759 цитат на тему «поэзия и поэты» — подборка редакции

759 цитат про «поэзия и поэты»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Вдохновение нужно в поэзии, как в геометрии.

   Вдохновение нужно в поэзии, как в геометрии.

   — Александр Сергеевич Пушкин
2. «

   Россия — страна поэтов. Великих на все века. И нам дорога при этом Каждая их строка. <...> Россия – страна талантов. Души золотой запас. И в мире, враждой объятом, Таланты спасают нас.

   Россия — страна поэтов. Великих на все века. И нам дорога при этом Каждая их строка. <...> Россия – страна талантов. Души золотой запас. И в мире, враждой объятом, Таланты спасают нас.

   — Андрей Дмитриевич Дементьев
3. «

   Поэзия делается всеми. Не одним человеком.

   Поэзия делается всеми. Не одним человеком.

   — Лотреамон
4. «

   Не купят оду иль сонет, охотней платят за портрет. Но краски выцветут, поверьте, а рифмы не боятся смерти.

   Не купят оду иль сонет, охотней платят за портрет. Но краски выцветут, поверьте, а рифмы не боятся смерти.

   — Фридрих фон Логау
5. «

   Как можно щебетаньем птиц влюбленных заслушиваться, глядя на луну, когда твоих голодных братьев стоны ночную разрывают тишину?

   Как можно щебетаньем птиц влюбленных заслушиваться, глядя на луну, когда твоих голодных братьев стоны ночную разрывают тишину?

   — Михаил Курганцев · книга
6. «

   Не хожен путь И не прост подъем, Но будь ты большим иль малым. А только — вперед, За бегущим днем, Как за огненным валом,

   Не хожен путь И не прост подъем, Но будь ты большим иль малым. А только — вперед, За бегущим днем, Как за огненным валом,

   — Александр Трифонович Твардовский
7. «

   Поэзия — это доказательство жизни. Если твоя жизнь пылает, поэзия — это ее пепел.

   Поэзия — это доказательство жизни. Если твоя жизнь пылает, поэзия — это ее пепел.

   — Леонард Коэн
8. «

   Я, по-моему, не написал ни одного стихотворения совершенно трезвым. Однако написал несколько хороших — или плохих — под молотом черного бодуна, когда не знал, что лучше — еще выпить или вены вскрыть.

   Я, по-моему, не написал ни одного стихотворения совершенно трезвым. Однако написал несколько хороших — или плохих — под молотом черного бодуна, когда не знал, что лучше — еще выпить или вены вскрыть.

   — Чарльз Буковски · книга
9. «

   — …Хороши ваши стихи, скажите сами? – Чудовищны! – вдруг смело и откровенно произнес Иван. – Не пишите больше! – попросил пришедший умоляюще. – Обещаю и клянусь! – торжественно произнес Иван.

   — …Хороши ваши стихи, скажите сами? – Чудовищны! – вдруг смело и откровенно произнес Иван. – Не пишите больше! – попросил пришедший умоляюще. – Обещаю и клянусь! – торжественно произнес Иван.

   — Михаил Булгаков · книга
10. «

    Я раньше начал, кончу ране, Мой ум не много совершит; В душе моей, как в океане, Надежд разбитых груз лежит.

    Я раньше начал, кончу ране, Мой ум не много совершит; В душе моей, как в океане, Надежд разбитых груз лежит.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов
11. «

    Я думаю, поэты делают всем большое одолжение, выворачивая душу наизнанку.

    Я думаю, поэты делают всем большое одолжение, выворачивая душу наизнанку.
12. «

    Можно привести и плохие стихи, когда они принадлежат великому поэту.

    Можно привести и плохие стихи, когда они принадлежат великому поэту.

    — Шодерло де Лакло · книга
13. «

    Гуляя в этих краях, начинаешь постигать крохотные бриллианты восточных хокку; поэты, создавшие их, никогда не напивались в горах и ничего такого, просто бродили, свежие, как дети, записывая все, что видят, без всяких литературных оборотов и выкрутасов, не пытаясь ничего придумать или выразить. Взбираясь по поросшему кустарником склону, сочиняли хокку и мы. — Валуны на краю обрыва, — произнес я, — почему не срываются вниз?

    Гуляя в этих краях, начинаешь постигать крохотные бриллианты восточных хокку; поэты, создавшие их, никогда не напивались в горах и ничего такого, просто бродили, свежие, как дети, записывая все, что видят, без всяких литературных оборотов и выкрутасов, не пытаясь ничего придумать или выразить. Взбираясь по поросшему кустарником склону, сочиняли хокку и мы. — Валуны на краю обрыва, — произнес я, — почему не срываются вниз?

    — Джек Керуак · книга
14. «

    Поэзия, давай поторопимся, пока всех нас окончательно не поглотила тьма. Наше кровавое извращенное время так нуждается в глотке света, капле ясности, наконец, в мужестве, встающем в полный рост навстречу опасности против древней изношенной машины зла. Надо повернуть жизнь лицом к ней самой, прекратить эту погоню невесть за чем, уводящую прочь от смысла. Надо поспе...

