Подборка «подростки» — 122 цитаты

122 цитаты про «подростки»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Первый признак величия — это неприязнь других людей.

   Первый признак величия — это неприязнь других людей.

   — Эван Харрис · игра
2. «

   – Этому только бы из дома сбежать. – Такой возраст, – философски заметил сосед.

   – Этому только бы из дома сбежать. – Такой возраст, – философски заметил сосед.

   — Николя Матье · книга
3. «

   …То, что мы держим при себе, мы тщательнее всего прячем от родителей.

   …То, что мы держим при себе, мы тщательнее всего прячем от родителей.

   — Маркус Зусак · книга
4. «

   Когда ваши дети становятся подростками, важно завести собаку, чтобы хоть кто-то в доме радовался, когда вы приходите домой.

   Когда ваши дети становятся подростками, важно завести собаку, чтобы хоть кто-то в доме радовался, когда вы приходите домой.

   — Нора Эфрон
5. «

   Знаете, как ни крути, но именно в школе мы забываем о всех своих проблемах с родителями, парнями, мы заталкиваем в свою голову всякие уравнения, лекции, задачи — они действуют, как обезболивающие. Пусть это и звучит странно.

   Знаете, как ни крути, но именно в школе мы забываем о всех своих проблемах с родителями, парнями, мы заталкиваем в свою голову всякие уравнения, лекции, задачи — они действуют, как обезболивающие. Пусть это и звучит странно.

   — Стейс Крамер · книга
6. «

   Стены в комнате подрастающего ребенка — лучшее наглядное пособие по занимательной этнологии. Квадратные метры, на которых жизнь кипит, бурлит и обновляется, безостановочно пожирая патафикс.

   Стены в комнате подрастающего ребенка — лучшее наглядное пособие по занимательной этнологии. Квадратные метры, на которых жизнь кипит, бурлит и обновляется, безостановочно пожирая патафикс.

   — Анна Гавальда · книга
7. «

   Подросток — существо, превосходно осведомленное обо всем том, чему его не учили в школе.

   Подросток — существо, превосходно осведомленное обо всем том, чему его не учили в школе.

   — Марсилин Кокс
8. «

   Странно, что нормальные люди побуждают в детях совершать друг над другом насилие.

   Странно, что нормальные люди побуждают в детях совершать друг над другом насилие.

   — Декстер Морган · сериал
9. «

   — Да откуда ты это вообще знаешь? — встревожилась она. — Бога ради, тебе всего пятнадцать лет, ты должен… не знаю… интересоваться девочками, играть в видеоигры. — Ты знаешь, что бывает, когда социопат интересуется девочками?

   — Да откуда ты это вообще знаешь? — встревожилась она. — Бога ради, тебе всего пятнадцать лет, ты должен… не знаю… интересоваться девочками, играть в видеоигры. — Ты знаешь, что бывает, когда социопат интересуется девочками?

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
10. «

    Подростки, конечно, существа эмоционально нежные и в высшей степени ранимые, однако с сочувствием у них не очень. Это приходит позже, если вообще приходит.

    Подростки, конечно, существа эмоционально нежные и в высшей степени ранимые, однако с сочувствием у них не очень. Это приходит позже, если вообще приходит.

    — Стивен Кинг · книга
11. «

    Настоящий тинейджер — это эго, высаженное на необитаемом острове, но оно не ждет спасения от проходящих кораблей; у него достаточно сил, чтобы оставаться наедине с собой.

    Настоящий тинейджер — это эго, высаженное на необитаемом острове, но оно не ждет спасения от проходящих кораблей; у него достаточно сил, чтобы оставаться наедине с собой.

    — Мартин Эмис · книга
12. «

    После 9 лет учебы взрослые постоянно спрашивают — «В какую старшую школу ты хочешь поступить? Какие у тебя планы на будущее?» Я, Маширо Моритака, всегда отвечаю, что еще не знаю или еще не решил. Логично было бы поступить в хороший университет, а потом найти хорошую работу. Просто жить как все. Вместо того, чтобы сутки на пролет играть или сидеть уставившись в монитор, я каждый день хожу в школу. Потому что я не хочу расстраивать родителей, не хочу, чтобы меня считали хиккикамори и не хочу чистить сортиры в макдаке, когда вырасту. Поэтому я хоть не горю желанием, пополню ряды офисного планктона. Будь моей целью подняться по карьерной лестнице, я уже стоял бы ниже всех, чьи оценки лучше моих. Ведь начиная со школы, всех людей делят по такому принципу. Согласитесь, это не совсем то будущее, к которому хочется стремиться. Такой я видел жизнь после того, как 14 лет изображал хорошего мальчика. Недавно я вычитал в одной книжке, что величайшее событие в жизни человека — это любовь. Что за бред, такую чушь могла написать только женщина. Для парня, который не может даже заговорить с девушкой, которая ему нравится, любовь — это лишь боль и одиночество. Чувства, остающиеся безответными, превращают мою жизнь в ад.

