84 лучших цитаты на тему «первую любовь»

84 цитаты про «первую любовь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Первая любовь прекрасна, но она проходит. Я же думаю о последней любви.

   Первая любовь прекрасна, но она проходит. Я же думаю о последней любви.

   — Уильям Киллик · фильм
2. «

   — Я не приглашу тебя на свидание, потому что не верю в любовь. Думаю, все отношения скатываются...в ненависть, безразличие или... Ну, в эти два состояния. — Мои родители вместе уже 32 года. И они любят друг друга. — Неправда. — Нет, правда. — Вовсе нет. Если они еще не развелись, то наверняка просто смирились с тем, что быть порознь лучше, чем быть вместе. Знаешь, меньшее из зол. Сейчас они точно на пике эмоционального выгорания. Возможно, они просто берегут твои теплые чувства.

   — Я не приглашу тебя на свидание, потому что не верю в любовь. Думаю, все отношения скатываются...в ненависть, безразличие или... Ну, в эти два состояния. — Мои родители вместе уже 32 года. И они любят друг друга. — Неправда. — Нет, правда. — Вовсе нет. Если они еще не развелись, то наверняка просто смирились с тем, что быть порознь лучше, чем быть вместе. Знаешь, меньшее из зол. Сейчас они точно на пике эмоционального выгорания. Возможно, они просто берегут твои теплые чувства.

   — Делл · фильм
3. «

   Я начал провожать ее после школы, руки наши слегка соприкасались при ходьбе, и в конце концов я осмелился взять ее за руку. Очень скоро держание за руки переросло в краткие осторожные поцелуи, а потом поцелуи стали долгими, настоящими, прерывавшимися только тогда, когда нам начинало не хватать воздуха, пока наши неопытные языки жадно исследовали друг друга. К середине октября мы стали совершенно неразлучны, скрепленные в единое целое могучим симбиозом бушующих гормонов и глубокой привязанности, которые чудесным образом подпитывают друг друга в тот сокровенный промежуток между детством и взрослой жизнью, когда они еще не входят в противоречие и не начинают безжалостно друг друга пожирать.

   Я начал провожать ее после школы, руки наши слегка соприкасались при ходьбе, и в конце концов я осмелился взять ее за руку. Очень скоро держание за руки переросло в краткие осторожные поцелуи, а потом поцелуи стали долгими, настоящими, прерывавшимися только тогда, когда нам начинало не хватать воздуха, пока наши неопытные языки жадно исследовали друг друга. К середине октября мы стали совершенно неразлучны, скрепленные в единое целое могучим симбиозом бушующих гормонов и глубокой привязанности, которые чудесным образом подпитывают друг друга в тот сокровенный промежуток между детством и взрослой жизнью, когда они еще не входят в противоречие и не начинают безжалостно друг друга пожирать.

   — Джонатан Троппер · книга
4. «

   — Вы больше никогда не встречали ту девушку? — со вздохом спросила маркиза. — Встретил. Через много лет. И понял, что юность дарит нам странные несбыточные иллюзии, особенно когда речь идет о первой любви. Та девушка стала злой, решительной, и в итоге, опаснее всех женщин, вместе взятых. <...> — Филипп, та девочка по-прежнему жива во мне, и вы это знаете.

   — Вы больше никогда не встречали ту девушку? — со вздохом спросила маркиза. — Встретил. Через много лет. И понял, что юность дарит нам странные несбыточные иллюзии, особенно когда речь идет о первой любви. Та девушка стала злой, решительной, и в итоге, опаснее всех женщин, вместе взятых. <...> — Филипп, та девочка по-прежнему жива во мне, и вы это знаете.

   — Анн и Серж Голон · книга
5. «

   Кто не забудет своей первой любви, не узнает последней.

   Кто не забудет своей первой любви, не узнает последней.

   — Николай Давидович Бурлюк · книга
6. «

   Говорят: первая любовь от Бога, другая от людей, а третья от ангела, что с рожками да с хвостиками пишут.

