64 цитаты «православие» — избранное

Собрали 64 цитаты на тему «православие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Если хочешь узнать, что такое истинная любовь, прочитай Святое Евангелие, а в первую очередь 1-ое послание к Коринфянам, главу 13-ю.

   Если хочешь узнать, что такое истинная любовь, прочитай Святое Евангелие, а в первую очередь 1-ое послание к Коринфянам, главу 13-ю.

   — Вячеслав Бондаренко · книга
2. «

   Читаю Ельчанинова, помимо его поразительного по глубине толкования евангелия, святых отцов, у него еще проскальзывают бытовые наблюдения, вроде как мимоходом, но как же точно он все подмечает и вытаскивает наружу. например вот это

   Читаю Ельчанинова, помимо его поразительного по глубине толкования евангелия, святых отцов, у него еще проскальзывают бытовые наблюдения, вроде как мимоходом, но как же точно он все подмечает и вытаскивает наружу. например вот это

   — Александр Ельчанинов · книга
3. «

   Да, храмы переполнены... Но от этого пользы мало, шума только много: придут, потолкаются, свечей пуд сожгут, денег навалят, но толку — то что? Богу — то не свечки нужны, не деньги, а сердце наше, умягченное кротостью, смирением, терпением. Вот что нужно Богу. Ему нужна тишина души, мир с ближними своими.

   Да, храмы переполнены... Но от этого пользы мало, шума только много: придут, потолкаются, свечей пуд сожгут, денег навалят, но толку — то что? Богу — то не свечки нужны, не деньги, а сердце наше, умягченное кротостью, смирением, терпением. Вот что нужно Богу. Ему нужна тишина души, мир с ближними своими.

   — Протоиерей Димитрий Смирнов
4. «

   Благодатью святого Духа обновляются и расцветают в вере человеческие души. Поэтому с первых веков христианства вошло в обычай на праздник святой Троицы украшать храмы и жилища цветами и зелёными ветвями.

   Благодатью святого Духа обновляются и расцветают в вере человеческие души. Поэтому с первых веков христианства вошло в обычай на праздник святой Троицы украшать храмы и жилища цветами и зелёными ветвями.

   — Протоиерей Борис Балашов · книга
5. «

   Православная религия — это сердце русского народа. И биение его не прекратится, пока не иссякнет вера.

   Православная религия — это сердце русского народа. И биение его не прекратится, пока не иссякнет вера.

   — Илья Александрович Игин
6. «

   Молитва святых скорая, потому что короче её путь к Господу. Это мы пока сквозь завесу своих тяжких грехов докричимся.

   Молитва святых скорая, потому что короче её путь к Господу. Это мы пока сквозь завесу своих тяжких грехов докричимся.

   — Наталия Сухинина · книга
7. «

   Утром встал, задумался: «Вот солнце сияет, утро, мне Господь подарил ещё один день. Зачем он мне дан? Затем, чтобы я всю посуду перемыл и всё перестирал?» Допустим, ты сегодня вечером умрёшь. Что, будем продолжать стирать и на это тратить время? Да ничего, помрём спокойно, завтра без нас всё перестирают. Может быть, всё-таки душой займёмся? Самое главное из всей деятельности, что у нас есть – это наша душа. Вот об этом нам нужно помнить и думать в первую очередь. Если у нас самих нет ответа, что мне делать, как мне спасти свою душу, как мне подготовиться к жизни вечной, значит нам нужно потратить оставшиеся наши мозги и сердце, ещё трепыхающееся в нашей грудной клетке, на то, чтобы получить этот ответ – что я должен или должна сделать, чтобы спасти свою душу. А остальное потом, потом еда, потом поздравления, потом стирки, потом погода по телевизору, потом какое-нибудь кино, потом рождение племянника, потом нянчить внучков, это всё потом. А вот это должно быть в начале, потому что это душа, потому что наша телесная жизнь скоро будет в прошлом, а жизнь нашей души всегда будет в вечности. Давайте будем не только молиться о тех, кто ушёл от нас в мир иной, но и подумаем о себе, как о тех, которым тоже в тот иной мир через некоторое время придётся идти.

