — он берет и переодевается в любимые вещи, и вот уже все стало проще, чем за минуту перед тем; или же он не запирается в четырех стенах, а начинает ходить, ровно дыша, ходит и замечает, как отпускает напряжение...

    Одна из маленьких хитростей — знать, что при тяжелых душевных состояниях неодушевленные предметы приносят больше облегчения, чем чье-то сочувствие или утешение. Человек в отчаянном положении — он берет и переодевается в любимые вещи, и вот уже все стало проще, чем за минуту перед тем; или же он не запирается в четырех стенах, а начинает ходить, ровно дыша, ходит и замечает, как отпускает напряжение...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Мне кажется, люди впадают в отчаяние, когда ждут слишком многого от себя и других. Говорят, когда пытаешься прыгнуть выше головы, в итоге получаешь лишь боль. Не бери на себя слишком много. Стремиться нужно лишь к тому, чего можешь достичь.

    Мне кажется, люди впадают в отчаяние, когда ждут слишком многого от себя и других. Говорят, когда пытаешься прыгнуть выше головы, в итоге получаешь лишь боль. Не бери на себя слишком много. Стремиться нужно лишь к тому, чего можешь достичь.

    — Хару · аниме