227 цитат: всё о «правительство»

Собрали 227 цитат на тему «правительство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   ... Они принадлежали чуждому миру высших сфер, миру коварному и опасному. Там нет места дружбе, преданности, честности, постоянству. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять эту простую истину, ее внушает каждый эпизод политической истории Отечества, судьбы бесчисленного множества жертв властолюбия — от Меншикова и Волынского (чтобы далеко за примерами не ходить) до соратников Сталина, Хрущева, Брежнева и т.д. Мир высших сфер вызывал только одно желание — быть от него подальше.

   ... Они принадлежали чуждому миру высших сфер, миру коварному и опасному. Там нет места дружбе, преданности, честности, постоянству. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять эту простую истину, ее внушает каждый эпизод политической истории Отечества, судьбы бесчисленного множества жертв властолюбия — от Меншикова и Волынского (чтобы далеко за примерами не ходить) до соратников Сталина, Хрущева, Брежнева и т.д. Мир высших сфер вызывал только одно желание — быть от него подальше.

   — Леонид Шебаршин · книга
2. «

   Мне не понятно, почему для вождения всего-навсего автомобилем справка о душевном здоровье требуется, а государством у нас с безжалостной регулярностью запросто управляют люди, чье клиническое безумие заметно и невооруженным глазом?

   Мне не понятно, почему для вождения всего-навсего автомобилем справка о душевном здоровье требуется, а государством у нас с безжалостной регулярностью запросто управляют люди, чье клиническое безумие заметно и невооруженным глазом?

   — Ирина Хакамада
3. «

   В реках и плохих правительствах наверху плавает самое легковесное.

   В реках и плохих правительствах наверху плавает самое легковесное.

   — Бенджамин Франклин
4. «

   Это был наш долг. В стране столько безработных, которым не на что жить. Правительство не могло их обеспечить. Что им оставалось? Идти в армию.

   Это был наш долг. В стране столько безработных, которым не на что жить. Правительство не могло их обеспечить. Что им оставалось? Идти в армию.

   — Кен Даффилд (ветеран) · фильм
5. «

   Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные и способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он умел распознать их способности и удержать их преданность. Если же они не таковы, то и о государе заключат соответственно, ибо первую оплошность он уже совершил, выбрав плохих помощников.

   Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает; если это люди преданные и способные, то можно всегда быть уверенным в его мудрости, ибо он умел распознать их способности и удержать их преданность. Если же они не таковы, то и о государе заключат соответственно, ибо первую оплошность он уже совершил, выбрав плохих помощников.

   — Никколо Макиавелли · книга
6. «

   Плох тот правитель, который собственного народа боится.

   Плох тот правитель, который собственного народа боится.

   — Франц Вертфоллен · книга
7. «

   Мы, правители града, причастны древней мудрости, закрытой от иных.

   Мы, правители града, причастны древней мудрости, закрытой от иных.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
8. «

   Как-то в одном из шоу на американском радио позвонил человек и высказал блестящую мысль. Он сравнил человечество с мужем, который знает об изменах жены, но отчаянно пытается убедить себя в обратном. Когда жена возвращается домой, муж расспрашивает ее о том, где и с кем она была. Он знает правду, но изо всех сил надеется, что объяснения жены прозвучат достаточно убедительно и он сможет дальше обманывать себя тем, что все хорошо. Он предпочтет услышать красивую ложь, а не принять отталкивающую правду. Точно так же, большинство людей не хочет замечать тайные действия и коррумпированность своих правительств или спросить, почему страны воюют против беззащитных граждан, включая своих собственных. Когда правительства лгут и извиняются за свои чудовищные действия, большинство людей с готовностью принимает извинения, потому что оно хочет верить, что эта ложь — правда. Альтернатива этому — признать, что правительство не является добрым слугой народа, а совсем наоборот.

   Как-то в одном из шоу на американском радио позвонил человек и высказал блестящую мысль. Он сравнил человечество с мужем, который знает об изменах жены, но отчаянно пытается убедить себя в обратном. Когда жена возвращается домой, муж расспрашивает ее о том, где и с кем она была. Он знает правду, но изо всех сил надеется, что объяснения жены прозвучат достаточно убедительно и он сможет дальше обманывать себя тем, что все хорошо. Он предпочтет услышать красивую ложь, а не принять отталкивающую правду. Точно так же, большинство людей не хочет замечать тайные действия и коррумпированность своих правительств или спросить, почему страны воюют против беззащитных граждан, включая своих собственных. Когда правительства лгут и извиняются за свои чудовищные действия, большинство людей с готовностью принимает извинения, потому что оно хочет верить, что эта ложь — правда. Альтернатива этому — признать, что правительство не является добрым слугой народа, а совсем наоборот.

   — Дэвид Эйк · книга
9. «

   Наше правительство говорит о свободе и независимости, пока осуществляется, поддерживается, навязывается контроль, который они хотят держать над людьми. С давних времен нас учили терпеть это притеснение, думаю, что пришло время это изменить.

   Наше правительство говорит о свободе и независимости, пока осуществляется, поддерживается, навязывается контроль, который они хотят держать над людьми. С давних времен нас учили терпеть это притеснение, думаю, что пришло время это изменить.

   — Эксл Роуз
10. «

    ...правительство, покинувшее свою резиденцию, перестает быть правительством.

