122 цитаты на тему «память со смыслом» — подборка редакции

Собрали 122 цитаты на тему «память со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   0001645. У свободного есть родина, у раба нет ни воспоминаний, ни родины. Родина — это всегда понимание прошлого своей истории. Видеть прошлое можно только встав с колен.

   0001645. У свободного есть родина, у раба нет ни воспоминаний, ни родины. Родина — это всегда понимание прошлого своей истории. Видеть прошлое можно только встав с колен.
2. «

   То, что забыто, не значит, что оно умерло. В душе всё можно воплотить в жизнь.

   То, что забыто, не значит, что оно умерло. В душе всё можно воплотить в жизнь.

   — Кларисса Пинкола Эстес · книга
3. «

   Если Вы говорите только правду, Вам не нужно ни о чем помнить.

   Если Вы говорите только правду, Вам не нужно ни о чем помнить.

   — Марк Твен
4. «

   В памяти сохранилась картинка, как она ранним утром идет по траве к дому в тончайшем розовом платье, обтягиваем грудь. Решил, что каждое такое воспоминание наносит вред оригиналу. Как раньше на вечеринках играли в «испорченный телефон»: скажи слово и передай дальше. Но не слишком увлекайся. Учти: каждый раз, осознанно или нет, ты изменяешь то, что вспоминаешь.

   В памяти сохранилась картинка, как она ранним утром идет по траве к дому в тончайшем розовом платье, обтягиваем грудь. Решил, что каждое такое воспоминание наносит вред оригиналу. Как раньше на вечеринках играли в «испорченный телефон»: скажи слово и передай дальше. Но не слишком увлекайся. Учти: каждый раз, осознанно или нет, ты изменяешь то, что вспоминаешь.

   — Кормак Маккарти · книга
5. «

   Любые воспоминания навечно остаются в нас. Архив разума, куда помещена человеческая мемори-карта, безразмерен...

   Любые воспоминания навечно остаются в нас. Архив разума, куда помещена человеческая мемори-карта, безразмерен...

   — Эльчин Сафарли · книга
6. «

   Память вообще странная штука. Казалось бы это событие останется с тобой навсегда, но проходит какое то время и ты видишь его, как через мутный иллюминатор. Какие то фигуры на секунду возникают из небытия и изчезают, и ты не успеваешь увидеть их лица. Или сосредоточившись ты видишь одного человека и его лицо, но события вокруг погружаются в сумрак. И эта внутренняя игра света становится второй биографией, более реальной, чем внешняя. Потому что каждая такая световая вспышка побеждает время, показывая, что его нет.

   Память вообще странная штука. Казалось бы это событие останется с тобой навсегда, но проходит какое то время и ты видишь его, как через мутный иллюминатор. Какие то фигуры на секунду возникают из небытия и изчезают, и ты не успеваешь увидеть их лица. Или сосредоточившись ты видишь одного человека и его лицо, но события вокруг погружаются в сумрак. И эта внутренняя игра света становится второй биографией, более реальной, чем внешняя. Потому что каждая такая световая вспышка побеждает время, показывая, что его нет.

   — Марта Кетро · книга
7. «

   ... Вот пример того, как я часто замечаю противоречия. Вы все читали рассказ Чехова «Злоумышленник». А есть там какой-нибудь неправильный момент?... Вот слушайте. Следователь говорит крестьянину: «Ага, а ты что, не знаешь разве, что гайками привинчиваются рельсы к шпалам?» − Это правильно? Нет? А у Чехова так написано. Я ведь вижу это, и вижу, что это не так! Я ещё раз перечитываю: нет, гайка для этого не подходит... ... А кто читал «Хамелеон»? «Очумелов вышел в новой шинели...». Когда он вышел и увидел такую сцену, он говорит: «Ну-ка, околоточный, сними с меня пальто...». Я думаю, что я ошибся, смотрю начало − да, там была шинель... Ошибся Чехов, а не я... ... И ещё пример. Возьмите «Толстый и тонкий». Гимназисты раньше носили форму, а там говорится: «Вначале он как-то несмело носил шапку», а дальше «услышав, что он генерал − он поправил фуражку». Таких моментов много можно найти и у Чехова, и у Шолохова. Ведь они не видели, а я вижу». (Опыт 15/ III 1951 г.).

   ... Вот пример того, как я часто замечаю противоречия. Вы все читали рассказ Чехова «Злоумышленник». А есть там какой-нибудь неправильный момент?... Вот слушайте. Следователь говорит крестьянину: «Ага, а ты что, не знаешь разве, что гайками привинчиваются рельсы к шпалам?» − Это правильно? Нет? А у Чехова так написано. Я ведь вижу это, и вижу, что это не так! Я ещё раз перечитываю: нет, гайка для этого не подходит... ... А кто читал «Хамелеон»? «Очумелов вышел в новой шинели...». Когда он вышел и увидел такую сцену, он говорит: «Ну-ка, околоточный, сними с меня пальто...». Я думаю, что я ошибся, смотрю начало − да, там была шинель... Ошибся Чехов, а не я... ... И ещё пример. Возьмите «Толстый и тонкий». Гимназисты раньше носили форму, а там говорится: «Вначале он как-то несмело носил шапку», а дальше «услышав, что он генерал − он поправил фуражку». Таких моментов много можно найти и у Чехова, и у Шолохова. Ведь они не видели, а я вижу». (Опыт 15/ III 1951 г.).

   — Александр Романович Лурия · книга
8. «

   Морщинки, годы, память и рассвет — жизни нашей надежный амулет.