   Утром встал, задумался: «Вот солнце сияет, утро, мне Господь подарил ещё один день. Зачем он мне дан? Затем, чтобы я всю посуду перемыл и всё перестирал?» Допустим, ты сегодня вечером умрёшь. Что, будем продолжать стирать и на это тратить время? Да ничего, помрём спокойно, завтра без нас всё перестирают. Может быть, всё-таки душой займёмся? Самое главное из всей деятельности, что у нас есть – это наша душа. Вот об этом нам нужно помнить и думать в первую очередь. Если у нас самих нет ответа, что мне делать, как мне спасти свою душу, как мне подготовиться к жизни вечной, значит нам нужно потратить оставшиеся наши мозги и сердце, ещё трепыхающееся в нашей грудной клетке, на то, чтобы получить этот ответ – что я должен или должна сделать, чтобы спасти свою душу. А остальное потом, потом еда, потом поздравления, потом стирки, потом погода по телевизору, потом какое-нибудь кино, потом рождение племянника, потом нянчить внучков, это всё потом. А вот это должно быть в начале, потому что это душа, потому что наша телесная жизнь скоро будет в прошлом, а жизнь нашей души всегда будет в вечности. Давайте будем не только молиться о тех, кто ушёл от нас в мир иной, но и подумаем о себе, как о тех, которым тоже в тот иной мир через некоторое время придётся идти.

   — Протоиерей Димитрий Смирнов
8. «

   Православная терпимость — как и русская терпимость, происходит, может быть, просто-напросто вследствие великого оптимизма: правда все равно свое возьмет — и зачем торопить ее неправдой? Будущее все равно принадлежит дружбе и любви — зачем торопить их злобой и ненавистью? Мы все равно сильнее других — зачем культивировать чувство зависти? Ведь наша сила — это сила отца, творящая и хранящая, а не сила разбойника, грабящего и насилующего. Весь смысл бытия русского народа, весь «Свете Тихи» православия погибли бы, если бы мы хотя бы один раз, единственный раз в нашей истории, стали бы на путь Германии и сказали бы себе и миру; мы есть высшая раса — несите к ногам нашим всю колбасу и все пиво мира…

   Православная терпимость — как и русская терпимость, происходит, может быть, просто-напросто вследствие великого оптимизма: правда все равно свое возьмет — и зачем торопить ее неправдой? Будущее все равно принадлежит дружбе и любви — зачем торопить их злобой и ненавистью? Мы все равно сильнее других — зачем культивировать чувство зависти? Ведь наша сила — это сила отца, творящая и хранящая, а не сила разбойника, грабящего и насилующего. Весь смысл бытия русского народа, весь «Свете Тихи» православия погибли бы, если бы мы хотя бы один раз, единственный раз в нашей истории, стали бы на путь Германии и сказали бы себе и миру; мы есть высшая раса — несите к ногам нашим всю колбасу и все пиво мира…

   — Иван Лукьянович Солоневич · книга
9. «

   Не забывайте о смирении, которое нужно сопрягать со всяким добрым делом, без которого дела нам не принесут пользы, а, более того, повредят, что на многих видим исполнившимся. Хотя вы поститесь, хотя молитесь или милостыню даете опасайтесь мысли, что добро делаете, которую старается враг приносить, дабы все плоды погубить и душу отщетить от Бога.

   Не забывайте о смирении, которое нужно сопрягать со всяким добрым делом, без которого дела нам не принесут пользы, а, более того, повредят, что на многих видим исполнившимся. Хотя вы поститесь, хотя молитесь или милостыню даете опасайтесь мысли, что добро делаете, которую старается враг приносить, дабы все плоды погубить и душу отщетить от Бога.

   — Макарий Оптинский
10. «

    Лишиться Духа Божия можно в один момент: возьми грязи черпак, влей в свою душу – и все; любой скандал, любое неосторожное слово или греховное дело – и тут же потеряешь то, что набрал за всю жизнь. Как на гору можно неделю забираться, а упасть с нее за несколько секунд: чуть пошатнулся, и полетел, и голову разбил, и позвоночник сломал – так и в духовной жизни.

    Лишиться Духа Божия можно в один момент: возьми грязи черпак, влей в свою душу – и все; любой скандал, любое неосторожное слово или греховное дело – и тут же потеряешь то, что набрал за всю жизнь. Как на гору можно неделю забираться, а упасть с нее за несколько секунд: чуть пошатнулся, и полетел, и голову разбил, и позвоночник сломал – так и в духовной жизни.

    — Протоиерей Димитрий Смирнов
11. «

    Если кто ляжет с мужчиною, как с женщиною, то оба они сделали мерзость: да будут преданы смерти, кровь их на них.