    Поэзия, давай поторопимся, пока всех нас окончательно не поглотила тьма. Наше кровавое извращенное время так нуждается в глотке света, капле ясности, наконец, в мужестве, встающем в полный рост навстречу опасности против древней изношенной машины зла. Надо повернуть жизнь лицом к ней самой, прекратить эту погоню невесть за чем, уводящую прочь от смысла. Надо поспе...

    — Хуан Хельман
15. «

    Настоящий поэт не сочиняет стихов — услышав дудочку Вдохновения, они сами летят к нему из Вечности.

    Настоящий поэт не сочиняет стихов — услышав дудочку Вдохновения, они сами летят к нему из Вечности.

    — Авессалом Подводный · книга
16. «

    Каждый читатель — тот же поэт.

    Каждый читатель — тот же поэт.

    — Уильям Фолкнер
17. «

    На площади стреляют поэтов. На главной площади нервные люди с больными глазами находят своё бессмертие. Но бессмертие пахнет могилой, это эхо молчания в затхлых залах вечной немоты, это плесень апатии, это мгновение, ставшее тягучей, душной, статичной вечностью. На площади люди слизывают с побледневших пересохших губ вкус жизни, запоминая его навсегда, влюбляясь в яростную боль, несущую в себе семена любви и экстатичной жажды вдохнуть в пробитые легкие хотя бы ещё один глоток солёного воздуха. На площади люди отчаянно смотрят в небо, судорожно понимая, что человеческая смертность — всего лишь залог остроты чувств, горячности идей, вечного стремления успеть, не жалея себя: жить, любить, дышать, смеяться, кричать в распахнутые окна, подставлять неумолимо стареющее лицо дождям, ветрам, снегопадам, солнцу... Потому что в конце этого предложения будет точка, восклицательный знак, а не шлейф уходящего в никуда многоточия. На площади стреляют поэтов. И поджарые животы в предчувствии пули прячут в чреве своём несказанные слова, тяжёлым комом поднимающиеся к сжимающемуся горлу, вырывающиеся в холодный воздух хрипом последних итогов. На площади, где стреляют поэтов, стоит мальчик. И небо давит на него, и снег кажется каменным, и тишина пугает... И он пишет на изнанке собственной души детскую мораль взрослой сказки: Бог создал нас разными. Смерть — сделала равными.

    На площади стреляют поэтов. На главной площади нервные люди с больными глазами находят своё бессмертие. Но бессмертие пахнет могилой, это эхо молчания в затхлых залах вечной немоты, это плесень апатии, это мгновение, ставшее тягучей, душной, статичной вечностью. На площади люди слизывают с побледневших пересохших губ вкус жизни, запоминая его навсегда, влюбляясь в яростную боль, несущую в себе семена любви и экстатичной жажды вдохнуть в пробитые легкие хотя бы ещё один глоток солёного воздуха. На площади люди отчаянно смотрят в небо, судорожно понимая, что человеческая смертность — всего лишь залог остроты чувств, горячности идей, вечного стремления успеть, не жалея себя: жить, любить, дышать, смеяться, кричать в распахнутые окна, подставлять неумолимо стареющее лицо дождям, ветрам, снегопадам, солнцу... Потому что в конце этого предложения будет точка, восклицательный знак, а не шлейф уходящего в никуда многоточия. На площади стреляют поэтов. И поджарые животы в предчувствии пули прячут в чреве своём несказанные слова, тяжёлым комом поднимающиеся к сжимающемуся горлу, вырывающиеся в холодный воздух хрипом последних итогов. На площади, где стреляют поэтов, стоит мальчик. И небо давит на него, и снег кажется каменным, и тишина пугает... И он пишет на изнанке собственной души детскую мораль взрослой сказки: Бог создал нас разными. Смерть — сделала равными.

    — Аль Квотион · книга
18. «

    Я знаю, есть стихи для всех, слова, которые смущают, и радуют и удивляют, и, возникая здесь и там, идут за нами по пятам. слова, в которых крик и шепот, слова, в которых смех и ропот, громкоголосые слова и слышные едва-едва.

    Я знаю, есть стихи для всех, слова, которые смущают, и радуют и удивляют, и, возникая здесь и там, идут за нами по пятам. слова, в которых крик и шепот, слова, в которых смех и ропот, громкоголосые слова и слышные едва-едва.

    — Карл Фредерик Притц
19. «

    Вода падает с яркого воздуха. Падает, словно волосы падают на плечи девочки. Вода падает, оставляя лужи на асфальте. Грязные зеркала для облаков и зданий вокруг. Она падает на крышу моего дома. Она падает на мою маму и на мои волосы. Многие зовут это дождём.

    Вода падает с яркого воздуха. Падает, словно волосы падают на плечи девочки. Вода падает, оставляя лужи на асфальте. Грязные зеркала для облаков и зданий вокруг. Она падает на крышу моего дома. Она падает на мою маму и на мои волосы. Многие зовут это дождём.

    — Юная поэтесса · фильм
20. «

    Как с тобою я похаживал По болотинам вдвоем, Ты меня почасту спрашивал: Что строчишь карандашом?

    Как с тобою я похаживал По болотинам вдвоем, Ты меня почасту спрашивал: Что строчишь карандашом?

    — Николай Алексеевич Некрасов