205 цитат на тему «поэзия и поэты» для поста

205 цитат про «поэзия и поэты»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Маяковский, вы считаете себя пролетарским поэтом, коллективистом, а всюду пишите: я, я, я... — А как вы думаете, Николай Второй был коллективистом? А он всегда писал: «Мы, Николай Вторый...» И нельзя везде во всем говорить «мы». А если вы, допустим, начнете объясняться в любви к девушке, что же, вы так и скажете: «Мы вас любим»? Она же спросит: «А сколько вас?»

   — Маяковский, вы считаете себя пролетарским поэтом, коллективистом, а всюду пишите: я, я, я... — А как вы думаете, Николай Второй был коллективистом? А он всегда писал: «Мы, Николай Вторый...» И нельзя везде во всем говорить «мы». А если вы, допустим, начнете объясняться в любви к девушке, что же, вы так и скажете: «Мы вас любим»? Она же спросит: «А сколько вас?»

   — Владимир Маяковский
2. «

   Мне и рубля не накопили строчки, Краснодеревщики не слали мебель на дом. И кроме свежевымытой сорочки, скажу по совести, мне ничего не надо.

   Мне и рубля не накопили строчки, Краснодеревщики не слали мебель на дом. И кроме свежевымытой сорочки, скажу по совести, мне ничего не надо.

   — Владимир Маяковский
3. «

   Между учёным и поэтом простирается зеленый луг: перейдет его учёный — станет мудрецом, перейдёт его поэт — станет пророком.

   Между учёным и поэтом простирается зеленый луг: перейдет его учёный — станет мудрецом, перейдёт его поэт — станет пророком.

   — Джебран Халиль Джебран
4. «

   Я природой живу и дышу, Вдохновенно и просто пишу. Растворяясь душой в простоте, Я живу на земле в красоте!

   Я природой живу и дышу, Вдохновенно и просто пишу. Растворяясь душой в простоте, Я живу на земле в красоте!

   — Игорь Северянин
5. «

   Что без страданий жизнь поэта? И что без бури океан?

   Что без страданий жизнь поэта? И что без бури океан?

   — Михаил Юрьевич Лермонтов
6. «

   Так ты поэт? Тогда ногами услышь поэзию дорог.

   Так ты поэт? Тогда ногами услышь поэзию дорог.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Меня очень вдохновляет поэзия. После музыки я больше всего люблю поэзию. … У меня всегда под рукой стихи. Поэзия вдохновляет музыку, ибо в самой поэзии много музыки. Они — как сёстры-близнецы.

   Меня очень вдохновляет поэзия. После музыки я больше всего люблю поэзию. … У меня всегда под рукой стихи. Поэзия вдохновляет музыку, ибо в самой поэзии много музыки. Они — как сёстры-близнецы.

   — Сергей Рахманинов
8. «

   Я, по-моему, не написал ни одного стихотворения совершенно трезвым. Однако написал несколько хороших — или плохих — под молотом черного бодуна, когда не знал, что лучше — еще выпить или вены вскрыть.

   Я, по-моему, не написал ни одного стихотворения совершенно трезвым. Однако написал несколько хороших — или плохих — под молотом черного бодуна, когда не знал, что лучше — еще выпить или вены вскрыть.

   — Чарльз Буковски · книга
9. «

   Моя поэзия здесь больше не нужна, Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен.

   Моя поэзия здесь больше не нужна, Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен.

   — Сергей Александрович Есенин
10. «

    Поэты пытаются заменить людям глаза, чтобы тем самым изменить действительность. Потому они, в сущности, враждебные государству элементы, — они ведь хотят перемен. Государство же и вместе с ним все его преданные слуги хотят незыблемости.

    Поэты пытаются заменить людям глаза, чтобы тем самым изменить действительность. Потому они, в сущности, враждебные государству элементы, — они ведь хотят перемен. Государство же и вместе с ним все его преданные слуги хотят незыблемости.