    Если кто ляжет с мужчиною, как с женщиною, то оба они сделали мерзость: да будут преданы смерти, кровь их на них.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга Левит · книга
12. «

    Вы знаете, батюшка, наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон» — тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если наш торт будет состоять только из одного теста, то он будет невкусный. Если он будет состоять только из одного крема, то он будет слишком приторный. А если тесто будет слоями перемежаться с кремом — тесто-крем, тесто-крем, тесто-крем, а сверху пудра — тогда такой пирог будет сладкий. Тесто — это наши труды, это наши мирские попечения. Если вся наша жизнь будет состоять только из них, то такая жизнь будет несладкой. Если у нас будет только один крем, то есть только одна молитва с утра до ночи, что в нашей жизни фактически невозможно, то это тоже будет неправильно, да и не получится. А у нас всё должно быть гармонично и размеренно — наши труды должны переплетаться с молитвами. Причем не обязательно с продолжительными — можно с совсем краткими: «Господи, благослови. Господи, помоги. Господи, благодарю.» «Отче наш». Молитва Иисусова. И так наши труды, перемежаясь и переплетаясь с молитвами это и будет сладкий пирог — для Христа». Я спросил: «А что же такое пудра?» — «А пудра — это смирение. Потому что если труды и молитва будут без смирения, тогда, как говорили оптинские старцы, есть смирение — всё есть, а нет смирения — ничего нет»

    Вы знаете, батюшка, наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон» — тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если наш торт будет состоять только из одного теста, то он будет невкусный. Если он будет состоять только из одного крема, то он будет слишком приторный. А если тесто будет слоями перемежаться с кремом — тесто-крем, тесто-крем, тесто-крем, а сверху пудра — тогда такой пирог будет сладкий. Тесто — это наши труды, это наши мирские попечения. Если вся наша жизнь будет состоять только из них, то такая жизнь будет несладкой. Если у нас будет только один крем, то есть только одна молитва с утра до ночи, что в нашей жизни фактически невозможно, то это тоже будет неправильно, да и не получится. А у нас всё должно быть гармонично и размеренно — наши труды должны переплетаться с молитвами. Причем не обязательно с продолжительными — можно с совсем краткими: «Господи, благослови. Господи, помоги. Господи, благодарю.» «Отче наш». Молитва Иисусова. И так наши труды, перемежаясь и переплетаясь с молитвами это и будет сладкий пирог — для Христа». Я спросил: «А что же такое пудра?» — «А пудра — это смирение. Потому что если труды и молитва будут без смирения, тогда, как говорили оптинские старцы, есть смирение — всё есть, а нет смирения — ничего нет»

    — Вячеслав Бондаренко · книга
13. «

    В церковь очень часто не подавайте, по памятным датам хорошо служить Литургию, а в остальное время молитесь сами. Да и не выстаивая пред иконами целый день, а памятью Божией в обычном своем делании житейских попечений. Кратенько, легко и даже весело, обращаясь к Господу: «Господи, помилуй!», «Господи, прости!»».

    В церковь очень часто не подавайте, по памятным датам хорошо служить Литургию, а в остальное время молитесь сами. Да и не выстаивая пред иконами целый день, а памятью Божией в обычном своем делании житейских попечений. Кратенько, легко и даже весело, обращаясь к Господу: «Господи, помилуй!», «Господи, прости!»».

    — Вячеслав Бондаренко · книга
14. «

    Часто вовсе не нужен старец, нужен просто друг. Этот тотальный поиск старцев в наше время — признак глубокого одиночества. Люди одиноки и часто никому не нужны со своими проблемами: «А ты знаешь, мне плохо на душе...» -» Да всем плохо! Кому сейчас хорошо?» А лучше бы по-другому: «Ты здоров? Как у тебя дела? Всё ли у тебя хорошо?» Это нормально — интересоваться людьми, спрашивать. Вобще существует такой святой вопрос: «Как у тебя дела? Чем я могу тебе помочь?»

    Часто вовсе не нужен старец, нужен просто друг. Этот тотальный поиск старцев в наше время — признак глубокого одиночества. Люди одиноки и часто никому не нужны со своими проблемами: «А ты знаешь, мне плохо на душе...» -» Да всем плохо! Кому сейчас хорошо?» А лучше бы по-другому: «Ты здоров? Как у тебя дела? Всё ли у тебя хорошо?» Это нормально — интересоваться людьми, спрашивать. Вобще существует такой святой вопрос: «Как у тебя дела? Чем я могу тебе помочь?»

    — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
15. «

    — Вова, может тоже поедешь? [Окунаться в прорубь] — А что так? Не крещёный, что ли? — Почему? Просто я агностик. — Агностик? В попе хвостик! Богохульник ты, Вовка!

    — Вова, может тоже поедешь? [Окунаться в прорубь] — А что так? Не крещёный, что ли? — Почему? Просто я агностик. — Агностик? В попе хвостик! Богохульник ты, Вовка!

    — Юля Пыжова · сериал
16. «

    Православный христианин должен быть православным постоянно — или он не православный вообще.

    Православный христианин должен быть православным постоянно — или он не православный вообще.

    — Иеромонах Серафим (Роуз)
17. «

    Вы знаете, однажды в России до революции был такой аттракцион: на ярмарку часто приезжал цирк, и в этом цирке были разные представления. И вот одно представление, один аттракцион, назывался следующим образом: «Живой Петр I за 20 копеек». Была устроена палатка, в палатке была устроена огромная подзорная труба, заходил человек, и он начинал смотреть в эту подзорную трубу, чтобы увидеть живого Петра I. Обслуживающий персонал говорил: «Ну, настраивайте». Он настраивал. «Еще сильнее настраивайте». Он ещё сильнее настраивал. И тогда, когда уже ничего не получалось, у него спрашивали: «Ну, что? Видишь?» — «Нет, ничего не вижу». И тогда ему говорили: «Ну, надо же! Чего захотел живого Петра I увидеть за 20 копеек!» И вот на этом заканчивался аттракцион. Вот так и мы в нашей жизни — порой за 20 рублей или 20 копеек хотим увидеть живого Христа. Нет. Надо подвизаться, надо трудиться, надо жить напряженной духовной жизнью, потому что человек что посеет, то и пожнёт: сеющий скудно — скудно и пожнёт, сеющий щедро и щедро пожнёт».

    Вы знаете, однажды в России до революции был такой аттракцион: на ярмарку часто приезжал цирк, и в этом цирке были разные представления. И вот одно представление, один аттракцион, назывался следующим образом: «Живой Петр I за 20 копеек». Была устроена палатка, в палатке была устроена огромная подзорная труба, заходил человек, и он начинал смотреть в эту подзорную трубу, чтобы увидеть живого Петра I. Обслуживающий персонал говорил: «Ну, настраивайте». Он настраивал. «Еще сильнее настраивайте». Он ещё сильнее настраивал. И тогда, когда уже ничего не получалось, у него спрашивали: «Ну, что? Видишь?» — «Нет, ничего не вижу». И тогда ему говорили: «Ну, надо же! Чего захотел живого Петра I увидеть за 20 копеек!» И вот на этом заканчивался аттракцион. Вот так и мы в нашей жизни — порой за 20 рублей или 20 копеек хотим увидеть живого Христа. Нет. Надо подвизаться, надо трудиться, надо жить напряженной духовной жизнью, потому что человек что посеет, то и пожнёт: сеющий скудно — скудно и пожнёт, сеющий щедро и щедро пожнёт».
18. «

    Осенью 1986 года в разговоре с приезжими москвичами неожиданно всплыло имя Сталина. И столь же неожиданно батюшка попросил: «Не осуждайте его, Бог ему судья. А вы не будьте судьями».

    Осенью 1986 года в разговоре с приезжими москвичами неожиданно всплыло имя Сталина. И столь же неожиданно батюшка попросил: «Не осуждайте его, Бог ему судья. А вы не будьте судьями».

    — Вячеслав Бондаренко · книга
19. «

    Если хотите, меня растопчите, повесьте ли, Но повесьте тогда как лампаду, в красном углу, Потому что я ни что иное как куролесенье, И говорю, чтобы развеять мглу.

    Если хотите, меня растопчите, повесьте ли, Но повесьте тогда как лампаду, в красном углу, Потому что я ни что иное как куролесенье, И говорю, чтобы развеять мглу.

    — Надежда Жаглей · книга
20. «

    Мало того, если б кто мне доказал, что Христос вне истины, и действительно было бы, что истина вне Христа, то мне лучше бы хотелось оставаться со Христом, нежели с истиной.

    Мало того, если б кто мне доказал, что Христос вне истины, и действительно было бы, что истина вне Христа, то мне лучше бы хотелось оставаться со Христом, нежели с истиной.

    — Фёдор Михайлович Достоевский