«писатели» в 562 цитаты

Собрали 562 цитаты на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Идеи приходят к каждому, но не каждый обладает должной усидчивостью, чтобы сесть и работать над ними. Потому что помимо таланта два следующих важных качества писателя – это воображение и усидчивость.

   Идеи приходят к каждому, но не каждый обладает должной усидчивостью, чтобы сесть и работать над ними. Потому что помимо таланта два следующих важных качества писателя – это воображение и усидчивость.

   — Аристарх Ромашин · книга
2. «

   По забавному предсказанию Д. С. Лихачева литература будет развиваться так, что крупные писатели станут приходить все реже, но каждый следующий — все более поражающих размеров. О, дожить бы до следующего!

   По забавному предсказанию Д. С. Лихачева литература будет развиваться так, что крупные писатели станут приходить все реже, но каждый следующий — все более поражающих размеров. О, дожить бы до следующего!

   — Александр Солженицын
3. «

   Я писатель. Я мыслю, следовательно я протестую.

   Я писатель. Я мыслю, следовательно я протестую.

   — Мольер
4. «

   Пиши про вещь. Любая из вещей хранит в себе прообраз человека: упрямство мысли или дряблость шей, другой ли признак, или призрак некий. Все стоит слов, все свой имеет вид и глубину, и молодость, и старость.

   Пиши про вещь. Любая из вещей хранит в себе прообраз человека: упрямство мысли или дряблость шей, другой ли признак, или призрак некий. Все стоит слов, все свой имеет вид и глубину, и молодость, и старость.

   — Аль Квотион · книга
5. «

   Великий писатель в личной жизни далеко не всегда служит примером для подражания.

   Великий писатель в личной жизни далеко не всегда служит примером для подражания.

   — Марио Пьюзо · книга
6. «

   Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.

   Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.

   — Диана Сеттерфилд · книга
7. «

   Писательство — дело одинокое.

   Писательство — дело одинокое.

   — Рейнбоу Рауэлл · книга
8. «

   Писатель оставляет после себя не то, что он хотел написать, а то, что он написал.

   Писатель оставляет после себя не то, что он хотел написать, а то, что он написал.

   — Аристарх Ромашин
9. «

   Что самое важное для писателя? Это иметь злобное, омраченное, ревнивое и завистливое эго. Если оно есть, то всё остальное приложится.

   Что самое важное для писателя? Это иметь злобное, омраченное, ревнивое и завистливое эго. Если оно есть, то всё остальное приложится.

   — Виктор Пелевин
10. «

    А главное, гоните действий ход Живей, за эпизодом эпизод. Подробностей побольше в их развитье, Чтоб завладеть вниманием зевак, И вы их победили, вы царите, Вы самый нужный человек, вы маг. Чтобы хороший сбор доставить пьесе, Ей требуется сборный и состав. И всякий, выбрав что-нибудь из смеси, Уйдет домой, спасибо вам сказав.

    А главное, гоните действий ход Живей, за эпизодом эпизод. Подробностей побольше в их развитье, Чтоб завладеть вниманием зевак, И вы их победили, вы царите, Вы самый нужный человек, вы маг. Чтобы хороший сбор доставить пьесе, Ей требуется сборный и состав. И всякий, выбрав что-нибудь из смеси, Уйдет домой, спасибо вам сказав.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
11. «

    Писатель – это свет, который выхватывает из тьмы очертания воображаемого мира, творит его из пустоты так же, как скульптор ваяет статую из куска гранита.

    Писатель – это свет, который выхватывает из тьмы очертания воображаемого мира, творит его из пустоты так же, как скульптор ваяет статую из куска гранита.

    — Алан Уэйк · игра
12. «

    Посвящается Робу, который дал мне самый сильный стимул, какой может дать младший брат, — напечатался первым.

    Посвящается Робу, который дал мне самый сильный стимул, какой может дать младший брат, — напечатался первым.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
13. «

    Большинство авторов ведут себя в своих сочинениях, как светские люди за беседой: заняты только тем, чтобы нравиться. Они мало заботятся о том, как достигнуть этого — ложью или истиной.