   Морщинки, годы, память и рассвет — жизни нашей надежный амулет.
9. «

   Нам говорят, что мы обязаны оставить после себя след, Обязаны быть чем-то большим, чем мы есть. Именно по этой причине образуется гонка со временем, В которой человек проигрывает. Но оставить след после себя намного проще, чем кажется. Можно взять кусок грязи и написать на стене своё имя. След останется, в этом нет сомнений. Вот только вряд ли это увековечит тебя. Вряд ли это способно содрогнуть невозмутимую гибель И предотвратить забвение.

   Нам говорят, что мы обязаны оставить после себя след, Обязаны быть чем-то большим, чем мы есть. Именно по этой причине образуется гонка со временем, В которой человек проигрывает. Но оставить след после себя намного проще, чем кажется. Можно взять кусок грязи и написать на стене своё имя. След останется, в этом нет сомнений. Вот только вряд ли это увековечит тебя. Вряд ли это способно содрогнуть невозмутимую гибель И предотвратить забвение.
10. «

    Память необходима, чтобы удержаться от новых ошибок. За необдуманными поступками следует расплата – невозможность изменить совершенное. И как следствие – бесконечное сожаление. И если даже хочется о чем-то забыть, делать этого никак нельзя. Память – наш плот из сладких свершений и горечи потерь, радостных встреч и неизбежных прощаний, головокружительных взлетов и болезненных падений. Пока мы помним – мы живем.

    Память необходима, чтобы удержаться от новых ошибок. За необдуманными поступками следует расплата – невозможность изменить совершенное. И как следствие – бесконечное сожаление. И если даже хочется о чем-то забыть, делать этого никак нельзя. Память – наш плот из сладких свершений и горечи потерь, радостных встреч и неизбежных прощаний, головокружительных взлетов и болезненных падений. Пока мы помним – мы живем.

    — Александр Форш · книга
11. «

    Смерти на самом деле нет, доченька. Люди умирают по-настоящему лишь когда их забывают. Если будешь помнить меня, то я всегда буду с тобой.

    Смерти на самом деле нет, доченька. Люди умирают по-настоящему лишь когда их забывают. Если будешь помнить меня, то я всегда буду с тобой.

    — Исабель Альенде · книга
12. «

    Я помню, что вы сказали мне в монастыре... Хранить их в сердце... Это способ любить того, кого нет рядом с тобой.

    Я помню, что вы сказали мне в монастыре... Хранить их в сердце... Это способ любить того, кого нет рядом с тобой.

    — Джули Пирс · фильм
13. «

    Память верит раньше, чем вспоминает знание. Верит дольше, чем помнит, дольше, чем знание спрашивает.

    Память верит раньше, чем вспоминает знание. Верит дольше, чем помнит, дольше, чем знание спрашивает.

    — Уильям Фолкнер · книга
14. «

    Меня помнили, потому что обо мне забыли.

    Меня помнили, потому что обо мне забыли.

    — Мэттью МакКонахи · книга
15. «

    Сердце, которое хоть раз по-настоящему любит, никогда об этом не забывает.

    Сердце, которое хоть раз по-настоящему любит, никогда об этом не забывает.

    — Английские пословицы и поговорки
16. «

    Я не знаю, какой ты. Этого не знают даже те, кто совершенно уверен в том, что знают. Ты такой, какой ты есть, но могу же я надеяться, что ты такой, каким я всю жизнь хотел тебя видеть: добрый и умный, снисходительный и помнящий, внимательный и, может быть, даже благородный. Мы растеряли все это, у нас не хватает на это ни сил, ни времени, мы только строим памятники, все больше, все выше, все дешевле, а помнить — помнить мы уже не можем.

    Я не знаю, какой ты. Этого не знают даже те, кто совершенно уверен в том, что знают. Ты такой, какой ты есть, но могу же я надеяться, что ты такой, каким я всю жизнь хотел тебя видеть: добрый и умный, снисходительный и помнящий, внимательный и, может быть, даже благородный. Мы растеряли все это, у нас не хватает на это ни сил, ни времени, мы только строим памятники, все больше, все выше, все дешевле, а помнить — помнить мы уже не можем.

    — Аркадий Стругацкий · книга
17. «

    Он без труда изучил английский, французский, португальский, латинский. Однако я подозреваю, что он был не очень способен мыслить. Мыслить — значит забывать о различиях, обобщать, абстрагировать. В загроможденном предметами мире Фунеса были только подробности, к тому же лишь непосредственно данные.

    Он без труда изучил английский, французский, португальский, латинский. Однако я подозреваю, что он был не очень способен мыслить. Мыслить — значит забывать о различиях, обобщать, абстрагировать. В загроможденном предметами мире Фунеса были только подробности, к тому же лишь непосредственно данные.

    — Хорхе Луис Борхес · книга
18. «

    Память остаётся с тобой до конца.

    Память остаётся с тобой до конца.

    — Галина Пагутяк · книга
19. «

    Память никогда не воспроизводит реальности. Всякая реконструкция изменяет оригинал, становится вечным каркасом взаимоотсылок, которые неизбежно оказываются недостаточными.

    Память никогда не воспроизводит реальности. Всякая реконструкция изменяет оригинал, становится вечным каркасом взаимоотсылок, которые неизбежно оказываются недостаточными.

    — Фрэнк Герберт · книга
20. «

    Кто мы такие, в основном определяет память, именно поэтому так тяжело бороться с привычками.

    Кто мы такие, в основном определяет память, именно поэтому так тяжело бороться с привычками.

    — Холли Блэк · книга