757 цитат про «писатели», которые стоит перечитать

Собрали 757 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Когда я в лагере был, то я писал даже на каменной кладке. Я на клочке бумажки писал карандашом, потом содержание запомню и уничтожаю бумажку.

   Когда я в лагере был, то я писал даже на каменной кладке. Я на клочке бумажки писал карандашом, потом содержание запомню и уничтожаю бумажку.

   — Александр Солженицын
2. «

   Писателем может быть только тот, у кого есть что сказать людям нового, значительного и интересного, тот человек, который видит многое, чего остальные не замечают.

   Писателем может быть только тот, у кого есть что сказать людям нового, значительного и интересного, тот человек, который видит многое, чего остальные не замечают.

   — Константин Георгиевич Паустовский · книга
3. «

   Литература должна быть провокацией. Это тебе не сладкий чай. Тут надо схватить читателя за…

   Литература должна быть провокацией. Это тебе не сладкий чай. Тут надо схватить читателя за…

   — Анджей Сапковский
4. «

   — Пиши книжки без диплома. — Слушай, я как-то об этом даже и не подумала... А так можно, да? — А чего такого в нашей стране нельзя? Вон у нас без дипломов в депутаты идут, без прав машину водят, а от книги... кому будет плохо-то без этого писательского образования?

   — Пиши книжки без диплома. — Слушай, я как-то об этом даже и не подумала... А так можно, да? — А чего такого в нашей стране нельзя? Вон у нас без дипломов в депутаты идут, без прав машину водят, а от книги... кому будет плохо-то без этого писательского образования?

   — Сергей Глухарев · сериал
5. «

   Единственный писатель, с которым я чувствую родство, — это Кафка. Я в него действительно врубаюсь. Если бы он написал детективный сценарий, я бы охотно снял по нему кино.

   Единственный писатель, с которым я чувствую родство, — это Кафка. Я в него действительно врубаюсь. Если бы он написал детективный сценарий, я бы охотно снял по нему кино.

   — Дэвид Линч
6. «

   Женщины-ангелы могут быть музами только для поэтов, для прозаиков лучше работают женщины-ведьмы с топором и с безжалостным секундомером.

   Женщины-ангелы могут быть музами только для поэтов, для прозаиков лучше работают женщины-ведьмы с топором и с безжалостным секундомером.

   — Владимир Дараган · книга
7. «

   Не понимают «писатели», что фразу надо чистить, как чистят зубы...

   Не понимают «писатели», что фразу надо чистить, как чистят зубы...

   — Дмитрий Щеглов · книга
8. «

   В прежнее время книги писали писатели, а читали читатели. Теперь книги пишут читатели и не читает никто.

   В прежнее время книги писали писатели, а читали читатели. Теперь книги пишут читатели и не читает никто.

   — Оскар Уайльд
9. «

   – Вы смогли бы полюбить простого парня, выйти за него замуж? – Нет, я простого парня полюбить не могу. Его не за что любить! – Кто-то из великих говорил, что любят не за что-то, а вопреки всему! – В вопросах любви я не специалист. Мне скучно даже думать об этом. Если говорить о сексе, то я никогда этим не занималась и заниматься не собираюсь. Можете считать, что я с детства ушла в монастырь. Вообще считаю, что секс – это занятие, недостойное человеческого общества. Мне это так же непонятно, как и играть в футбол. Т. е. двадцать пять здоровых вполне умных мужиков бегают по огромному полю и гоняют мяч. – Получается, что все люди вокруг недостойные… – Я считаю, что секс – это примитивное занятие. Конечно, понимаю, что нужно иметь детей, но передо мной этот вопрос не стоял, а зачем ещё люди этим занимаются, не понимаю. Но я либерал, поэтому никому не воспрепятствую, пусть каждый поступает так, как считает нужным. – Наверное, вы никогда и бульварными романами не увлекались? – Издеваетесь? Нет, конечно! Чтобы взбудоражить свои нервы, отдохнуть и заодно развлечься, я читаю хорошую западную фантастику. Из наших писателей, считаю, что только Стругацкие на что-то действительно способны.

   – Вы смогли бы полюбить простого парня, выйти за него замуж? – Нет, я простого парня полюбить не могу. Его не за что любить! – Кто-то из великих говорил, что любят не за что-то, а вопреки всему! – В вопросах любви я не специалист. Мне скучно даже думать об этом. Если говорить о сексе, то я никогда этим не занималась и заниматься не собираюсь. Можете считать, что я с детства ушла в монастырь. Вообще считаю, что секс – это занятие, недостойное человеческого общества. Мне это так же непонятно, как и играть в футбол. Т. е. двадцать пять здоровых вполне умных мужиков бегают по огромному полю и гоняют мяч. – Получается, что все люди вокруг недостойные… – Я считаю, что секс – это примитивное занятие. Конечно, понимаю, что нужно иметь детей, но передо мной этот вопрос не стоял, а зачем ещё люди этим занимаются, не понимаю. Но я либерал, поэтому никому не воспрепятствую, пусть каждый поступает так, как считает нужным. – Наверное, вы никогда и бульварными романами не увлекались? – Издеваетесь? Нет, конечно! Чтобы взбудоражить свои нервы, отдохнуть и заодно развлечься, я читаю хорошую западную фантастику. Из наших писателей, считаю, что только Стругацкие на что-то действительно способны.

