Подборка «психологические травмы» — 109 цитат

Собрали 109 цитат на тему «психологические травмы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Трагедия современной психотерапии заключается в том, что в большинстве случаев она, по сути, не является психологической, то есть не прослеживает поведения человека до самых его истоков, находящихся в его душе (таково основное значение слова психика). Корректировать поведение человека, не понимая лежащей в его основе психодинамики, — значит оставаться на поверхностном уровне. Человек может изменить свое поведение и свои убеждения, но тогда его душевная травма найдет другой, быть может, более искусный способ внешнего выражения.

   Трагедия современной психотерапии заключается в том, что в большинстве случаев она, по сути, не является психологической, то есть не прослеживает поведения человека до самых его истоков, находящихся в его душе (таково основное значение слова психика). Корректировать поведение человека, не понимая лежащей в его основе психодинамики, — значит оставаться на поверхностном уровне. Человек может изменить свое поведение и свои убеждения, но тогда его душевная травма найдет другой, быть может, более искусный способ внешнего выражения.

   — Джеймс Холлис · книга
2. «

   Для исцеления от травмы просто необходимо научиться чувствовать и переживать глубокие эмоции.

   Для исцеления от травмы просто необходимо научиться чувствовать и переживать глубокие эмоции.

   — Бессел ван дер Колк · книга
3. «

   Когда у человека комфортная связь с его внутренними ощущениями – когда он им доверяет, он чувствует контроль над собственным телом, чувствами и своим «Я». Травмированные же люди постоянно чувствуют себя незащищенными в собственном теле: прошлое продолжает их преследовать в виде гнетущего внутреннего дискомфорта. Их тело постоянно атакуют исходящие изнутри сигналы об опасности, и, стараясь контролировать эти процессы, они зачастую учатся мастерски игнорировать свое «нутро», подавляя восприятие того, что происходит у них внутри. Они учатся прятаться от самих себя.

   Когда у человека комфортная связь с его внутренними ощущениями – когда он им доверяет, он чувствует контроль над собственным телом, чувствами и своим «Я». Травмированные же люди постоянно чувствуют себя незащищенными в собственном теле: прошлое продолжает их преследовать в виде гнетущего внутреннего дискомфорта. Их тело постоянно атакуют исходящие изнутри сигналы об опасности, и, стараясь контролировать эти процессы, они зачастую учатся мастерски игнорировать свое «нутро», подавляя восприятие того, что происходит у них внутри. Они учатся прятаться от самих себя.

   — Бессел ван дер Колк · книга
4. «

   Не надо намеренно блокировать свои чувства. Ведь именно так душевные травмы накапливаются и перерастают в постоянную боль.

   Не надо намеренно блокировать свои чувства. Ведь именно так душевные травмы накапливаются и перерастают в постоянную боль.

   — Джин Милборн · сериал
5. «

   Люди всегда использовали лекарства в борьбе с травматическим стрессом. В каждой культуре и в каждом поколении свои предпочтения – джин, водка или виски; гашиш или марихуана; кокаин; опиоиды, вроде оксикодона; транквилизаторы, такие как Валиум, Ксанакс и Клонопин. Оказавшись в отчаянии, люди готовы практически на все, чтобы успокоиться и ощутить контроль. ... Вместе с тем лекарства не способны «излечить» психологическую травму, они лишь заглушают проявления нарушенной физиологии. Кроме того, они не учат саморегуляции. Они могут помочь контролировать чувства и поведение, однако за это неизбежно приходится платить какую-то цену – потому что своим действием они блокируют химические системы, регулирующие взаимодействие с окружающими, мотивацию, боль и удовольствие.

