130 сильных цитат: «пение»

Тема «пение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 130 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Голос, которому нечего говорить, мало-помалу забывает о том, что можно петь.

   Голос, которому нечего говорить, мало-помалу забывает о том, что можно петь.

   — Жюльетта Бенцони · книга
2. «

   Но я пел только громко, я не хотел петь потише, потому что настоящее пение – это именно когда громко!

   Но я пел только громко, я не хотел петь потише, потому что настоящее пение – это именно когда громко!

   — Виктор Драгунский · книга
3. «

   Кто-то считает, что все уходит, когда плачешь. Я считаю, что все уходит, когда поешь.

   Кто-то считает, что все уходит, когда плачешь. Я считаю, что все уходит, когда поешь.

   — Бек Хэнсен
4. «

   — Любите вы уличное пение? — обратился вдруг Раскольников к одному, уже немолодому, прохожему, ставшему рядом с ним у шарманки и имевшему вид фланера. Тот дико посмотрел и удивился. — Я люблю, — продолжал Раскольников, но с таким видом, как будто вовсе и не об уличном пении говорил, — я люблю, как поют под шарманку в холодный, темный и сырой осенний вечер, непременно в сырой, когда у всех прохожих бледно-зеленые и больные лица; или, еще лучше, когда снег мокрый падает, совсем прямо, без ветру, знаете? а сквозь него фонари с газом блистают... — Не знаю-с... Извините... — пробормотал господин, испуганный и вопросом, и странным видом Раскольникова, и перешел на другую сторону улицы.

   — Любите вы уличное пение? — обратился вдруг Раскольников к одному, уже немолодому, прохожему, ставшему рядом с ним у шарманки и имевшему вид фланера. Тот дико посмотрел и удивился. — Я люблю, — продолжал Раскольников, но с таким видом, как будто вовсе и не об уличном пении говорил, — я люблю, как поют под шарманку в холодный, темный и сырой осенний вечер, непременно в сырой, когда у всех прохожих бледно-зеленые и больные лица; или, еще лучше, когда снег мокрый падает, совсем прямо, без ветру, знаете? а сквозь него фонари с газом блистают... — Не знаю-с... Извините... — пробормотал господин, испуганный и вопросом, и странным видом Раскольникова, и перешел на другую сторону улицы.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
5. «

   God gave me a voice to sing with, and when you have that, what other gimmick is there?

   God gave me a voice to sing with, and when you have that, what other gimmick is there?

   — Уитни Хьюстон
6. «

   Я стою на краю на обрыве над рекой, Hе могу пошевелить ни рукой, ни головой, Защемило сердце мне, в голове замкнуло, Мне осталось только петь то, что ветром В голову надуло...

   Я стою на краю на обрыве над рекой, Hе могу пошевелить ни рукой, ни головой, Защемило сердце мне, в голове замкнуло, Мне осталось только петь то, что ветром В голову надуло...
7. «

   … когда она пела, от ее голоса закладывало уши и рвались души.

   … когда она пела, от ее голоса закладывало уши и рвались души.

   — Джонатан Франзен · книга
8. «

   — Ну, поёте вы действительно прекрасно, а вот готовить вы не умеете. Вот это не рыба, не заливная рыба, это стрихнин какой-то! — Вы же меня хвалили! — Я врал! Я вру…

   — Ну, поёте вы действительно прекрасно, а вот готовить вы не умеете. Вот это не рыба, не заливная рыба, это стрихнин какой-то! — Вы же меня хвалили! — Я врал! Я вру…

   — Женя Лукашин · фильм
9. «

   Другой мудрец сказал: — Оберегайте ваших жен от увлечения музыкой и пением, ибо эти увлечения разрушают скромность и рождают страсти, приводят к невоздержанности и опьяняют сильнее вина.

   Другой мудрец сказал: — Оберегайте ваших жен от увлечения музыкой и пением, ибо эти увлечения разрушают скромность и рождают страсти, приводят к невоздержанности и опьяняют сильнее вина.

   — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
10. «

    Шёл как-то по лесу один человек, шёл — песню пел. Да так задорно да ловко, что очаровал лесных птиц. Когда же он вышел на поляну, они собрались вокруг него, славя его певчее сердце. — Это неудивительно, — сказал человек. — Я всю свою жизнь посвятил музыке и иной участи не желаю. — Так давай петь вместе, — предложил соловей. — Давай. Взял человек палочку, обвёл взглядом птиц и стремительно поднял вверх обе руки. Птицы испугались этого движения и спрятались в лесных зарослях. Как ни звал их тот человек, они — ни гу-гу. Тот человек был дирижёром. А птицы не знают нот.

    Шёл как-то по лесу один человек, шёл — песню пел. Да так задорно да ловко, что очаровал лесных птиц. Когда же он вышел на поляну, они собрались вокруг него, славя его певчее сердце. — Это неудивительно, — сказал человек. — Я всю свою жизнь посвятил музыке и иной участи не желаю. — Так давай петь вместе, — предложил соловей. — Давай. Взял человек палочку, обвёл взглядом птиц и стремительно поднял вверх обе руки. Птицы испугались этого движения и спрятались в лесных зарослях. Как ни звал их тот человек, они — ни гу-гу. Тот человек был дирижёром. А птицы не знают нот.
11. «

    «Поселись там, где поют; кто поёт, тот худо не думает», — вспомнилась мне старинная швейцарская пословица.

    «Поселись там, где поют; кто поёт, тот худо не думает», — вспомнилась мне старинная швейцарская пословица.

    — Владимир Арсеньев · книга
12. «

    Не плачут сладко и не поют своих скорбей те, которым и впрямь нет нигде ни пути, ни дороги.

