41 цитата про «памятники», проверенных временем

Тема «памятники» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 41 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Много ли нужно для сохранения памяти о человеке? Час работы мраморщика.

   Много ли нужно для сохранения памяти о человеке? Час работы мраморщика.

   — Альфонс Жан Карр
2. «

   Я не знаю, какой ты. Этого не знают даже те, кто совершенно уверен в том, что знают. Ты такой, какой ты есть, но могу же я надеяться, что ты такой, каким я всю жизнь хотел тебя видеть: добрый и умный, снисходительный и помнящий, внимательный и, может быть, даже благородный. Мы растеряли все это, у нас не хватает на это ни сил, ни времени, мы только строим памятники, все больше, все выше, все дешевле, а помнить — помнить мы уже не можем.

   Я не знаю, какой ты. Этого не знают даже те, кто совершенно уверен в том, что знают. Ты такой, какой ты есть, но могу же я надеяться, что ты такой, каким я всю жизнь хотел тебя видеть: добрый и умный, снисходительный и помнящий, внимательный и, может быть, даже благородный. Мы растеряли все это, у нас не хватает на это ни сил, ни времени, мы только строим памятники, все больше, все выше, все дешевле, а помнить — помнить мы уже не можем.

   — Аркадий Стругацкий · книга
3. «

   Пусть вернётся Феликс на Лубянку — Нужен символ крепости в Москве. Даст народ проснувшись спозаранку, Пронестись желаемой молве: Что окрепла матушка Россия, Диктовать никто не смеет ей, Как ей жить и быть ли ей Мессией Для людей, что жаждут светлых дней.

   Пусть вернётся Феликс на Лубянку — Нужен символ крепости в Москве. Даст народ проснувшись спозаранку, Пронестись желаемой молве: Что окрепла матушка Россия, Диктовать никто не смеет ей, Как ей жить и быть ли ей Мессией Для людей, что жаждут светлых дней.

   — Аристарх Ромашин
4. «

   — А у меня как раз просьба. У вас курганы есть, скифские. — Да? Да! — Можно как-то было бы устроить, ну распорядитесь, чтоб там землю не воровали, дорогу можно сделать как-то. Ну, а то стыдно — исторический памятник все-таки, пожалуйста. — Антон Романович, а вам-то это зачем? — Да это не только мне, это вам нужно.

   — А у меня как раз просьба. У вас курганы есть, скифские. — Да? Да! — Можно как-то было бы устроить, ну распорядитесь, чтоб там землю не воровали, дорогу можно сделать как-то. Ну, а то стыдно — исторический памятник все-таки, пожалуйста. — Антон Романович, а вам-то это зачем? — Да это не только мне, это вам нужно.

   — Вячеслав Андреевич Золотов · сериал
5. «

   У меня когда бабушке было шестьдесят лет, она сделала себе полностью памятник прям с фотографией. Но прикол в том, что сейчас ей восемьдесят, всё хорошо, но она уже ходила перефоткаться три раза. И мне нравится, что она даже в этом остаётся тёлочкой. Мне кажется, каждый раз она подходит к фотографу и такая: «Сфоткай меня так, чтобы не поняли, кого потеряли!»

   У меня когда бабушке было шестьдесят лет, она сделала себе полностью памятник прям с фотографией. Но прикол в том, что сейчас ей восемьдесят, всё хорошо, но она уже ходила перефоткаться три раза. И мне нравится, что она даже в этом остаётся тёлочкой. Мне кажется, каждый раз она подходит к фотографу и такая: «Сфоткай меня так, чтобы не поняли, кого потеряли!»

   — Кирилл Мазур
6. «

   У памятника на закате летом Играют дети. И, склонив главу, Чуть озаренную вечерним светом, Он с возвышенья смотрит на Москву.

   У памятника на закате летом Играют дети. И, склонив главу, Чуть озаренную вечерним светом, Он с возвышенья смотрит на Москву.

   — Самуил Маршак
7. «

   Памятникам нужен постамент мифа.

   Памятникам нужен постамент мифа.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
8. «

   — Что бы ты мог посоветовать древнему памятнику красоте, как я? — Что ж, если мы говорим о древних памятниках, тебе известно, что даже скульптуры Парфенона однажды были раскрашены в яркие, вульгарные цвета. Ужасно. А мне они больше по душе в своем естественном мраморном виде, настолько же выражающие мудрость и опыт, насколько и очаровательны. — Джо Бломфилд, вам нет равных по части лести. — А, может я имею в виду, что ваше место давно в музее? На самом деле, не стоит портить такой шедевр природы, Марджери, оставьте его в покое. Это мой вам совет.

   — Что бы ты мог посоветовать древнему памятнику красоте, как я? — Что ж, если мы говорим о древних памятниках, тебе известно, что даже скульптуры Парфенона однажды были раскрашены в яркие, вульгарные цвета. Ужасно. А мне они больше по душе в своем естественном мраморном виде, настолько же выражающие мудрость и опыт, насколько и очаровательны. — Джо Бломфилд, вам нет равных по части лести. — А, может я имею в виду, что ваше место давно в музее? На самом деле, не стоит портить такой шедевр природы, Марджери, оставьте его в покое. Это мой вам совет.

   — Марджери · фильм
9. «

   Утрата текста, на мой взгляд, вовсе не обессмыслила объект, напротив, радикально переформатировала мессидж в сторону безграничного расширения смысла. Теряя накладные буквы, объект независимо от воли людей (скажем, охотников за цветным металлом) самоперепосвящается — чему, это уже другой вопрос. Но плита при этом не перестает быть мемориальной.

   Утрата текста, на мой взгляд, вовсе не обессмыслила объект, напротив, радикально переформатировала мессидж в сторону безграничного расширения смысла. Теряя накладные буквы, объект независимо от воли людей (скажем, охотников за цветным металлом) самоперепосвящается — чему, это уже другой вопрос. Но плита при этом не перестает быть мемориальной.

   — Сергей Носов · книга
10. «

    Евросоюз — это потерпевшие поражение [во Второй мировой войне]. Для них памятники нашим солдатам, нашим героям, это памятники об их поражении, символы их поражения. Поэтому как только они почувствовали, что могут себе это позволить, сразу же началось глумление над этими памятниками, а затем и снос. Первопричина — это крах Советского Союза.

    Евросоюз — это потерпевшие поражение [во Второй мировой войне]. Для них памятники нашим солдатам, нашим героям, это памятники об их поражении, символы их поражения. Поэтому как только они почувствовали, что могут себе это позволить, сразу же началось глумление над этими памятниками, а затем и снос. Первопричина — это крах Советского Союза.

    — Игорь Сергеевич Шишкин
11. «

    Вы, которые через долгие годы увидите эти памятники, рассказывающие о том, что сделала, вы скажете: Мы не знаем... как они смогли создать целую гору золота.

    Вы, которые через долгие годы увидите эти памятники, рассказывающие о том, что сделала, вы скажете: Мы не знаем... как они смогли создать целую гору золота.

    — Эрих Церен · книга
12. «

    Смысл. Оставить след во Вселенной. Но не безмолвный памятник былого величия. Не бесполезный монумент мёртвого тщеславия. Быть полезными кому-то ещё, кто будет жить тысячелетия после нас.

    Смысл. Оставить след во Вселенной. Но не безмолвный памятник былого величия. Не бесполезный монумент мёртвого тщеславия. Быть полезными кому-то ещё, кто будет жить тысячелетия после нас.

    — Дмитрий Игнатов · книга
13. «

    Мы разучились отличать надгробия от памятников.

    Мы разучились отличать надгробия от памятников.

    — Станислав Ежи Лец · книга
14. «

    Нельзя ставить памятники при жизни человека. Пусть он помрет сначала, никак не менее тридцати лет должно миновать, чтобы страсти поутихли, чтобы свидетели дел повымерли, — лишь тогда истина обнаружится и поймут люди, достойна ли я места в истории государственной… Тогда уж и ставьте, черт с вами!

    Нельзя ставить памятники при жизни человека. Пусть он помрет сначала, никак не менее тридцати лет должно миновать, чтобы страсти поутихли, чтобы свидетели дел повымерли, — лишь тогда истина обнаружится и поймут люди, достойна ли я места в истории государственной… Тогда уж и ставьте, черт с вами!

    — Валентин Пикуль · книга
15. «

    Произнося слово «увековечить», мы даже не задумываемся, насколько смертны памятники. Как бы ни были они «ориентированы на вечность», средняя продолжительность их жизни соизмерима с человеческой.

    Произнося слово «увековечить», мы даже не задумываемся, насколько смертны памятники. Как бы ни были они «ориентированы на вечность», средняя продолжительность их жизни соизмерима с человеческой.

    — Сергей Носов · книга
16. «

    Всё-таки странно, почему принято ставить памятники всевозможным людям? А почему бы не поставить памятник луне или дереву в цвету?..

    Всё-таки странно, почему принято ставить памятники всевозможным людям? А почему бы не поставить памятник луне или дереву в цвету?..

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Гораций, сам того не подозревая, родил в поэзии абсолютно новый жанр — в литературе его так и обозначают: памятник. Памятники нерукотворные себе воздвигли, после Горация, в нашей России: Капнист, Ломоносов, Державин, Пушкин, Фет, Брюсов, Бродский.

    Гораций, сам того не подозревая, родил в поэзии абсолютно новый жанр — в литературе его так и обозначают: памятник. Памятники нерукотворные себе воздвигли, после Горация, в нашей России: Капнист, Ломоносов, Державин, Пушкин, Фет, Брюсов, Бродский.

    — Елена Крюкова · книга
18. «

    Это вот так убийцы с топорами раньше искали новую жертву?

    Это вот так убийцы с топорами раньше искали новую жертву?

    — Хлоя Прайс · игра
19. «

    На каком ещё надгробии? Никаких памятников не будет. Пусть похоронят в лесу, чтоб засыпало листьями.

    На каком ещё надгробии? Никаких памятников не будет. Пусть похоронят в лесу, чтоб засыпало листьями.

    — Джаред Лето
20. «

    С каждой стороны широкого постамента — дощечки с выгравированными на металле именами. — Местные жители, погибшие в двух мировых войнах. — Сняв очки, я представляю венки из алых маков, которые ложатся сюда в ноябре. В алфавитном порядке перечисляются фамилии здешних прихожан, павших в бою. Над каждой группой имен значится год смерти. — Сколько жизней потеряла эта деревня...

    С каждой стороны широкого постамента — дощечки с выгравированными на металле именами. — Местные жители, погибшие в двух мировых войнах. — Сняв очки, я представляю венки из алых маков, которые ложатся сюда в ноябре. В алфавитном порядке перечисляются фамилии здешних прихожан, павших в бою. Над каждой группой имен значится год смерти. — Сколько жизней потеряла эта деревня...

    — Сэм Хайес · книга