   — Валерия Ильинична Новодворская
10. «

    Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.

    Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.

    — Диана Сеттерфилд · книга
11. «

    Талантливый читатель, как и талантливый слушатель, — награда, удача для любого творца, автора, это их союзник, единомышленник, сопереживатель.

    Талантливый читатель, как и талантливый слушатель, — награда, удача для любого творца, автора, это их союзник, единомышленник, сопереживатель.

    — Валерий Румянцев · книга
12. «

    Суть не в том — что писать, а в том — как писать. Можно врать в сюжете — это не очень опасно, можно врать в идее — не беда; губительно врать в выражении своего чувствования мира.

    Суть не в том — что писать, а в том — как писать. Можно врать в сюжете — это не очень опасно, можно врать в идее — не беда; губительно врать в выражении своего чувствования мира.

    — Юрий Нагибин · книга
13. «

    ... сюжет для романа не более чем предлог, канва, главное — человек, стоящий за текстом, личность, которая ведет рассказ. До сих пор я так и не нашел лучшего определения для литературы, чем возможность услышать человеческий голос. Изложение истории — не цель, и персонажи просто помогают выслушать кого-то другого, кто может оказаться моим братом, моим ближним, моим другом, моим предком, моим двойником.

    ... сюжет для романа не более чем предлог, канва, главное — человек, стоящий за текстом, личность, которая ведет рассказ. До сих пор я так и не нашел лучшего определения для литературы, чем возможность услышать человеческий голос. Изложение истории — не цель, и персонажи просто помогают выслушать кого-то другого, кто может оказаться моим братом, моим ближним, моим другом, моим предком, моим двойником.

    — Фредерик Бегбедер · книга
14. «

    Писатели почему-то считают, что время от времени им положено высказывать остроумные фразы.

    Писатели почему-то считают, что время от времени им положено высказывать остроумные фразы.

    — Диана Уинн Джонс · книга
15. «

    Лишь тот писатель не считает себя гением, кто уверен, что таковым его считает общественное мнение.

    Лишь тот писатель не считает себя гением, кто уверен, что таковым его считает общественное мнение.

    — Станислав Ежи Лец · книга
16. «

    – И зачем ты хочешь стать писателем? – спросил меня дедушка. – Чтобы зарабатывать много денег, – ответил я, будучи пятнадцатилетнем парнишкой. На что дедушка неодобрительно покачал головой и сказал: – Если ты в самом начале ставишь главной целью зарабатывание денег творчеством, тогда вряд ли у тебя получится написать что-то хорошее. Слава и деньги придут со временем, но главная твоя задача должна быть не в этом. Твои произведения должны быть полезными, они должны помогать людям. Ты должен поставить цель писать не для себя, не для современного общества и даже не для будущего поколения. Ты должен писать для вечности.

    – И зачем ты хочешь стать писателем? – спросил меня дедушка. – Чтобы зарабатывать много денег, – ответил я, будучи пятнадцатилетнем парнишкой. На что дедушка неодобрительно покачал головой и сказал: – Если ты в самом начале ставишь главной целью зарабатывание денег творчеством, тогда вряд ли у тебя получится написать что-то хорошее. Слава и деньги придут со временем, но главная твоя задача должна быть не в этом. Твои произведения должны быть полезными, они должны помогать людям. Ты должен поставить цель писать не для себя, не для современного общества и даже не для будущего поколения. Ты должен писать для вечности.

    — Аристарх Ромашин · книга
17. «

    Идеи — подобно семенам, способны дать плоды только в том случае, если посажены в плодородную почву воображения.

    Идеи — подобно семенам, способны дать плоды только в том случае, если посажены в плодородную почву воображения.

    — Аристарх Ромашин
18. «

    Когда я после некоторого перерыва начинаю писать, я словно вытягиваю каждое слово из пустоты. Заполучу одно слово — только одно оно и есть у меня, и опять все надо начинать сначала.

    Когда я после некоторого перерыва начинаю писать, я словно вытягиваю каждое слово из пустоты. Заполучу одно слово — только одно оно и есть у меня, и опять все надо начинать сначала.

    — Франц Кафка · книга
19. «

    Писатели запоминают всё. Особенно то, что связано со страданиями. Раздень писателя догола, укажи на любой крошечный шрам, и ты услышишь историю о том, как он появился. Большие повреждения порождают романы, а не амнезию. Талант — полезная вещь для писателя, но единственное непременное условие — это способность помнить историю каждого шрама. Искусство — это упорство памяти.

    Писатели запоминают всё. Особенно то, что связано со страданиями. Раздень писателя догола, укажи на любой крошечный шрам, и ты услышишь историю о том, как он появился. Большие повреждения порождают романы, а не амнезию. Талант — полезная вещь для писателя, но единственное непременное условие — это способность помнить историю каждого шрама. Искусство — это упорство памяти.

    — Стивен Кинг · книга
20. «

    Писателя делает боль? Боль ничего не делает, бедность — тоже. Перво-наперво есть художник. Что с ним происходит, зависит от его удачи. Если удача светит (в мирском смысле), он становится скверным художником. Если не светит — хорошим.

    Писателя делает боль? Боль ничего не делает, бедность — тоже. Перво-наперво есть художник. Что с ним происходит, зависит от его удачи. Если удача светит (в мирском смысле), он становится скверным художником. Если не светит — хорошим.

    — Чарльз Буковски · книга