119 цитат на тему «отец» — подборка редакции

Собрали 119 цитат на тему «отец» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Папа, папа, я больше никогда не пойду с тобой на санках кататься!((( — Хватит ныть, вези давай!

   — Папа, папа, я больше никогда не пойду с тобой на санках кататься!((( — Хватит ныть, вези давай!
2. «

   Отец знает своих детей не хуже, чем Бог всех нас, он читает в глубине сердец и судит самые намерения.

   Отец знает своих детей не хуже, чем Бог всех нас, он читает в глубине сердец и судит самые намерения.

   — Оноре де Бальзак · книга
3. «

   Изолированная от жизни и раздираемая на части любовью, моя госпожа была меланхоликом, всю свою жизнь она провела в поисках своей вечной любви. Она была очень одинока. Она была совсем ребенком, когда потеряла мать, и она была еще совсем юной, когда умер отец. Он был для нее всем: другом, матерью и братом, и после его смерти, она пыталась найти его в каждом встречном мужчине.

   Изолированная от жизни и раздираемая на части любовью, моя госпожа была меланхоликом, всю свою жизнь она провела в поисках своей вечной любви. Она была очень одинока. Она была совсем ребенком, когда потеряла мать, и она была еще совсем юной, когда умер отец. Он был для нее всем: другом, матерью и братом, и после его смерти, она пыталась найти его в каждом встречном мужчине.

   — Семь мужей / Семь прощенных убийств (7 Khoon Maaf) · фильм
4. «

   В нашей семье слово отца было закон. Слово мамы было другой закон. Иногда эти законы друг другу противоречили, и определить, кто прав, а кто дурак, помогал только скандал.

   В нашей семье слово отца было закон. Слово мамы было другой закон. Иногда эти законы друг другу противоречили, и определить, кто прав, а кто дурак, помогал только скандал.

   — Фред Адра · книга
5. «

   Папа укладывает дочь спать и поет ей: — Баю баюшки баю… Можешь лечь хоть на краю… Придет серенький волчок и … Я не дам тебя кусать. Разорву ему я пасть. Будет кровь кругом свистать. Зато дочка будет спать…

   Папа укладывает дочь спать и поет ей: — Баю баюшки баю… Можешь лечь хоть на краю… Придет серенький волчок и … Я не дам тебя кусать. Разорву ему я пасть. Будет кровь кругом свистать. Зато дочка будет спать…
6. «

   Пока я не узнаю человека действительно близко, оставаться свободным парнем проще, чем быть самим собой. А я папа двух дочек. Работающий папа. И мама, и папа. Я перед сном изучаю кулинарные книги и ищу пособия по воспитанию детей. Я покупаю платья и юбочки. Вязать и шить учусь. Я — мистер салфетная башка! Чтобы не захлебнуться постоянном перегрузе, я вынужден комбинировать части моей жизни, пока я её не налажу...

   Пока я не узнаю человека действительно близко, оставаться свободным парнем проще, чем быть самим собой. А я папа двух дочек. Работающий папа. И мама, и папа. Я перед сном изучаю кулинарные книги и ищу пособия по воспитанию детей. Я покупаю платья и юбочки. Вязать и шить учусь. Я — мистер салфетная башка! Чтобы не захлебнуться постоянном перегрузе, я вынужден комбинировать части моей жизни, пока я её не налажу...

   — Грэм Симкинс · фильм
7. «

   Самая важная вещь, которую отец может сделать для своих детей, — это любить их мать.

   Самая важная вещь, которую отец может сделать для своих детей, — это любить их мать.

   — Теодор Хесбург
8. «

   Я смотрел, отец говорил: — Ты видел свадебный зал, когда ушли молодые и гости. Что, кроме беспорядка, открыл нам бледный утренний свет? Черепки разбитых кувшинов, сдвинутые с места столы, зола в очаге и пепел говорят, что люди здесь ели, пили и суетились. Но, глядя на послепраздничный беспорядок, что узнаешь ты о любви?

   Я смотрел, отец говорил: — Ты видел свадебный зал, когда ушли молодые и гости. Что, кроме беспорядка, открыл нам бледный утренний свет? Черепки разбитых кувшинов, сдвинутые с места столы, зола в очаге и пепел говорят, что люди здесь ели, пили и суетились. Но, глядя на послепраздничный беспорядок, что узнаешь ты о любви?

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
9. «

   Знаете, говорят, главное, что может сделать отец для своих детей – это любить их мать. А главное, что может мать дать своим детям – это быть счастливой. В этой, казалось бы, эгоистичной фразе заключен на самом деле огромный смысл. Только счастливая мама может дать своим детям пример того, КАК быть счастливыми. И только любящий папа может сделать счастливой маму. И вот в этом круговороте любви, в этом поле любви и счастья дети тоже имеют возможность расти счастливыми.