    Большинство авторов ведут себя в своих сочинениях, как светские люди за беседой: заняты только тем, чтобы нравиться. Они мало заботятся о том, как достигнуть этого — ложью или истиной.

    — Клод Адриан Гельвеций
14. «

    — Ваше невежество мне понятно. Поскольку у вас нет, как бы это сказать... опыта? — Правила приличия объясняют мою неосведомленность. — Обрекают вас на это. А ваши книги, к сожалению, — на статус женских романов. Но для того, чтобы постичь настоящее искусство, быть наравне с писателями-мужчинами, необходим жизненный опыт.

    — Ваше невежество мне понятно. Поскольку у вас нет, как бы это сказать... опыта? — Правила приличия объясняют мою неосведомленность. — Обрекают вас на это. А ваши книги, к сожалению, — на статус женских романов. Но для того, чтобы постичь настоящее искусство, быть наравне с писателями-мужчинами, необходим жизненный опыт.

    — Том ЛеФрой · фильм
15. «

    При столкновении государства с писателем всегда проигрывает государство. Но при столкновении писателя с народом всегда проигрывает писатель.

    При столкновении государства с писателем всегда проигрывает государство. Но при столкновении писателя с народом всегда проигрывает писатель.

    — Чингиз Абдуллаев
16. «

    Писать о жизни? Мы уже мертвы. Мы не более чем бездушные тела, населенные призраками.

    Писать о жизни? Мы уже мертвы. Мы не более чем бездушные тела, населенные призраками.

    — Андре Жид
17. «

    Будь я стоящим человеком, из меня, может и вышел бы хороший художник. Но, может, я такая сволочь, что из меня получится хороший писатель.

    Будь я стоящим человеком, из меня, может и вышел бы хороший художник. Но, может, я такая сволочь, что из меня получится хороший писатель.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
18. «

    И тут я подумал вот что: если ты что-то написал, а потом так и случилось, можно ли написать о чем-то так, чтоб оно потом исчезло?

    И тут я подумал вот что: если ты что-то написал, а потом так и случилось, можно ли написать о чем-то так, чтоб оно потом исчезло?

    — Брет Истон Эллис · книга
19. «

    Один бог знает, какое страдание перенес автор, какой горький опыт остался у него за плечами, какие сердечные боли терзали его, и все лишь для того, чтобы его книга часок-другой поразвлекала случайного читателя или помогла ему разогнать дорожную скуку. А ведь если судить по рецензиям, многие из этих книг превосходно написаны, авторами вложено в них немало мыслей, а некоторые — плод неустанного труда целой жизни. Из всего этого я делаю вывод, что удовлетворения писатель должен искать только в самой работе и в освобождении от груза своих мыслей, оставаясь равнодушным ко всему привходящему — у хуле и хвале, к успеху и провалу.

    Один бог знает, какое страдание перенес автор, какой горький опыт остался у него за плечами, какие сердечные боли терзали его, и все лишь для того, чтобы его книга часок-другой поразвлекала случайного читателя или помогла ему разогнать дорожную скуку. А ведь если судить по рецензиям, многие из этих книг превосходно написаны, авторами вложено в них немало мыслей, а некоторые — плод неустанного труда целой жизни. Из всего этого я делаю вывод, что удовлетворения писатель должен искать только в самой работе и в освобождении от груза своих мыслей, оставаясь равнодушным ко всему привходящему — у хуле и хвале, к успеху и провалу.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
20. «

    Я редко могу взяться за книгу, а потому она должна быть мне особенно по вкусу. И мне милее всего тот писатель, у которого я нахожу мой мир, у кого в книге происходит то же, что и вокруг меня, и чей рассказ занимает и трогает меня, как моя собственная домашняя жизнь. Пусть это далеко не райская жизнь, но в ней для меня источник несказанных радостей.

    Я редко могу взяться за книгу, а потому она должна быть мне особенно по вкусу. И мне милее всего тот писатель, у которого я нахожу мой мир, у кого в книге происходит то же, что и вокруг меня, и чей рассказ занимает и трогает меня, как моя собственная домашняя жизнь. Пусть это далеко не райская жизнь, но в ней для меня источник несказанных радостей.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга