22 глубоких цитаты про «прямолинейность»

Тема «прямолинейность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 22 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Где твои манеры, Луи Томлинсон? — Мне не нужны манеры. Я говорю, что думаю, и думаю, что говорю. И мне плевать, что подумают другие. Попробуй жить так же, вдруг понравится.

   — Где твои манеры, Луи Томлинсон? — Мне не нужны манеры. Я говорю, что думаю, и думаю, что говорю. И мне плевать, что подумают другие. Попробуй жить так же, вдруг понравится.

   — Velvetoscar · книга
2. «

   Но честность и прямота всегда лучше опасных игр.

   Но честность и прямота всегда лучше опасных игр.

   — Лайя Бернёлл · игра
3. «

   На обочине дороги растут красивые цветы, Но они уводят в сторону с прямого пути.

   На обочине дороги растут красивые цветы, Но они уводят в сторону с прямого пути.

   — Китайские пословицы и поговорки
4. «

   Прямота — ключ к любой дружбе.

   Прямота — ключ к любой дружбе.

   — Эрнан Ривера Летельер · книга
5. «

   — Ты кем будешь на Хэллоуин? — Я буду собой и буду говорить всем правду. Поверь, это очень страшно.

   — Ты кем будешь на Хэллоуин? — Я буду собой и буду говорить всем правду. Поверь, это очень страшно.
6. «

   Прямая линия хва́лится прямотою, В прогрессе без границ вперёд всегда устремлена, Обманутая ложною природы простотою, Не знает в гордости слепой, что на круги своя приходит и она.

   Прямая линия хва́лится прямотою, В прогрессе без границ вперёд всегда устремлена, Обманутая ложною природы простотою, Не знает в гордости слепой, что на круги своя приходит и она.
7. «

   Вы сейчас, как на приеме у венеролога, — слишком издалека начинаете.

   Вы сейчас, как на приеме у венеролога, — слишком издалека начинаете.

   — Лев Григорьевич Преображенский · сериал
8. «

   0001460. И не близкий путь прямым может быть, и извилистый путь коротким может оказаться.

   0001460. И не близкий путь прямым может быть, и извилистый путь коротким может оказаться.
9. «

   — Дорогая мисс Элизабет. Мои ухаживания слишком очевидны, чтобы их не заметить. Почти сразу, как я вошёл в этот дом, я понял, что именно Вам суждено стать моей будущей супругой. Но прежде, чем дать волю своим пламенным чувствам, позвольте я изложу Вам мотивы этого шага. Во-первых, служитель церкви должен быть примером своей пастве, в том числе и в семейных делах. Во-вторых, я совершенно убеждён, что брак сделает меня счастливым. И в-третьих — это угодно и моей глубокоуважаемой патронессе леди Кэтрин, чей совет я исполняю. Я выбрал своей целью Лонгбурн, ибо решил искать супругу в доме, который должен по наследству перейти ко мне. И такой союз, я уверен, устроил бы всех. И теперь не остаётся ничего другого, кроме того, чтобы в самых вдохновенных выражениях заверить Вас в силе своих чувств. — Мистер Коллинз! — И заметить, что с моих уст не сорвётся упрёка по поводу отсутствия у Вас приданого. — Вы торопитесь, сэр! Я ведь ещё не дала Вам ответа! — Добавлю, что леди Кэтрин непременно одобрит мой выбор, когда я расскажу ей о вашей скромности, бережливости и прочих достоинствах в самом выгодном свете. — Сэр, я чрезвычайно польщена вашим предложением, но мне придётся его отклонить. — Я знаю, леди стремятся скрыть свою подлинную радость. — Мистер Коллинз, я говорю совершенно серьёзно! Вы не будете моим супругом! Я убеждена, что мы не способны дать друг другу счастье. — Утешаю себя тем, кузина, что ваш отказ — не более, чем проявление деликатности. Вам следует принять во внимание тот факт, что ваши многочисленные и очевидные достоинства могут и не привлечь внимание других претендентов. — Мистер Коллинз! — Посему я прихожу к выводу, что своей неуверенностью Вы стремитесь больше меня воспламенить. — Сэр! — Что, как известно, свойственно изысканным дамам. — Сэр! Я не отношусь к тем дамам, которые изводят почтенных господ. Прошу услышать меня! Я не стану вашей женой!