   Люди всегда использовали лекарства в борьбе с травматическим стрессом. В каждой культуре и в каждом поколении свои предпочтения – джин, водка или виски; гашиш или марихуана; кокаин; опиоиды, вроде оксикодона; транквилизаторы, такие как Валиум, Ксанакс и Клонопин. Оказавшись в отчаянии, люди готовы практически на все, чтобы успокоиться и ощутить контроль. ... Вместе с тем лекарства не способны «излечить» психологическую травму, они лишь заглушают проявления нарушенной физиологии. Кроме того, они не учат саморегуляции. Они могут помочь контролировать чувства и поведение, однако за это неизбежно приходится платить какую-то цену – потому что своим действием они блокируют химические системы, регулирующие взаимодействие с окружающими, мотивацию, боль и удовольствие.

   — Бессел ван дер Колк · книга
6. «

   Травмированные люди зачастую боятся чувствовать. Их врагами становятся уже не люди, способные причинить им вред (которых, хочется надеяться, нет больше рядом с ними), а их собственные физические ощущения. Из-за страха перед всепоглощающими неприятными ощущениями тело впадает в оцепенение, а разум отключается. Хотя травма и является событием прошлого, эмоциональный мозг продолжает генерировать ощущения, из-за которых человек чувствует себя напуганным и беспомощным.

   Травмированные люди зачастую боятся чувствовать. Их врагами становятся уже не люди, способные причинить им вред (которых, хочется надеяться, нет больше рядом с ними), а их собственные физические ощущения. Из-за страха перед всепоглощающими неприятными ощущениями тело впадает в оцепенение, а разум отключается. Хотя травма и является событием прошлого, эмоциональный мозг продолжает генерировать ощущения, из-за которых человек чувствует себя напуганным и беспомощным.

   — Бессел ван дер Колк · книга
7. «

   Когда человеку дают понять, что его слышат и видят, это создает необходимые условия для его защищенности, что важно при исследовании опасных территорий психологической травмы прошлого.

   Когда человеку дают понять, что его слышат и видят, это создает необходимые условия для его защищенности, что важно при исследовании опасных территорий психологической травмы прошлого.

   — Бессел ван дер Колк · книга
8. «

   Мы все являемся глубоко социальными существами – наш мозг заточен на то, чтобы работать и развиваться сообща. Травма разрушает систему социального взаимодействия, создавая преграды для сотрудничества, заботы и способности быть полноценным членом общества. В этой книге мы видели, как много психических проблем, начиная с наркотической зависимости до склонности к самоповреждению, связаны с неспособностью справиться с невыносимым из-за нехватки человеческого контакта и поддержки эмоциями.

   Мы все являемся глубоко социальными существами – наш мозг заточен на то, чтобы работать и развиваться сообща. Травма разрушает систему социального взаимодействия, создавая преграды для сотрудничества, заботы и способности быть полноценным членом общества. В этой книге мы видели, как много психических проблем, начиная с наркотической зависимости до склонности к самоповреждению, связаны с неспособностью справиться с невыносимым из-за нехватки человеческого контакта и поддержки эмоциями.

   — Бессел ван дер Колк · книга
9. «

   Многие школы психологии рассчитывают на проработку прошлого как способ решить теперешнюю проблему. Это подразумевается в большинстве школ терапии. Я должен добавить, что цель этого обсуждения не в том, чтобы критиковать психологию или духовную практику. Скорее цель в том, чтобы все мы объединили усилия в развитии формы “внутренней работы”, включающей в себя мир квантовой физики. В эриксонианском гипнозе излюбленная техника—просить бессознательное клиента увидеть будущее, где проблема уже решена. Затем клиенту советуют заметить, как он справился с проблемой, и взять с собой в настоящее ресурсы из воображаемого будущего. При таком подходе с будущим обращаются как с настоящим и его можно пережить как настоящее в трансовом состоянии или в моем состоянии отсутствия транса.