   Говорят: первая любовь от Бога, другая от людей, а третья от ангела, что с рожками да с хвостиками пишут.

   — Павел Иванович Мельников (Андрей Печерский) · книга
7. «

   — Вы верите в любовь с первого взгляда? — Да. Вернее сказать, в немедленную и неодолимую тягу. Но не думаю, что это может быть надолго. Потому что это основано прежде всего на физических началах. Включается воображение тела, что, на мой взгляд, не абсурд, а составляющая любви. Физическая тяга необходима, но недостаточна. Люди могут жить вместе и по иным причинам. Они любят друг друга, уважают друг друга, им вместе весело, интересно, а физическая сторона, собственно, и не задействована... Но в выигрыше скоро окажется кто-то третий.

   — Вы верите в любовь с первого взгляда? — Да. Вернее сказать, в немедленную и неодолимую тягу. Но не думаю, что это может быть надолго. Потому что это основано прежде всего на физических началах. Включается воображение тела, что, на мой взгляд, не абсурд, а составляющая любви. Физическая тяга необходима, но недостаточна. Люди могут жить вместе и по иным причинам. Они любят друг друга, уважают друг друга, им вместе весело, интересно, а физическая сторона, собственно, и не задействована... Но в выигрыше скоро окажется кто-то третий.

   — Франсуаза Саган · книга
8. «

   Я хочу обнимать тебя первым. Первым всегда легче.

   Я хочу обнимать тебя первым. Первым всегда легче.
9. «

   Первая любовь требует лишь немного глупости и много любопытства.

   Первая любовь требует лишь немного глупости и много любопытства.

   — Джордж Бернард Шоу
10. «

    Ах, сердце, отстрадав, как этот луг, увяло. Огнём прекрасных чувств оно тебя питало, Когда я молод был и был тобой любим.

    Ах, сердце, отстрадав, как этот луг, увяло. Огнём прекрасных чувств оно тебя питало, Когда я молод был и был тобой любим.

    — Адам Мицкевич
11. «

    Первая любовь меняет всю твою жизнь. Её не забудешь, как ни старайся. Та девушка стала твоей первой любовью и, что ни делай, останется с тобой навсегда.

    Первая любовь меняет всю твою жизнь. Её не забудешь, как ни старайся. Та девушка стала твоей первой любовью и, что ни делай, останется с тобой навсегда.

    — Николас Спаркс · книга
12. «

    Я рада, что она не может повториться — лихорадка первой любви. Потому что это лихорадка и бремя, чтобы там ни говорили поэты. Мы не отличаемся храбростью в двадцать лет. Наша жизнь полна малодушных страхов, не имеющих под собой никакой почвы, нас так легко ушибить, так просто поранить, первое язвительное слово сражает нас наповал. Сейчас, укрывшись под броней самодовольства подступающей зрелости, почти не ощущаешь булавочных уколов, которые испытываешь день за днем и тут же о них забываешь, но тогда… как долго звучало в твоих ушах небрежное слово, выжигая в сердце клеймо, какой, казалось, вечный отпечаток оставлял косой взгляд, кинутый через плечо.

    Я рада, что она не может повториться — лихорадка первой любви. Потому что это лихорадка и бремя, чтобы там ни говорили поэты. Мы не отличаемся храбростью в двадцать лет. Наша жизнь полна малодушных страхов, не имеющих под собой никакой почвы, нас так легко ушибить, так просто поранить, первое язвительное слово сражает нас наповал. Сейчас, укрывшись под броней самодовольства подступающей зрелости, почти не ощущаешь булавочных уколов, которые испытываешь день за днем и тут же о них забываешь, но тогда… как долго звучало в твоих ушах небрежное слово, выжигая в сердце клеймо, какой, казалось, вечный отпечаток оставлял косой взгляд, кинутый через плечо.