   — Дорогая мисс Элизабет. Мои ухаживания слишком очевидны, чтобы их не заметить. Почти сразу, как я вошёл в этот дом, я понял, что именно Вам суждено стать моей будущей супругой. Но прежде, чем дать волю своим пламенным чувствам, позвольте я изложу Вам мотивы этого шага. Во-первых, служитель церкви должен быть примером своей пастве, в том числе и в семейных делах. Во-вторых, я совершенно убеждён, что брак сделает меня счастливым. И в-третьих — это угодно и моей глубокоуважаемой патронессе леди Кэтрин, чей совет я исполняю. Я выбрал своей целью Лонгбурн, ибо решил искать супругу в доме, который должен по наследству перейти ко мне. И такой союз, я уверен, устроил бы всех. И теперь не остаётся ничего другого, кроме того, чтобы в самых вдохновенных выражениях заверить Вас в силе своих чувств. — Мистер Коллинз! — И заметить, что с моих уст не сорвётся упрёка по поводу отсутствия у Вас приданого. — Вы торопитесь, сэр! Я ведь ещё не дала Вам ответа! — Добавлю, что леди Кэтрин непременно одобрит мой выбор, когда я расскажу ей о вашей скромности, бережливости и прочих достоинствах в самом выгодном свете. — Сэр, я чрезвычайно польщена вашим предложением, но мне придётся его отклонить. — Я знаю, леди стремятся скрыть свою подлинную радость. — Мистер Коллинз, я говорю совершенно серьёзно! Вы не будете моим супругом! Я убеждена, что мы не способны дать друг другу счастье. — Утешаю себя тем, кузина, что ваш отказ — не более, чем проявление деликатности. Вам следует принять во внимание тот факт, что ваши многочисленные и очевидные достоинства могут и не привлечь внимание других претендентов. — Мистер Коллинз! — Посему я прихожу к выводу, что своей неуверенностью Вы стремитесь больше меня воспламенить. — Сэр! — Что, как известно, свойственно изысканным дамам. — Сэр! Я не отношусь к тем дамам, которые изводят почтенных господ. Прошу услышать меня! Я не стану вашей женой!

   — Элизабет Беннет · фильм
10. «

    – Госпожа умеет пошлить? – И пошлить, и послать.

    – Госпожа умеет пошлить? – И пошлить, и послать.

    — Риса Арина · книга
11. «

    — Твои родители погибли? Или они тебя бросили? — Вы очень прямой человек, да? — Однако, каким бы ни было твое прошлое, это не меняет того факта, что ты здесь и сейчас.

    — Твои родители погибли? Или они тебя бросили? — Вы очень прямой человек, да? — Однако, каким бы ни было твое прошлое, это не меняет того факта, что ты здесь и сейчас.

    — Элиас Эйнсворт · аниме
12. «

    Я точно не знаю, что я должен сказать, чтобы ты переспала со мной. Но мы можем предположить, что я всё это уже сказал? Речь в общем идёт об обмене жидкостями, так? Так может сразу перейдем к сексу?

    Я точно не знаю, что я должен сказать, чтобы ты переспала со мной. Но мы можем предположить, что я всё это уже сказал? Речь в общем идёт об обмене жидкостями, так? Так может сразу перейдем к сексу?

    — Джон Нэш · фильм
13. «

    Я не хочу показаться грубым, просто... я просто говорю честно.

    Я не хочу показаться грубым, просто... я просто говорю честно.

    — Эллиот Алдерсон · сериал
14. «

    Я говорю правду, но не столько, сколько хотелось бы, а сколько осмеливаюсь, и с возрастом решаюсь говорить чуть больше, чем прежде.

    Я говорю правду, но не столько, сколько хотелось бы, а сколько осмеливаюсь, и с возрастом решаюсь говорить чуть больше, чем прежде.

    — Мишель де Монтень
15. «

    У меня тот вид мимического аутизма, когда все мысли отражаются на лице.

    У меня тот вид мимического аутизма, когда все мысли отражаются на лице.

    — Блайт · сериал
16. «

    мы помолчим устало, но нас поймут, поймут, о чем у нас глаза настырно смотрят внутрь.

    мы помолчим устало, но нас поймут, поймут, о чем у нас глаза настырно смотрят внутрь.

    — Надежда Жаглей
17. «

    Я предпочитаю держать на языке все то же, что и на уме.

    Я предпочитаю держать на языке все то же, что и на уме.

    — Энжи Рейни
18. «

    Если ему кто и даст, то только в морду, – грубо высказывается Агрож не желая подстраивать свое мнение под рамки этикета.

    Если ему кто и даст, то только в морду, – грубо высказывается Агрож не желая подстраивать свое мнение под рамки этикета.

    — Риса Арина · книга
19. «

    Прямота — признак искренности.

    Прямота — признак искренности.

    — Рама-Кандра · фильм
20. «

    В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

    В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

    — Алексей Константинович Толстой · книга