    После 9 лет учебы взрослые постоянно спрашивают — «В какую старшую школу ты хочешь поступить? Какие у тебя планы на будущее?» Я, Маширо Моритака, всегда отвечаю, что еще не знаю или еще не решил. Логично было бы поступить в хороший университет, а потом найти хорошую работу. Просто жить как все. Вместо того, чтобы сутки на пролет играть или сидеть уставившись в монитор, я каждый день хожу в школу. Потому что я не хочу расстраивать родителей, не хочу, чтобы меня считали хиккикамори и не хочу чистить сортиры в макдаке, когда вырасту. Поэтому я хоть не горю желанием, пополню ряды офисного планктона. Будь моей целью подняться по карьерной лестнице, я уже стоял бы ниже всех, чьи оценки лучше моих. Ведь начиная со школы, всех людей делят по такому принципу. Согласитесь, это не совсем то будущее, к которому хочется стремиться. Такой я видел жизнь после того, как 14 лет изображал хорошего мальчика. Недавно я вычитал в одной книжке, что величайшее событие в жизни человека — это любовь. Что за бред, такую чушь могла написать только женщина. Для парня, который не может даже заговорить с девушкой, которая ему нравится, любовь — это лишь боль и одиночество. Чувства, остающиеся безответными, превращают мою жизнь в ад.

    — Маширо Моритака · аниме
13. «

    Когда растёшь в городе, где в тебя тыкают богом каждый день — невольно восстанешь. Сплошное лицемерие, «делай это, не делай того», взрослые сами нарушают все правила... Так что мы — атеисты, агрессивные атеисты.

    Когда растёшь в городе, где в тебя тыкают богом каждый день — невольно восстанешь. Сплошное лицемерие, «делай это, не делай того», взрослые сами нарушают все правила... Так что мы — атеисты, агрессивные атеисты.

    — Зизо · сериал
14. «

    Исследования показывают, что подростки, свободно обсуждающие с родителями тему секса, чаще откладывают «сексуальный дебют» и реже меняют половых партнёров впоследствии.

    Исследования показывают, что подростки, свободно обсуждающие с родителями тему секса, чаще откладывают «сексуальный дебют» и реже меняют половых партнёров впоследствии.

    — Мэг Микер · книга
15. «

    Все стремятся быть популярными в интернете. И стремление быть популярным приводит к ужасным масштабам. И я понимаю, почему так происходит. Потому что все подростки об этом думают. Когда я был подростком, я тоже задумывался о самоубийстве. Я думал об этом, но я не собирался умирать. Это последнее, что я хотел сделать. Я хотел посмотреть, как все пожалеют, когда меня не станет. Вот что я хотел. Чтобы они все плакали и потом говорили: «Лучше бы мы купили ему эту приставку...» И тут я воскресаю, всех прощаю и они, наученные горьким опытом, так себя больше не ведут. Это обыкновенный человеческий эгоизм. Причём именно человеческий, потому что нигде в живой природе больше такого нет. Никто не пытается умереть, чтобы кого-то наказать. Нет кота, который сидит в наполненной ванне с феном в лапке и говорит: «Значит так, да? Не покупаете мне кошачий наполнитель, да? В рваные газетки, Барсичек, писай. Ну я вам сейчас устрою! Вы пожалеете! Я надеюсь, у вас есть достойная коробка из-под обуви, в которой вы меня похороните!»