    ...правительство, покинувшее свою резиденцию, перестает быть правительством.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
11. «

    Хорошее правительство — не то, которое хочет сделать людей счастливыми, а то, которое знает, как этого добиться.

    Хорошее правительство — не то, которое хочет сделать людей счастливыми, а то, которое знает, как этого добиться.

    — Томас Бабингтон Маколей
12. «

    В России правительства, если проводить нормальные выборы, всегда будут коалиционными.

    В России правительства, если проводить нормальные выборы, всегда будут коалиционными.

    — Гарри Каспаров
13. «

    Крошечные опереточные народы забавляются игрою в правительства, покуда в один прекрасный день в их водах не появится молчаливый военный корабль и говорит им: не ломайте игрушек.

    Крошечные опереточные народы забавляются игрою в правительства, покуда в один прекрасный день в их водах не появится молчаливый военный корабль и говорит им: не ломайте игрушек.

    — О. Генри · книга
14. «

    Вам не угодишь! Повышаем пенсионный возраст — не нравится. Повышаем налоги — не нравится. Что вам, понизить уровень жизни?

    Вам не угодишь! Повышаем пенсионный возраст — не нравится. Повышаем налоги — не нравится. Что вам, понизить уровень жизни?

    — Виталий Косарев
15. «

    Дела всех освободителей гибли из-за этого. Каждый из них, увлеченный своей благородной задачей, невольно рассматривает ее как окончательную победу над мировым злом. Но, как я уже говорил, когда исчезнет то, что зло сейчас, мгновенно наступит то, что зло — завтра. Этого не понимали все немудрые освободители и потому, добившись победы, впадали в маразм непонимания окружающей жизни.

    Дела всех освободителей гибли из-за этого. Каждый из них, увлеченный своей благородной задачей, невольно рассматривает ее как окончательную победу над мировым злом. Но, как я уже говорил, когда исчезнет то, что зло сейчас, мгновенно наступит то, что зло — завтра. Этого не понимали все немудрые освободители и потому, добившись победы, впадали в маразм непонимания окружающей жизни.

    — Фазиль Искандер · книга
16. «

    Правительства и народы не всегда принимают разумные решения. Иногда они принимают безумные решения, или же одна группа людей захватывает в свои руки власть и вынуждает всех остальных подчиниться своей воле и помогать ей в ее безрассудных действиях.

    Правительства и народы не всегда принимают разумные решения. Иногда они принимают безумные решения, или же одна группа людей захватывает в свои руки власть и вынуждает всех остальных подчиниться своей воле и помогать ей в ее безрассудных действиях.

    — Уинстон Черчилль · книга
17. «

    — Извини, папа, у тебя своя борьба, а у меня своя. — Знаю и уважаю это. Любое правительство должно иметь сопротивление. И чтобы восстать против такой мощи, требуются храбрые люди.

    — Извини, папа, у тебя своя борьба, а у меня своя. — Знаю и уважаю это. Любое правительство должно иметь сопротивление. И чтобы восстать против такой мощи, требуются храбрые люди.

    — Харрис Эдвардс · сериал
18. «

    За любым троном есть нечто большее чем король.

    За любым троном есть нечто большее чем король.

    — Уильям Питт Младший
19. «

    Что мне сказать вам, господа, о моем прошлом; я родился в краю, где идея свободы, понятие права, привычка доброго отношения к человеку подвергались холодному презрению и жестоко преследовались. По ходу истории те или другие правители иногда лицемерно выкрашивали стены общегосударственной тюрьмы в более благопристойный охряной оттенок и громко провозглашали дарование прав, которые в более счастливых странах разумеются сами собой; но то ли правами этими могли пользоваться одни тюремщики, то ли в них заключался какой-то скрытый порок, делавший их горше декретов самой неприкрытой деспотии. В том краю всякий, кто не был тираном, был рабом; а так как душа и все, что к ней относится, за человеком отрицалось, то применение физической боли считалось достаточным для управления и руководства человеческой природой… время от времени происходили события, именуемые революцией, которые превращали рабов в тиранов, а тех – в рабов… мрачная страна, господа, страшная, и если я в чем в сей жизни убежден, так это в том, что никогда не променяю свободу своего изгнания на злую пародию родины…

    Что мне сказать вам, господа, о моем прошлом; я родился в краю, где идея свободы, понятие права, привычка доброго отношения к человеку подвергались холодному презрению и жестоко преследовались. По ходу истории те или другие правители иногда лицемерно выкрашивали стены общегосударственной тюрьмы в более благопристойный охряной оттенок и громко провозглашали дарование прав, которые в более счастливых странах разумеются сами собой; но то ли правами этими могли пользоваться одни тюремщики, то ли в них заключался какой-то скрытый порок, делавший их горше декретов самой неприкрытой деспотии. В том краю всякий, кто не был тираном, был рабом; а так как душа и все, что к ней относится, за человеком отрицалось, то применение физической боли считалось достаточным для управления и руководства человеческой природой… время от времени происходили события, именуемые революцией, которые превращали рабов в тиранов, а тех – в рабов… мрачная страна, господа, страшная, и если я в чем в сей жизни убежден, так это в том, что никогда не променяю свободу своего изгнания на злую пародию родины…

    — Владимир Набоков · книга
20. «

    Войну развязывают не народы, а правители. Не солдат надо винить, а того, кто тащит их на войну.

    Войну развязывают не народы, а правители. Не солдат надо винить, а того, кто тащит их на войну.

    — Александра Девиль · книга