    — Франц Кафка
11. «

    Из всех художников, которых я знавал, только бездарные были обаятельными людьми. Талантливые живут своим творчеством и поэтому сами по себе совсем неинтересны. Великий поэт – подлинно великий – всегда оказывается самым прозаическим человеком. А второстепенные – обворожительны. Чем слабее их стихи, тем эффектнее наружность и манеры. Если человек выпустил сборник плохих сонетов, можно заранее сказать, что он совершенно неотразим. Он вносит в свою жизнь ту поэзию, которую не способен внести в свои стихи. А поэты другого рода изливают на бумаге поэзию, которую не имеют смелости внести в жизнь.

    Из всех художников, которых я знавал, только бездарные были обаятельными людьми. Талантливые живут своим творчеством и поэтому сами по себе совсем неинтересны. Великий поэт – подлинно великий – всегда оказывается самым прозаическим человеком. А второстепенные – обворожительны. Чем слабее их стихи, тем эффектнее наружность и манеры. Если человек выпустил сборник плохих сонетов, можно заранее сказать, что он совершенно неотразим. Он вносит в свою жизнь ту поэзию, которую не способен внести в свои стихи. А поэты другого рода изливают на бумаге поэзию, которую не имеют смелости внести в жизнь.

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    — Ваш трудовой стаж? — Примерно… — Нас не интересует «примерно»! — Пять лет. — Где вы работали? — На заводе. В геологических партиях… — Сколько вы работали на заводе? — Год. — Кем? — Фрезеровщиком. — А вообще какая ваша специальность? — Поэт, поэт-переводчик. — А кто это признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам? — Никто. (Без вызова). А кто причислил меня к роду человеческому? — А вы учились этому? — Чему? — Чтобы быть поэтом? Не пытались кончить вуз, где готовят… где учат… — Я не думал… я не думал, что это даётся образованием. — А чем же? — Я думаю, это… (растерянно) от Бога… — У вас есть ходатайства к суду? — Я хотел бы знать: за что меня арестовали? — Это вопрос, а не ходатайство. — Тогда у меня нет ходатайства.

    — Ваш трудовой стаж? — Примерно… — Нас не интересует «примерно»! — Пять лет. — Где вы работали? — На заводе. В геологических партиях… — Сколько вы работали на заводе? — Год. — Кем? — Фрезеровщиком. — А вообще какая ваша специальность? — Поэт, поэт-переводчик. — А кто это признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам? — Никто. (Без вызова). А кто причислил меня к роду человеческому? — А вы учились этому? — Чему? — Чтобы быть поэтом? Не пытались кончить вуз, где готовят… где учат… — Я не думал… я не думал, что это даётся образованием. — А чем же? — Я думаю, это… (растерянно) от Бога… — У вас есть ходатайства к суду? — Я хотел бы знать: за что меня арестовали? — Это вопрос, а не ходатайство. — Тогда у меня нет ходатайства.

    — Иосиф Александрович Бродский
13. «

    Русская поэзия в целом — это нечто серьезное, и люди очень редко позволяют себе шутить. Понимаете, когда пишешь стихи, особенно когда ты молод, всегда знаешь, всегда предвидишь, что существует некий сардонический разум, который будет смеяться и над твоими восторгами, и над печалями. И идея в том, чтобы победить этот сардонический разум. Лишить его шанса. А единственный шанс лишить его шанса — это смеяться над собой. Ну, я так и делал одно время. Но ирония очень разобщает. Она в самом деле не освобождает, особенно если ирония направленная, если у иронии есть потребитель, обозначенный потребитель, сардонический читатель. Единственный способ победить этого малого, если он все же существует — а лучше подозревать, что он существует, — это возвышенность утверждения, или его значительность, или торжественность, чтобы он не смог насмехаться. Я начал делать такие вещи и, надеюсь, сделал. Способность смеяться над собой и шутить осталась при мне, и время от времени я к ней прибегаю.