    Не плачут сладко и не поют своих скорбей те, которым и впрямь нет нигде ни пути, ни дороги.

    — Иван Алексеевич Бунин · книга
13. «

    Церковь сладкопением углубляет смысл сказанного, когда сама музыка раскрывает, насколько возможно мысль, заключённую в тексте. Этой приправой, как сладостями придаётся вкус пище.

    Церковь сладкопением углубляет смысл сказанного, когда сама музыка раскрывает, насколько возможно мысль, заключённую в тексте. Этой приправой, как сладостями придаётся вкус пище.

    — Григорий Нисский
14. «

    Как нежны тонких рук и ног твоих изгибы! Все жены белые завидовать могли бы Широкому бедру, а бархат глаз твоих Пленит сердца певцов, пробудит трепет в них, Ты Богом рождена в краю лазури знойной, Чтоб трубку зажигать, чтоб ряд сосудов стройный Благоухающей струею наполнять, Москитов жадный рой от ложа отгонять, Чтоб утренней порой при пении платанов Спешить к себе домой с корзиною бананов, Чтоб босоножкою бродить среди полей, Мурлыкая напев забытый прежних дней. Когда же, в мантии пурпурной пламенея, К вам вечер спустится, ночной прохладой вея, Рогожу разостлав, беспечно до зари Во сне мечтаешь ты о пестрых колибри!

    Как нежны тонких рук и ног твоих изгибы! Все жены белые завидовать могли бы Широкому бедру, а бархат глаз твоих Пленит сердца певцов, пробудит трепет в них, Ты Богом рождена в краю лазури знойной, Чтоб трубку зажигать, чтоб ряд сосудов стройный Благоухающей струею наполнять, Москитов жадный рой от ложа отгонять, Чтоб утренней порой при пении платанов Спешить к себе домой с корзиною бананов, Чтоб босоножкою бродить среди полей, Мурлыкая напев забытый прежних дней. Когда же, в мантии пурпурной пламенея, К вам вечер спустится, ночной прохладой вея, Рогожу разостлав, беспечно до зари Во сне мечтаешь ты о пестрых колибри!

    — Шарль Бодлер · книга
15. «

    — Куда едет собака-крымский царь? Собака! — Какая это собака?! Не позволю про царя такие песни петь! Распустились тут без меня! Что за р-репертуар у вас? Надо что-нибудь массовое петь, современное: трали-вали, тили-тили, это нам не… тили-тили, это вам не трали-вали…

    — Куда едет собака-крымский царь? Собака! — Какая это собака?! Не позволю про царя такие песни петь! Распустились тут без меня! Что за р-репертуар у вас? Надо что-нибудь массовое петь, современное: трали-вали, тили-тили, это нам не… тили-тили, это вам не трали-вали…

    — Иван Васильевич Бунша · фильм
16. «

    Многие люди считают, что «Mistery Lady» это джаз. На самом деле это не джаз, а ориентированная на джаз поп-музыка. Но что бы я ни пела, я пою по-своему. Если джаз, он должен звучать как джаз, но все равно он будет нести в себе частицу блюза. Мне нравится заниматься разными вещами. Когда мы закончили этот альбом, я объявила записывающей компании, что намерена работать над его продолжением. Мне хочется, чтобы это был не поп, а что-то вроде биг-бенд стандартов. Что-нибудь такое, чего я никогда раньше не делала, что-то вроде Эллы Фицджеральд, Фрэнка Синатры… Я вовсе не собираюсь петь, как они, я хочу сделать что-то в этом духе. Просто для того, чтобы узнать, что я могу сделать это.

    Многие люди считают, что «Mistery Lady» это джаз. На самом деле это не джаз, а ориентированная на джаз поп-музыка. Но что бы я ни пела, я пою по-своему. Если джаз, он должен звучать как джаз, но все равно он будет нести в себе частицу блюза. Мне нравится заниматься разными вещами. Когда мы закончили этот альбом, я объявила записывающей компании, что намерена работать над его продолжением. Мне хочется, чтобы это был не поп, а что-то вроде биг-бенд стандартов. Что-нибудь такое, чего я никогда раньше не делала, что-то вроде Эллы Фицджеральд, Фрэнка Синатры… Я вовсе не собираюсь петь, как они, я хочу сделать что-то в этом духе. Просто для того, чтобы узнать, что я могу сделать это.

    — Этта Джеймс
17. «

    Есть правильная музыка, и есть говно! Можно петь тупо, а можно умно!

    Есть правильная музыка, и есть говно! Можно петь тупо, а можно умно!
18. «

    В те года Здесь жили издревние эльфы одни, Волшебным пеньем творили они В холмах средь лесов много дивных вещей И чудо-венцы для своих королей. Пришел им закат, звук волшебных словес Сталь заглушила и грохот желез; Нет песен у жадности, только ощер Угрюмый во мраке тесных пещер.

    В те года Здесь жили издревние эльфы одни, Волшебным пеньем творили они В холмах средь лесов много дивных вещей И чудо-венцы для своих королей. Пришел им закат, звук волшебных словес Сталь заглушила и грохот желез; Нет песен у жадности, только ощер Угрюмый во мраке тесных пещер.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
19. «

    Шас спою!..

    Шас спою!..

    — Волк · мультфильм
20. «

    Сбывался самый страшный ее кошмар. Ей придётся петь перед публикой. А ведь она даже в ванной никогда не пела — боялась, что стекла не выдержат.

    Сбывался самый страшный ее кошмар. Ей придётся петь перед публикой. А ведь она даже в ванной никогда не пела — боялась, что стекла не выдержат.

    — Сесилия Ахерн · книга