   Знаете, говорят, главное, что может сделать отец для своих детей – это любить их мать. А главное, что может мать дать своим детям – это быть счастливой. В этой, казалось бы, эгоистичной фразе заключен на самом деле огромный смысл. Только счастливая мама может дать своим детям пример того, КАК быть счастливыми. И только любящий папа может сделать счастливой маму. И вот в этом круговороте любви, в этом поле любви и счастья дети тоже имеют возможность расти счастливыми.
10. «

    Это папа? Возможно. Но даже если не папа, то все равно человек. Я вырвал эти страницы. Я сложил их в обратном порядке: последнюю — сначала, первую — в конце. Когда я их пролистал, получилось, что человек не падает, а взлетает. Если бы у меня еще были снимки, он мог бы влететь в окно, внутрь здания, и дым бы всосался в брешь, из которой бы вылетел самолет. Папа записал бы свои сообщения задом наперед, пока бы они не стерлись, а самолет бы долетел задом наперед до самого Бостона. Лифт привез бы его на первый этаж, и перед выходом он нажал бы на последний. Пятясь, он вошел бы в метро, и метро поехало бы задом назад, до нашей остановки. Пятясь, папа прошел бы через турникет, убрал бы в карман магнитную карту и попятился бы домой, читая на ходу «Нью-Йорк Таймc» справа налево. Он бы выплюнул кофе в кружку, загрязнил зубной щеткой зубы и нанес бритвой щетину на лицо. Он бы лег в постель, и будильник прозвенел бы задом наперед, и сон бы ему приснился от конца к началу. Потом бы он встал в конце вечера перед наихудшим днем И припятился в мою комнату, насвистывая I am the Walrus задом наперед. Он нырнул бы ко мне в кровать. Мы бы смотрели на фальшивые звезды, мерцавшие под нашими взглядами. Я бы сказал: «Ничего» задом наперед. Он бы сказал: «Что, старина?» задом наперед. Я бы сказал: «Пап?» задом наперед, и это прозвучало бы, как обычное «Пап».

    Это папа? Возможно. Но даже если не папа, то все равно человек. Я вырвал эти страницы. Я сложил их в обратном порядке: последнюю — сначала, первую — в конце. Когда я их пролистал, получилось, что человек не падает, а взлетает. Если бы у меня еще были снимки, он мог бы влететь в окно, внутрь здания, и дым бы всосался в брешь, из которой бы вылетел самолет. Папа записал бы свои сообщения задом наперед, пока бы они не стерлись, а самолет бы долетел задом наперед до самого Бостона. Лифт привез бы его на первый этаж, и перед выходом он нажал бы на последний. Пятясь, он вошел бы в метро, и метро поехало бы задом назад, до нашей остановки. Пятясь, папа прошел бы через турникет, убрал бы в карман магнитную карту и попятился бы домой, читая на ходу «Нью-Йорк Таймc» справа налево. Он бы выплюнул кофе в кружку, загрязнил зубной щеткой зубы и нанес бритвой щетину на лицо. Он бы лег в постель, и будильник прозвенел бы задом наперед, и сон бы ему приснился от конца к началу. Потом бы он встал в конце вечера перед наихудшим днем И припятился в мою комнату, насвистывая I am the Walrus задом наперед. Он нырнул бы ко мне в кровать. Мы бы смотрели на фальшивые звезды, мерцавшие под нашими взглядами. Я бы сказал: «Ничего» задом наперед. Он бы сказал: «Что, старина?» задом наперед. Я бы сказал: «Пап?» задом наперед, и это прозвучало бы, как обычное «Пап».

    — Джонатан Сафран Фоер · книга
11. «

    — Отправляйся ты бродить по белу свету, поучись уму-разуму. — У... Как же мне учиться? Книжек-то у меня нет, да и купить-то их не на что. — Не беда, жизнь научит.

    — Отправляйся ты бродить по белу свету, поучись уму-разуму. — У... Как же мне учиться? Книжек-то у меня нет, да и купить-то их не на что. — Не беда, жизнь научит.

    — Джанни Родари · книга
12. «

    Мой отец был булочник, и на культуру ему было насрать. Бывало, играю я на пианино, а он входит, стряхивает мучную пыль со своих волосатых рук и говорит: «Что это за херню ты играешь?» Я говорю: «Бетховена». А отец: «Неудивительно, что он оглох. Ради бога, выйди и займись чем-нибудь». Теперь мне во многом понятен его цинизм.