    Русская поэзия в целом — это нечто серьезное, и люди очень редко позволяют себе шутить. Понимаете, когда пишешь стихи, особенно когда ты молод, всегда знаешь, всегда предвидишь, что существует некий сардонический разум, который будет смеяться и над твоими восторгами, и над печалями. И идея в том, чтобы победить этот сардонический разум. Лишить его шанса. А единственный шанс лишить его шанса — это смеяться над собой. Ну, я так и делал одно время. Но ирония очень разобщает. Она в самом деле не освобождает, особенно если ирония направленная, если у иронии есть потребитель, обозначенный потребитель, сардонический читатель. Единственный способ победить этого малого, если он все же существует — а лучше подозревать, что он существует, — это возвышенность утверждения, или его значительность, или торжественность, чтобы он не смог насмехаться. Я начал делать такие вещи и, надеюсь, сделал. Способность смеяться над собой и шутить осталась при мне, и время от времени я к ней прибегаю.

    — Иосиф Александрович Бродский
14. «

    Музыка даруется свыше, строка обретает размер, когда ты способен услышать хрустальное пение сфер.

    Музыка даруется свыше, строка обретает размер, когда ты способен услышать хрустальное пение сфер.

    — Виталий Дмитриев
15. «

    Живет буревестник на гребне утеса, - Я это от старого слышал матроса. Он в пене сверкает крылами и стонет, Скользит над волнами и в море не тонет, Качается мерно на зыбкой лазури, При штиле молчит и кричит перед бурей.

    Живет буревестник на гребне утеса, - Я это от старого слышал матроса. Он в пене сверкает крылами и стонет, Скользит над волнами и в море не тонет, Качается мерно на зыбкой лазури, При штиле молчит и кричит перед бурей.

    — Генрик Ибсен
16. «

    Вьётся вихрем вдохновенье По груди моей и по рукам, По лицу, по волосам, По цветущим рифмами строкам. Я исчезла. Я — стихотворенье, Посвящённое Вам.

    Вьётся вихрем вдохновенье По груди моей и по рукам, По лицу, по волосам, По цветущим рифмами строкам. Я исчезла. Я — стихотворенье, Посвящённое Вам.

    — Ирина Владимировна Одоевцева
17. «

    Надобно, чтобы вся жизнь, все тайные помышления, все пристрастия клонились к одному предмету, и сей предмет должен быть — Искусство. Поэзия, осмелюсь сказать, требует всего человека. <...> Живи, как пишешь, и пиши, как живешь. Иначе все отголоски лиры твоей будут фальшивы.

    Надобно, чтобы вся жизнь, все тайные помышления, все пристрастия клонились к одному предмету, и сей предмет должен быть — Искусство. Поэзия, осмелюсь сказать, требует всего человека. <...> Живи, как пишешь, и пиши, как живешь. Иначе все отголоски лиры твоей будут фальшивы.

    — Константин Батюшков · книга
18. «

    У поэта внутри вечный конфликт, тенью сомнения лечь норовит, Разные демоны, б**дь, сверхидеи, порою стремление лечь под гранит, Хаос и боль, траблы с собой, страхи, свобода, танатос, любовь, Про меня пишут, что я истерично читаю. Конечно, *бать, я живой!

    У поэта внутри вечный конфликт, тенью сомнения лечь норовит, Разные демоны, б**дь, сверхидеи, порою стремление лечь под гранит, Хаос и боль, траблы с собой, страхи, свобода, танатос, любовь, Про меня пишут, что я истерично читаю. Конечно, *бать, я живой!

    — Мирон Янович Фёдоров (Oxxxymiron)
19. «

    Что поделать — с весной не в ладу; Я весной этот мир не люблю; Я в тисках у сезонной тоски, Не вникая в затасканность тем, Я читаю плохие стихи Не о том, и не там, и не тем.

    Что поделать — с весной не в ладу; Я весной этот мир не люблю; Я в тисках у сезонной тоски, Не вникая в затасканность тем, Я читаю плохие стихи Не о том, и не там, и не тем.

    — Павел Синельников
20. «

    Ты хочешь извлечь идею из стиха, как орешек из скорлупы, и посмотреть, «доброкачественная» она или нет. Но если бы поэт хотел сказать только то, что можно выразить одним предложением, он не стал бы писать стихи, он написал бы слоган.

    Ты хочешь извлечь идею из стиха, как орешек из скорлупы, и посмотреть, «доброкачественная» она или нет. Но если бы поэт хотел сказать только то, что можно выразить одним предложением, он не стал бы писать стихи, он написал бы слоган.

    — Зои Хеллер · книга