   Многие школы психологии рассчитывают на проработку прошлого как способ решить теперешнюю проблему. Это подразумевается в большинстве школ терапии. Я должен добавить, что цель этого обсуждения не в том, чтобы критиковать психологию или духовную практику. Скорее цель в том, чтобы все мы объединили усилия в развитии формы “внутренней работы”, включающей в себя мир квантовой физики. В эриксонианском гипнозе излюбленная техника—просить бессознательное клиента увидеть будущее, где проблема уже решена. Затем клиенту советуют заметить, как он справился с проблемой, и взять с собой в настоящее ресурсы из воображаемого будущего. При таком подходе с будущим обращаются как с настоящим и его можно пережить как настоящее в трансовом состоянии или в моем состоянии отсутствия транса.

   — Стивен Волинский · книга
10. «

    По правилу подобия, если вы нестабильны сами, вы можете привлечь к себе другого нестабильного человека или сами почувствовать влечение к такому человеку. Например, молодую женщину может тянуть к алкоголику или абьюзеру, похожему на ее собственного отца, и на это есть несколько причин. Одна из них в том, что травмированным людям кажется, будто именно так выглядит любовь. Другая причина в том, что психика пытается понять и разрешить свои травмы, прорабатывая ситуации, схожие с ситуациями прошлого. Таким образом, уже травмированный человек причиняет новый вред себе и своим детям.

    По правилу подобия, если вы нестабильны сами, вы можете привлечь к себе другого нестабильного человека или сами почувствовать влечение к такому человеку. Например, молодую женщину может тянуть к алкоголику или абьюзеру, похожему на ее собственного отца, и на это есть несколько причин. Одна из них в том, что травмированным людям кажется, будто именно так выглядит любовь. Другая причина в том, что психика пытается понять и разрешить свои травмы, прорабатывая ситуации, схожие с ситуациями прошлого. Таким образом, уже травмированный человек причиняет новый вред себе и своим детям.

    — Данг Нгием · книга
11. «

    На данный момент известно, что и глубокий, и быстрый сон играют важную роль в изменении воспоминаний со временем. Спящий мозг трансформирует воспоминания, увеличивая отпечаток важной с эмоциональной точки зрения информации, помогая при этом избавляться от несущественной. В серии изящных исследований Стикголд вместе с коллегами показал, что спящий мозг способен даже извлечь смысл из информации, значимость которой мы в бодрствующем состоянии не осознаем, и интегрировать ее в большую систему памяти. Во время сновидений раз за разом проигрываются, перекомпоновываются и заново интегрируются обрывки старых воспоминаний на протяжении месяцев и даже лет. Они постоянно обновляют наше подсознание, определяющее, на что будет обращать внимание бодрствующий мозг.

    На данный момент известно, что и глубокий, и быстрый сон играют важную роль в изменении воспоминаний со временем. Спящий мозг трансформирует воспоминания, увеличивая отпечаток важной с эмоциональной точки зрения информации, помогая при этом избавляться от несущественной. В серии изящных исследований Стикголд вместе с коллегами показал, что спящий мозг способен даже извлечь смысл из информации, значимость которой мы в бодрствующем состоянии не осознаем, и интегрировать ее в большую систему памяти. Во время сновидений раз за разом проигрываются, перекомпоновываются и заново интегрируются обрывки старых воспоминаний на протяжении месяцев и даже лет. Они постоянно обновляют наше подсознание, определяющее, на что будет обращать внимание бодрствующий мозг.

    — Бессел ван дер Колк · книга
12. «

    ...травмированные люди застревают на месте, прекращая свое развитие, так как оказываются не в состоянии найти место новым переживаниям в своей жизни.

    ...травмированные люди застревают на месте, прекращая свое развитие, так как оказываются не в состоянии найти место новым переживаниям в своей жизни.

    — Бессел ван дер Колк · книга
13. «

    Никто не растет в идеальных условиях – да никому и не известно, какими бы они должны были быть... Тем не менее мы знаем, что стать уверенными и толковыми взрослыми во многом помогают уравновешенные и последовательные родители; родители, которые восхищаются ребенком, его открытием и процессом познания им мира; родители, которые помогают ему со взлетами и падениями; которые своим примером показывают ему, как нужно заботиться о себе и ладить с окружающими. Проблемы с любым из этих аспектов с большой вероятностью дадут о себе знать позже в жизни. Ребенку, которого постоянно игнорировали или унижали, с большой вероятностью будет недоставать самоуважения. Детям, которым не давали самоутвердиться, скорее всего, будет сложно постоять за себя, когда они повзрослеют, а большинству взрослых, переживших жестокое обращение в детстве, приходится тратить уйму сил, чтобы сдерживать тлеющую в них ярость. Наши отношения с другими людьми также от этого страдают. Чем больше боли и лишений мы испытывали в детстве, тем больше вероятность того, что мы будем воспринимать на свой счет действия других людей, и тем меньше мы будем понимать их собственные проблемы, комплексы и беспокойства. Будучи не в состоянии осознать запутанность их жизни, мы будем воспринимать любые их действия как подтверждение того, что нас ждет лишь боль и разочарование.

    Никто не растет в идеальных условиях – да никому и не известно, какими бы они должны были быть... Тем не менее мы знаем, что стать уверенными и толковыми взрослыми во многом помогают уравновешенные и последовательные родители; родители, которые восхищаются ребенком, его открытием и процессом познания им мира; родители, которые помогают ему со взлетами и падениями; которые своим примером показывают ему, как нужно заботиться о себе и ладить с окружающими. Проблемы с любым из этих аспектов с большой вероятностью дадут о себе знать позже в жизни. Ребенку, которого постоянно игнорировали или унижали, с большой вероятностью будет недоставать самоуважения. Детям, которым не давали самоутвердиться, скорее всего, будет сложно постоять за себя, когда они повзрослеют, а большинству взрослых, переживших жестокое обращение в детстве, приходится тратить уйму сил, чтобы сдерживать тлеющую в них ярость. Наши отношения с другими людьми также от этого страдают. Чем больше боли и лишений мы испытывали в детстве, тем больше вероятность того, что мы будем воспринимать на свой счет действия других людей, и тем меньше мы будем понимать их собственные проблемы, комплексы и беспокойства. Будучи не в состоянии осознать запутанность их жизни, мы будем воспринимать любые их действия как подтверждение того, что нас ждет лишь боль и разочарование.

    — Бессел ван дер Колк · книга
14. «

    Когда люди вспоминают какое-то рядовое событие, они одновременно не переживают физические ощущения, эмоции, зрительные образы, запахи или звуки, связанные с этим событием. Когда же люди полностью вспоминают свою травму, они заново ее «переживают»: их захватывают сенсорные или эмоциональные элементы прошлого.

    Когда люди вспоминают какое-то рядовое событие, они одновременно не переживают физические ощущения, эмоции, зрительные образы, запахи или звуки, связанные с этим событием. Когда же люди полностью вспоминают свою травму, они заново ее «переживают»: их захватывают сенсорные или эмоциональные элементы прошлого.

    — Бессел ван дер Колк · книга
15. «

    Если когда-либо вы пережили психологическую травму, лимбическая система при помощи «сверхчувствительных рецепторов» будет постоянно сканировать уровень адреналина, поскольку его повышение может сигнализировать об опасности. Это значит, что мы реагируем даже на малейшую дозу адреналина. Зная это, мы можем использовать респонсивную кору, чтобы успокоиться и ослабить реакцию.

    Если когда-либо вы пережили психологическую травму, лимбическая система при помощи «сверхчувствительных рецепторов» будет постоянно сканировать уровень адреналина, поскольку его повышение может сигнализировать об опасности. Это значит, что мы реагируем даже на малейшую дозу адреналина. Зная это, мы можем использовать респонсивную кору, чтобы успокоиться и ослабить реакцию.

    — Кристен Эллот · книга
16. «

    — Даже самые сознательные родители в конце концов портят детей. — Ты умный, успешный врач. И как же тебя испортили? — Рассказать, как я увлёкся медициной? Когда мать напивалась, то запирала меня в отцовском кабинете. Ну, не часами же реветь и колотить в дверь. Потом плюнешь — возьмёшься за книжки. У нас у всех семейная деформация. Отсюда и успешность… Залатываем дыру.

    — Даже самые сознательные родители в конце концов портят детей. — Ты умный, успешный врач. И как же тебя испортили? — Рассказать, как я увлёкся медициной? Когда мать напивалась, то запирала меня в отцовском кабинете. Ну, не часами же реветь и колотить в дверь. Потом плюнешь — возьмёшься за книжки. У нас у всех семейная деформация. Отсюда и успешность… Залатываем дыру.

    — Доктор Роберт Чейз · сериал
17. «

    В традиционных на Западе методах лечения психологической травмы крайне мало внимания уделялось тому, чтобы помочь травмированным пациентам спокойно переживать свои ощущения и эмоции. Вместо того чтобы помогать людям справляться со своими ощущениями, их все больше и больше пичкали такими препаратами, как блокаторы обратного захвата серотонина... Вместе с тем самый естественный способ успокоить человека – это касаться, обнимать и раскачивать его. Это помогает справиться с чрезмерным возбуждением и придает чувство защищенности и контроля.

    В традиционных на Западе методах лечения психологической травмы крайне мало внимания уделялось тому, чтобы помочь травмированным пациентам спокойно переживать свои ощущения и эмоции. Вместо того чтобы помогать людям справляться со своими ощущениями, их все больше и больше пичкали такими препаратами, как блокаторы обратного захвата серотонина... Вместе с тем самый естественный способ успокоить человека – это касаться, обнимать и раскачивать его. Это помогает справиться с чрезмерным возбуждением и придает чувство защищенности и контроля.

    — Бессел ван дер Колк · книга
18. «

    Вместе с тем у меня есть ощущение, что в желании поменять партнера кроется тайная или неосознаваемая фантазия, что Другой как-то поможет исцелить наши старые травмы. Это все та же старая фантазия о Добром Волшебнике, от которой совершенно невозможно избавиться.

    Вместе с тем у меня есть ощущение, что в желании поменять партнера кроется тайная или неосознаваемая фантазия, что Другой как-то поможет исцелить наши старые травмы. Это все та же старая фантазия о Добром Волшебнике, от которой совершенно невозможно избавиться.

    — Джеймс Холлис · книга
19. «

    В главе, посвященной физиологии травмы, мы с вами уже видели, как из-за травмы и изоляции человек перестает видеть в своем теле источник удовольствия и комфорта, а то и вовсе перестает воспринимать его частью себя, нуждающейся в заботе и уходе. Когда мы не можем доверять своему телу определять, что безопасно, а что нет, из-за постоянной физической встряски мы теряем способность чувствовать себя комфортно в собственной шкуре и, как следствие, в окружающем мире.

    В главе, посвященной физиологии травмы, мы с вами уже видели, как из-за травмы и изоляции человек перестает видеть в своем теле источник удовольствия и комфорта, а то и вовсе перестает воспринимать его частью себя, нуждающейся в заботе и уходе. Когда мы не можем доверять своему телу определять, что безопасно, а что нет, из-за постоянной физической встряски мы теряем способность чувствовать себя комфортно в собственной шкуре и, как следствие, в окружающем мире.

    — Бессел ван дер Колк · книга
20. «

    Примерно от одной трети до половины всех перенесших тяжелую психологическую травму людей сталкиваются с проблемами, связанными с алкогольной и/или наркотической зависимостью. Со времен Гомера солдаты заглушали свою боль, раздражительность и депрессию выпивкой.

    Примерно от одной трети до половины всех перенесших тяжелую психологическую травму людей сталкиваются с проблемами, связанными с алкогольной и/или наркотической зависимостью. Со времен Гомера солдаты заглушали свою боль, раздражительность и депрессию выпивкой.

    — Бессел ван дер Колк · книга