93 цитаты про «право»

93 цитаты про «право»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Что я такое? Человек. Если я смотрю на себя как предмет отдельный и независимый от прочих предметов, то следует, чтобы я жил долго, чтобы я был богат, счастлив, здоров; но если я посмотрю на себя как на человека, как на часть целого, то может иногда случиться, что по отношению к этому целому я должен подчиниться болезни, нужде или даже погибнуть преждевременной смертью. Какое же право имею я жаловаться в таком случае? Разве мне не известно, что, жалуясь, я перестаю быть человеком, как нога перестает быть органом тела, когда она отказывается ходить?

   Что я такое? Человек. Если я смотрю на себя как предмет отдельный и независимый от прочих предметов, то следует, чтобы я жил долго, чтобы я был богат, счастлив, здоров; но если я посмотрю на себя как на человека, как на часть целого, то может иногда случиться, что по отношению к этому целому я должен подчиниться болезни, нужде или даже погибнуть преждевременной смертью. Какое же право имею я жаловаться в таком случае? Разве мне не известно, что, жалуясь, я перестаю быть человеком, как нога перестает быть органом тела, когда она отказывается ходить?

   — Эпиктет
2. «

   Всякое отвлеченное право, дойдя до своего логического конца, превращается в бесправие, т. е. в свою собственную противоположность.

   Всякое отвлеченное право, дойдя до своего логического конца, превращается в бесправие, т. е. в свою собственную противоположность.

   — Георгий Валентинович Плеханов
3. «

   Всякий имеет право жить с кем угодно и как угодно — это право развитого человека.

   Всякий имеет право жить с кем угодно и как угодно — это право развитого человека.

   — Антон Павлович Чехов
4. «

   Если бы каждый держался за то, что ему причитается, как мученик за веру, это очень бы способствовало счастью и благополучию всех.

   Если бы каждый держался за то, что ему причитается, как мученик за веру, это очень бы способствовало счастью и благополучию всех.

   — Шарлотта Бронте · книга
5. «

   Высшей среди обязанностей является глубокое уважение права других людей. Наш долг состоит в том, чтобы глубоко уважать право других и как святыню ценить его. Во всем мире нет ничего более святого, чем право других людей. Оно неприкосновенно и нерушимо. Проклятие тому, кто ущемляет право других и топчет его ногами. Право человека должно обеспечивать ему безопасность, оно сильнее всякого оружия и надежнее всех стен.

   Высшей среди обязанностей является глубокое уважение права других людей. Наш долг состоит в том, чтобы глубоко уважать право других и как святыню ценить его. Во всем мире нет ничего более святого, чем право других людей. Оно неприкосновенно и нерушимо. Проклятие тому, кто ущемляет право других и топчет его ногами. Право человека должно обеспечивать ему безопасность, оно сильнее всякого оружия и надежнее всех стен.

   — Иммануил Кант
6. «

   Даже если ты считаешь свое мнение истиной в последней инстанции, не смей, слышишь, никогда не смей разрезать чужую душу. Оставь каждому право любить так, как он умеет.

   Даже если ты считаешь свое мнение истиной в последней инстанции, не смей, слышишь, никогда не смей разрезать чужую душу. Оставь каждому право любить так, как он умеет.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Каждый имеет право знать правду о самом себе.

   Каждый имеет право знать правду о самом себе.

   — Бруно · аниме
8. «

   Человеческие объединения, их смысл определены лишь одной главной целью, — завоевать людям право быть разными, особыми, по-своему, по-отдельному чувствовать, думать, жить на свете. Чтобы завоевать это право, или отстоять его, или расширить, люди объединяются. И тут рождается ужасный, но могучий предрассудок, что в таком объединении во имя расы, Бога, партии, государства — смысл жизни, а не средство. Нет, нет, нет! В человеке, в его скромной особенности, в его праве на эту особенность — единственный, истинный и вечный смысл борьбы за жизнь.

   Человеческие объединения, их смысл определены лишь одной главной целью, — завоевать людям право быть разными, особыми, по-своему, по-отдельному чувствовать, думать, жить на свете. Чтобы завоевать это право, или отстоять его, или расширить, люди объединяются. И тут рождается ужасный, но могучий предрассудок, что в таком объединении во имя расы, Бога, партии, государства — смысл жизни, а не средство. Нет, нет, нет! В человеке, в его скромной особенности, в его праве на эту особенность — единственный, истинный и вечный смысл борьбы за жизнь.