    Мой отец был булочник, и на культуру ему было насрать. Бывало, играю я на пианино, а он входит, стряхивает мучную пыль со своих волосатых рук и говорит: «Что это за херню ты играешь?» Я говорю: «Бетховена». А отец: «Неудивительно, что он оглох. Ради бога, выйди и займись чем-нибудь». Теперь мне во многом понятен его цинизм.

    — Энтони Хопкинс
13. «

    ... Все долгие годы после того, как отец от нас ушел, я использовала любую возможность, чтобы с ним увидеться. И не было ни одного раза, чтобы я отказалась от даже пятиминутной встречи. Наверное, у меня такая «папозависимость»: папа имеет огромную силу и власть надо мной. Господь дал ему разум использовать это только во благо. Встречаясь со мной, отец мог говорить на общие темы, просто слушать мои новости, но в итоге я всегда получала мощнейший заряд энергии... Я становилась еще сильнее. И, что очень важно, спокойнее и рассудительнее. А еще очень давно заметила, что после каждой встречи с отцом довольно долгое время отлично выгляжу. Свечусь изнутри папиной любовью...

    ... Все долгие годы после того, как отец от нас ушел, я использовала любую возможность, чтобы с ним увидеться. И не было ни одного раза, чтобы я отказалась от даже пятиминутной встречи. Наверное, у меня такая «папозависимость»: папа имеет огромную силу и власть надо мной. Господь дал ему разум использовать это только во благо. Встречаясь со мной, отец мог говорить на общие темы, просто слушать мои новости, но в итоге я всегда получала мощнейший заряд энергии... Я становилась еще сильнее. И, что очень важно, спокойнее и рассудительнее. А еще очень давно заметила, что после каждой встречи с отцом довольно долгое время отлично выгляжу. Свечусь изнутри папиной любовью...

    — Екатерина Сиванова · книга
14. «

    Я практически ничего о нем не помню, кроме следа от его мягко светящейся улыбки.

    Я практически ничего о нем не помню, кроме следа от его мягко светящейся улыбки.

    — Рик Риордан · книга
15. «

    Я плакал впервые за несколько лет и впервые в жизни об отце и долгое время не мог унять слёзы. Я знал, что мой отец — хороший, добрый человек, и хотя жизнь у него оказалась сложная, он приложил все усилия, чтобы меня вырастить. Он никогда не поднимал на меня руку, и я мучился угрызениями совести за все годы, когда вёл себя как дурак.

    Я плакал впервые за несколько лет и впервые в жизни об отце и долгое время не мог унять слёзы. Я знал, что мой отец — хороший, добрый человек, и хотя жизнь у него оказалась сложная, он приложил все усилия, чтобы меня вырастить. Он никогда не поднимал на меня руку, и я мучился угрызениями совести за все годы, когда вёл себя как дурак.

    — Николас Спаркс · книга
16. «

    Коул умер, потому что дежурный хирург принял Красного Льда и не мог оперировать. Все это время я обвинял того андроида, но виноват был человек! И еще этот гребанный мир, в котором люди привыкли глушить печали горстью порошка.

    Коул умер, потому что дежурный хирург принял Красного Льда и не мог оперировать. Все это время я обвинял того андроида, но виноват был человек! И еще этот гребанный мир, в котором люди привыкли глушить печали горстью порошка.

    — Лейтенант Хэнк Андерсон · игра
17. «

    Вот то-то, все вы гордецы! Спросили бы, как делали отцы? Учились бы на старших глядя: Мы, например, или покойник дядя.

    Вот то-то, все вы гордецы! Спросили бы, как делали отцы? Учились бы на старших глядя: Мы, например, или покойник дядя.

    — Александр Сергеевич Грибоедов · книга
18. «

    Если вы по коридору Мчитесь на велосипеде, А на встречу вам из ванной Вышел папа погулять, Не сворачивайте в кухню, В кухне твердый холодильник. Тормозите лучше в папу. Папа мягкий. Он простит.

    Если вы по коридору Мчитесь на велосипеде, А на встречу вам из ванной Вышел папа погулять, Не сворачивайте в кухню, В кухне твердый холодильник. Тормозите лучше в папу. Папа мягкий. Он простит.

    — Григорий Остер · книга
19. «

    Без отца — полсироты, а без матери — вся сирота.

    Без отца — полсироты, а без матери — вся сирота.

    — Азербайджанские пословицы и поговорки
20. «

    Этот человек никогда не был мне отцом. Почему сейчас я должна быть ему дочерью?

    Этот человек никогда не был мне отцом. Почему сейчас я должна быть ему дочерью?