Подборка «Жизненные цитаты про притворство» — 12 цитат

Тема «Жизненные цитаты про притворство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 12 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Трудно поймать человека, который ведет двойную жизнь.

   Трудно поймать человека, который ведет двойную жизнь.

   — Максим Подберезовиков · фильм
2. «

   Притворяйся, что ты счастлива, и однажды ты забудешь, что притворяешься.

   Притворяйся, что ты счастлива, и однажды ты забудешь, что притворяешься.

   — Конь БоДжек · мультфильм
3. «

   Жизнь – та еще трагикомедия! Без лицедейства ох как трудно. Люди куда охотнее воспринимают притворство, чем искренность.

   Жизнь – та еще трагикомедия! Без лицедейства ох как трудно. Люди куда охотнее воспринимают притворство, чем искренность.

   — Наталья Солнцева · книга
4. «

   — Неужели так сложно признать, что ты поступила плохо? — Я часто поступала плохо. Очень часто. Но я хотя бы не заявляла, что я хорошая. И не притворялась, что я вся такая белая и пушистая.

   — Неужели так сложно признать, что ты поступила плохо? — Я часто поступала плохо. Очень часто. Но я хотя бы не заявляла, что я хорошая. И не притворялась, что я вся такая белая и пушистая.

   — Линда Мартин · сериал
5. «

   …Когда мы притворяемся, что расположены к людям, которых на самом деле ненавидим, то становимся к ним ещё более несправедливыми.

   …Когда мы притворяемся, что расположены к людям, которых на самом деле ненавидим, то становимся к ним ещё более несправедливыми.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
6. «

   Вика молчала. Он первый подошел, он нежен, он раскаивается и признался в любви, а самое главное – она чувствует, что он искренен. Душе ее ничего больше не требовалось, и она уже готова была сама прижаться к нему и сказать, как он ей дорог, но в то же самое время в сознании Вики еще слишком значима была нанесенная супругом обида, и требовалось что-нибудь, что хоть частично компенсировало бы ущемленное чувство ее женского достоинства. — В субботу надо будет отвезти маму в больницу, — по-прежнему не смотрят на мужа, строго и сухо сказала Вика. Ринат тяжело выдохнул, будто услышав приговор, и замолчал. Отвезти тещу в больницу – и все! Такой пустяк для того, чтобы прямо сейчас замять эту невыносимую ситуацию и вернуть все на круги своя. Ринат возликовал в душе, что разногласия закончены, да еще такой малой кровью, но ни один мускул его лица не дрогнул. Он знал, что стоит ему охотно согласиться на эту меру или даже просто выказать радость, как жена почувствует ее несоразмерность вине и, пожалуй, в довесок нагрузит еще пару требований; если же он, сделав серьезное лицо, покажет, что решение дается ему с трудом, то она же потом, когда все уляжется, будет оправдываться, что заставляет его против воли.

   Вика молчала. Он первый подошел, он нежен, он раскаивается и признался в любви, а самое главное – она чувствует, что он искренен. Душе ее ничего больше не требовалось, и она уже готова была сама прижаться к нему и сказать, как он ей дорог, но в то же самое время в сознании Вики еще слишком значима была нанесенная супругом обида, и требовалось что-нибудь, что хоть частично компенсировало бы ущемленное чувство ее женского достоинства. — В субботу надо будет отвезти маму в больницу, — по-прежнему не смотрят на мужа, строго и сухо сказала Вика. Ринат тяжело выдохнул, будто услышав приговор, и замолчал. Отвезти тещу в больницу – и все! Такой пустяк для того, чтобы прямо сейчас замять эту невыносимую ситуацию и вернуть все на круги своя. Ринат возликовал в душе, что разногласия закончены, да еще такой малой кровью, но ни один мускул его лица не дрогнул. Он знал, что стоит ему охотно согласиться на эту меру или даже просто выказать радость, как жена почувствует ее несоразмерность вине и, пожалуй, в довесок нагрузит еще пару требований; если же он, сделав серьезное лицо, покажет, что решение дается ему с трудом, то она же потом, когда все уляжется, будет оправдываться, что заставляет его против воли.

   — Андрей Меркулов · книга
7. «

   Вынужденная доброта так же тошнотно приторна, как суп из зефира на меду с гранатовым сиропом.

   Вынужденная доброта так же тошнотно приторна, как суп из зефира на меду с гранатовым сиропом.

   — Бернар Вербер · книга
8. «

   Я плохой танцор. Зато я хороший притворщик. А раз дела обстоят так, то притвориться хорошим танцором мне не составит никакого труда.

   Я плохой танцор. Зато я хороший притворщик. А раз дела обстоят так, то притвориться хорошим танцором мне не составит никакого труда.

   — Ричард Гир
9. «

   Печально, если в душах цепенеют Стремленья, погребённые навек, Притворство всеми чувствами владеет, И надевает маску человек.

   Печально, если в душах цепенеют Стремленья, погребённые навек, Притворство всеми чувствами владеет, И надевает маску человек.

   — Джордж Гордон Байрон · книга
10. «

    Светская жизнь, представлявшаяся ей такой туманной, пока она её не знала, на деле обернулась всего-навсего системой заученных слов, которыми люди общества заполняли свою жизнь, чтобы не перерезать друг друга.

    Светская жизнь, представлявшаяся ей такой туманной, пока она её не знала, на деле обернулась всего-навсего системой заученных слов, которыми люди общества заполняли свою жизнь, чтобы не перерезать друг друга.

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
11. «

    Валькур, тоже уроженец Квебека, правда, он об этом почти забыл, записывает свои наблюдения, что-то бормоча, частенько яростно, порой ласково, но всегда демонстративно. Чтобы знали или по меньшей мере вообразили, что он пишет о них, чтобы спросили, что он сочиняет, и поинтересовались его книгой, которую он пишет с тех пор, как отошел от Проекта. Порой он просто делает вид, что пишет, чтобы показать, что он не пустое место, что он серьезен и всегда настороже, словно искушенный философ, которым он прикидывается, когда не находит себе других оправданий. Валькур не пишет книгу. Он водит ручкой по бумаге, чтобы заполнить время между двумя глотками пива или дать понять окружающим, что его не стоит беспокоить. На деле, подобно сарычу на ветке, Валькур не спешит расправлять крылья, он ждет, когда подвернется какой-нибудь аппетитный кусок.

    Валькур, тоже уроженец Квебека, правда, он об этом почти забыл, записывает свои наблюдения, что-то бормоча, частенько яростно, порой ласково, но всегда демонстративно. Чтобы знали или по меньшей мере вообразили, что он пишет о них, чтобы спросили, что он сочиняет, и поинтересовались его книгой, которую он пишет с тех пор, как отошел от Проекта. Порой он просто делает вид, что пишет, чтобы показать, что он не пустое место, что он серьезен и всегда настороже, словно искушенный философ, которым он прикидывается, когда не находит себе других оправданий. Валькур не пишет книгу. Он водит ручкой по бумаге, чтобы заполнить время между двумя глотками пива или дать понять окружающим, что его не стоит беспокоить. На деле, подобно сарычу на ветке, Валькур не спешит расправлять крылья, он ждет, когда подвернется какой-нибудь аппетитный кусок.

    — Жиль Куртманш · книга
12. «

    Самые частые и тяжкие болезни – те, которыми мы обязаны своему воображению.

    Самые частые и тяжкие болезни – те, которыми мы обязаны своему воображению.

    — Мишель де Монтень · книга