   — Василий Гроссман · книга
9. «

   Я сам решаю – имею ли я на что-нибудь право; вне меня нет никакого права. То, что мне кажется правым, – и есть правое. Возможно, что другим оно и не представляется таковым, но это их дело, а не мое: пусть они обороняются. И если бы весь мир считал неправым то, что, по-моему, право и чего я хочу, то мне не было бы дела до всего мира. Так поступает каждый, кто умеет ценить себя, каждый в той мере, в какой он эгоист, ибо сила выше права – с полным на это правом.

   Я сам решаю – имею ли я на что-нибудь право; вне меня нет никакого права. То, что мне кажется правым, – и есть правое. Возможно, что другим оно и не представляется таковым, но это их дело, а не мое: пусть они обороняются. И если бы весь мир считал неправым то, что, по-моему, право и чего я хочу, то мне не было бы дела до всего мира. Так поступает каждый, кто умеет ценить себя, каждый в той мере, в какой он эгоист, ибо сила выше права – с полным на это правом.

   — Макс Штирнер · книга
10. «

    — Эль Вудс, мы юристы, а не группа защиты животных. — Мы юристы, борцы за справедливость. А это точно несправедливо! В данном случае цена красоты слишком велика. Неужели это говорю я?... Но это так. — Мы с вами должны бороться за интересы клиентов. Вы согласны? — Да, но делать правильно. Разве это не в общих интересах? — Кажется, Вы путаете правильное с законным. Вы же не думаете, что это одно и то же? — Может перейдём к делу и обсудим ваше блестящее будущее? — Простите, я не хотела Вас перебивать, но... Вы считаете, что если Манифик следует букве закона, издеваясь над невинными существами, то нас не должно это волновать?

    — Эль Вудс, мы юристы, а не группа защиты животных. — Мы юристы, борцы за справедливость. А это точно несправедливо! В данном случае цена красоты слишком велика. Неужели это говорю я?... Но это так. — Мы с вами должны бороться за интересы клиентов. Вы согласны? — Да, но делать правильно. Разве это не в общих интересах? — Кажется, Вы путаете правильное с законным. Вы же не думаете, что это одно и то же? — Может перейдём к делу и обсудим ваше блестящее будущее? — Простите, я не хотела Вас перебивать, но... Вы считаете, что если Манифик следует букве закона, издеваясь над невинными существами, то нас не должно это волновать?

    — Эль Вудс · фильм
11. «

    Если человек хочет видеть свои личные права огражденными и защищенными, то он должен вложиться своим правосознанием в эту общественную правовую жизнь и верно участвовать в ее устроении. В качестве законодателя он должен верно творить законы из верной глубины своего правосознания; в качестве судьи и чиновника он должен толковать и применять закон так, как этого требует его справедливое правосознание; в качестве рядового подчиненного гражданина он должен принять закон в свое правосознание и включить приказы, запреты и позволения, содержащиеся в законе, в процессы мотивации своего поведения. Во всех этих положениях человек призван к тому, чтобы добровольно вменить себе законы своего государства, стараться верно понимать их и повиноваться им по чувству свободно признанной обязанности. Пусть эти законы кажутся ему формальными и внешними — он все-таки должен принять их в порядок самообязывания и верно соблюдать их. Это необходимо по следующим основаниям. Во-первых, потому, что в самую сущность права и правопорядка входит эта способность — совершенствоваться посредством лояльного повиновения граждан. Во-вторых, гражданин призван добровольно признавать и соблюдать законы своей родины потому, что это есть единственный способ поддерживать правопорядок и в то же время оставаться в нем свободным.

    Если человек хочет видеть свои личные права огражденными и защищенными, то он должен вложиться своим правосознанием в эту общественную правовую жизнь и верно участвовать в ее устроении. В качестве законодателя он должен верно творить законы из верной глубины своего правосознания; в качестве судьи и чиновника он должен толковать и применять закон так, как этого требует его справедливое правосознание; в качестве рядового подчиненного гражданина он должен принять закон в свое правосознание и включить приказы, запреты и позволения, содержащиеся в законе, в процессы мотивации своего поведения. Во всех этих положениях человек призван к тому, чтобы добровольно вменить себе законы своего государства, стараться верно понимать их и повиноваться им по чувству свободно признанной обязанности. Пусть эти законы кажутся ему формальными и внешними — он все-таки должен принять их в порядок самообязывания и верно соблюдать их. Это необходимо по следующим основаниям. Во-первых, потому, что в самую сущность права и правопорядка входит эта способность — совершенствоваться посредством лояльного повиновения граждан. Во-вторых, гражданин призван добровольно признавать и соблюдать законы своей родины потому, что это есть единственный способ поддерживать правопорядок и в то же время оставаться в нем свободным.