    — Дафна дю Морье · книга
13. «

    Наше «я» внезапно вырывалось на поиски другого существа, и мы не знали, почему. Нас мучила эта новая жажда — посвятить себя служению существу другого пола. Мы стыдились, но нас томили желания. Мы скрывали это, как преступную тайну, и были полны решимости удовлетворить эти желания наперекор всему миру. В таком состоянии мы совершенно случайно сталкивались с каким-нибудь другим, так же слепо ищущим существом, и атомы соединялись. Из прочитанных книг, из всех слышанных нами разговоров мы знали, что, раз соединившись, мы соединяемся навеки. А потом мы открывали, что другое существо тоже эгоистично, что у него есть свои мысли и стремления и что они не совпадают с нашими.

    Наше «я» внезапно вырывалось на поиски другого существа, и мы не знали, почему. Нас мучила эта новая жажда — посвятить себя служению существу другого пола. Мы стыдились, но нас томили желания. Мы скрывали это, как преступную тайну, и были полны решимости удовлетворить эти желания наперекор всему миру. В таком состоянии мы совершенно случайно сталкивались с каким-нибудь другим, так же слепо ищущим существом, и атомы соединялись. Из прочитанных книг, из всех слышанных нами разговоров мы знали, что, раз соединившись, мы соединяемся навеки. А потом мы открывали, что другое существо тоже эгоистично, что у него есть свои мысли и стремления и что они не совпадают с нашими.

    — Герберт Уэллс · книга
14. «

    Детская любовь, как и товарищи детства, умирает от старости в двадцать лет — такова действительность.

    Детская любовь, как и товарищи детства, умирает от старости в двадцать лет — такова действительность.

    — Поль Гимар · книга
15. «

    Ни одни глаза не заменили мне тех, когда-то с любовию устремленных на меня глаз, ни на чье сердце, припавшее к моей груди, не отвечало мое сердце таким радостным и сладким замиранием!

    Ни одни глаза не заменили мне тех, когда-то с любовию устремленных на меня глаз, ни на чье сердце, припавшее к моей груди, не отвечало мое сердце таким радостным и сладким замиранием!

    — Иван Сергеевич Тургенев · книга
16. «

    От первой любви нету средства...

    От первой любви нету средства...
17. «

    И купидон мне в сердце не стрелою дал, а пулею.

    И купидон мне в сердце не стрелою дал, а пулею.
18. «

    Только лишь первые узы любви могут быть полностью чисты и полностью счастливы. И если, на вашу беду, было не так, ничем их не заменить. Сколько бы вы ни любили потом, никогда любовь не будет столько совершенной в своей чистоте; пусть даже она будет крепка, как мрамор, все равно в ее силах струится не живая алая кровь, а уже иссохшая кровь минувшего.

    Только лишь первые узы любви могут быть полностью чисты и полностью счастливы. И если, на вашу беду, было не так, ничем их не заменить. Сколько бы вы ни любили потом, никогда любовь не будет столько совершенной в своей чистоте; пусть даже она будет крепка, как мрамор, все равно в ее силах струится не живая алая кровь, а уже иссохшая кровь минувшего.

    — Морис Дрюон · книга
19. «

    Кто-то написал, что хорошая книга должна постоянно пробуждать изумление. Именно это я чувствую, проведя час с тобой наедине.

    Кто-то написал, что хорошая книга должна постоянно пробуждать изумление. Именно это я чувствую, проведя час с тобой наедине.

    — Эмили Локхарт · книга
20. «

    Как-то утром на второй день Рождества она сделала для себя ужасное открытие. Она совершенно не понимала, как это произошло и как ей теперь с этим быть. Впервые за свою двадцатипятилетнюю жизнь она влюбилась.

    Как-то утром на второй день Рождества она сделала для себя ужасное открытие. Она совершенно не понимала, как это произошло и как ей теперь с этим быть. Впервые за свою двадцатипятилетнюю жизнь она влюбилась.

    — Стиг Ларссон · книга