    Все стремятся быть популярными в интернете. И стремление быть популярным приводит к ужасным масштабам. И я понимаю, почему так происходит. Потому что все подростки об этом думают. Когда я был подростком, я тоже задумывался о самоубийстве. Я думал об этом, но я не собирался умирать. Это последнее, что я хотел сделать. Я хотел посмотреть, как все пожалеют, когда меня не станет. Вот что я хотел. Чтобы они все плакали и потом говорили: «Лучше бы мы купили ему эту приставку...» И тут я воскресаю, всех прощаю и они, наученные горьким опытом, так себя больше не ведут. Это обыкновенный человеческий эгоизм. Причём именно человеческий, потому что нигде в живой природе больше такого нет. Никто не пытается умереть, чтобы кого-то наказать. Нет кота, который сидит в наполненной ванне с феном в лапке и говорит: «Значит так, да? Не покупаете мне кошачий наполнитель, да? В рваные газетки, Барсичек, писай. Ну я вам сейчас устрою! Вы пожалеете! Я надеюсь, у вас есть достойная коробка из-под обуви, в которой вы меня похороните!»

    — Стас Старовойтов
16. «

    Для многих Дрю Норт — лишь спортсмен. Но он — нечто большее. У него большое сердце, в котором полно любви и нет места страху. Он может быть и таким. Никто не состоит из одной лишь грани.

    Для многих Дрю Норт — лишь спортсмен. Но он — нечто большее. У него большое сердце, в котором полно любви и нет места страху. Он может быть и таким. Никто не состоит из одной лишь грани.

    — Сэмюэль Тейлор · игра
17. «

    Я не ангел. Не возвращаю книги в библиотеку, бесплатно качаю музыку с торрентов и вру маме. Как обычная девчонка.

    Я не ангел. Не возвращаю книги в библиотеку, бесплатно качаю музыку с торрентов и вру маме. Как обычная девчонка.

    — Кассандра Клэр · книга
18. «

    Её интерес выходил за пределы трогательного детского внимания, он разжигал истому, которая расцветала зеленым и желтым, превращаясь в шафрановый цветок вожделения, прорастающий нежными лепестками сквозь её неуклюжее отрочество.

    Её интерес выходил за пределы трогательного детского внимания, он разжигал истому, которая расцветала зеленым и желтым, превращаясь в шафрановый цветок вожделения, прорастающий нежными лепестками сквозь её неуклюжее отрочество.

    — Элис Сиболд · книга
19. «

    В помещении — мертвая тишина. Все боятся даже дышать. А когда в комнате, набитой школьницами-подростками, тихо так, что слышен малейший шорох, значит, что-то действительно не в порядке.

    В помещении — мертвая тишина. Все боятся даже дышать. А когда в комнате, набитой школьницами-подростками, тихо так, что слышен малейший шорох, значит, что-то действительно не в порядке.

    — Майя ван Вейдженен · книга
20. «

    Свободолюбивые дети — как наполненные гелием шарики, привязанные за ниточку. И ниточка эта постоянно натянута. А потом происходит нечто такое, что она рвётся и они могут улететь. Может статься, ты этого шарика больше никогда не увидишь. А может, года через при-четыре, или дня через три-четыре, ветер принесёт шарик обратно. Но ниточка эта обязательно обрывается. Проблема с этими шариками в том, что их слишком много. В небе от них уже тесно, они летают, трутся друг о друга, и все эти шарики в итоге так или иначе оказываются на моём столе, и со временем теряешь веру. Но иногда встречаешь какого-нибудь подростка с большими глазами и огромной копной волос, и не хочется говорить ему правду, потому что он кажется хорошим человеком. Ты ему сочувствуешь, потому что хуже туч шаров, которые вижу я, может быть только то, что видит он: голубое, безоблачное небо всего с одним шариком. Но запомни, когда ниточку перерезают, обратно её уже не прикрепить.

    Свободолюбивые дети — как наполненные гелием шарики, привязанные за ниточку. И ниточка эта постоянно натянута. А потом происходит нечто такое, что она рвётся и они могут улететь. Может статься, ты этого шарика больше никогда не увидишь. А может, года через при-четыре, или дня через три-четыре, ветер принесёт шарик обратно. Но ниточка эта обязательно обрывается. Проблема с этими шариками в том, что их слишком много. В небе от них уже тесно, они летают, трутся друг о друга, и все эти шарики в итоге так или иначе оказываются на моём столе, и со временем теряешь веру. Но иногда встречаешь какого-нибудь подростка с большими глазами и огромной копной волос, и не хочется говорить ему правду, потому что он кажется хорошим человеком. Ты ему сочувствуешь, потому что хуже туч шаров, которые вижу я, может быть только то, что видит он: голубое, безоблачное небо всего с одним шариком. Но запомни, когда ниточку перерезают, обратно её уже не прикрепить.

    — Джон Грин · книга