    — Иван Александрович Ильин · книга
12. «

    Заткнись. Я не ошибаюсь, я никогда не совершаю ошибок. У меня есть право решать. Мои слова сомнению не подлежат. У тебя нет права отвергать мои слова. Что я называю правильным и есть правильное. Ты пытался указывать мне что делать. Ты заслуживаешь смерти.

    Заткнись. Я не ошибаюсь, я никогда не совершаю ошибок. У меня есть право решать. Мои слова сомнению не подлежат. У тебя нет права отвергать мои слова. Что я называю правильным и есть правильное. Ты пытался указывать мне что делать. Ты заслуживаешь смерти.

    — Музан Кибуцуджи · аниме
13. «

    Каждый имеет право, и право имеет каждого.

    Каждый имеет право, и право имеет каждого.
14. «

    Доброта — это своеобразный налог, который каждый из нас должен платить за право жить на этой планете.

    Доброта — это своеобразный налог, который каждый из нас должен платить за право жить на этой планете.

    — Робин Шарма · книга
15. «

    Если человек обладает развитым правосознанием, то так ли уж нужна ему информация о законе? При таком правосознании гражданин сумеет понять, что является законным.

    Если человек обладает развитым правосознанием, то так ли уж нужна ему информация о законе? При таком правосознании гражданин сумеет понять, что является законным.

    — Жан Карбоннье
16. «

    Право соглашаться с другими не вызывает никаких сложностей в любом обществе; самое важное — это право не соглашаться.

    Право соглашаться с другими не вызывает никаких сложностей в любом обществе; самое важное — это право не соглашаться.

    — Айн Рэнд · книга
17. «

    Первейшее на земле право — это право Я. Первейший долг человека — долг перед собой. Его нравственный долг — никогда не отождествлять свои цели с другой личностью; нравственный закон — делать то, что он хочет, при условии, что его желания в основе своей не зависят от других людей.

    Первейшее на земле право — это право Я. Первейший долг человека — долг перед собой. Его нравственный долг — никогда не отождествлять свои цели с другой личностью; нравственный закон — делать то, что он хочет, при условии, что его желания в основе своей не зависят от других людей.

    — Айн Рэнд · книга
18. «

    Сознание права развивает сознание долга. Всеобщий закон — это свобода, кончающаяся там, где начинается свобода другого.

    Сознание права развивает сознание долга. Всеобщий закон — это свобода, кончающаяся там, где начинается свобода другого.

    — Виктор Гюго
19. «

    Генеральный прокурор США Джефф Сешнc заявил: «Свобода мысли и слова в американских кампусах находится под ударом. Американские университеты, бывшие центром академической свободы, «трансформируются в ретрансляторы политической корректности и единомыслия». «Никто не понимает, что первая поправка важна только тогда, когда вы собираетесь кого-то оскорбить. Если вы не собираетесь, вам и ее защита не нужна», — пишет Ларри Флинт. Живая, здоровая и циничная Америка защищала право на оскорбление. Больная на всю голову нынешняя Америка боится оскорблений и готова отвечать на них насилием. Это симптоматично.

    Генеральный прокурор США Джефф Сешнc заявил: «Свобода мысли и слова в американских кампусах находится под ударом. Американские университеты, бывшие центром академической свободы, «трансформируются в ретрансляторы политической корректности и единомыслия». «Никто не понимает, что первая поправка важна только тогда, когда вы собираетесь кого-то оскорбить. Если вы не собираетесь, вам и ее защита не нужна», — пишет Ларри Флинт. Живая, здоровая и циничная Америка защищала право на оскорбление. Больная на всю голову нынешняя Америка боится оскорблений и готова отвечать на них насилием. Это симптоматично.

    — Михаил Владимирович Леонтьев
20. «

    Право всегда оборотная сторона долга.

    Право всегда оборотная сторона долга.

    — Жан-Поль Сартр · книга