93 афоризмов на тему «психологию со смыслом»

93 цитаты про «психологию со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Любая терапия, не затрагивающая проблемы души в конечном счете обязательно окажется поверхностной независимо от того, какое облегчение она приносит сначала.

   Любая терапия, не затрагивающая проблемы души в конечном счете обязательно окажется поверхностной независимо от того, какое облегчение она приносит сначала.

   — Джеймс Холлис · книга
2. «

   Юнг писал: Каждый учитель и воспитатель… должен постоянно себя спрашивать, действительно ли он следует своему учению в отношении самого себя и в своей собственной жизни, исходя из своих знаний и с совершенно ясным сознанием. Психотерапия учит нас, что, в конечном счете, целебное воздействие имеют не знания и не технические приемы, а личность врача. То же самое относится к образованию: оно предполагает самообразование

   Юнг писал: Каждый учитель и воспитатель… должен постоянно себя спрашивать, действительно ли он следует своему учению в отношении самого себя и в своей собственной жизни, исходя из своих знаний и с совершенно ясным сознанием. Психотерапия учит нас, что, в конечном счете, целебное воздействие имеют не знания и не технические приемы, а личность врача. То же самое относится к образованию: оно предполагает самообразование

   — Джеймс Холлис · книга
3. «

   Все отношения — все без исключения отношения — начинаются с проекции.

   Все отношения — все без исключения отношения — начинаются с проекции.

   — Джеймс Холлис · книга
4. «

   Нам сложно воспринимать родителей как обычных людей, способных совершить ошибку. В детстве мы верим, что наши родители могут всё. Подростковый возраст и независимость взрослой жизни ослабляют, но не искореняют эту веру. Поэтому, даже если родители не дают нам той любви, которая нам необходима, мы считаем, что они могли бы нам её дать, если бы захотели. Определённые культурные установки также мешают нам объективно взглянуть на родителей. Вот некоторые примеры того, что многим из нас внушается с детства. — Все родители любят своих детей. — Родитель — это единственный человек, которому ты можешь доверять. — Родитель всегда готов прийти тебе на помощь. — Родителям можно рассказывать всё что угодно. — Родители будут любить тебя несмотря ни на что. — Ты всегда можешь вернуться домой. — Твои родители хотят для тебя лучшего. — Родители знают больше, чем ты. — Что бы ни делали родители, они делают это тебе во благо. Однако если ваши родители были эмоционально незрелыми людьми, многие из этих утверждений могут быть не применимы к ним.

   Нам сложно воспринимать родителей как обычных людей, способных совершить ошибку. В детстве мы верим, что наши родители могут всё. Подростковый возраст и независимость взрослой жизни ослабляют, но не искореняют эту веру. Поэтому, даже если родители не дают нам той любви, которая нам необходима, мы считаем, что они могли бы нам её дать, если бы захотели. Определённые культурные установки также мешают нам объективно взглянуть на родителей. Вот некоторые примеры того, что многим из нас внушается с детства. — Все родители любят своих детей. — Родитель — это единственный человек, которому ты можешь доверять. — Родитель всегда готов прийти тебе на помощь. — Родителям можно рассказывать всё что угодно. — Родители будут любить тебя несмотря ни на что. — Ты всегда можешь вернуться домой. — Твои родители хотят для тебя лучшего. — Родители знают больше, чем ты. — Что бы ни делали родители, они делают это тебе во благо. Однако если ваши родители были эмоционально незрелыми людьми, многие из этих утверждений могут быть не применимы к ним.

   — Линди К. Гибсон · книга
5. «

   Так мы вступаем в отношения с окружающими. Обладая скудными знаниями о самих себе, мы хотим найти свою идентичность в зеркальном отражении Другого, как искали ее раньше в отношениях с матерью и отцом. При том, что можно получить любые травмы, присущие этому опасному состоянию, мы ищем тихую гавань в обличье того Другого, который, как ни печально, стремится найти такую же гавань в нас. При наличии многих тысяч адаптивных стратегий, порожденных случайным роковым совпадением времени, места, влияния Других, мы «засоряем» зыбкое настоящее ростками прошлого. Мы испытываем непомерную жажду проекции — жажду слияния с Другим, который нас защитит, позаботится о нас и нас спасет.

   Так мы вступаем в отношения с окружающими. Обладая скудными знаниями о самих себе, мы хотим найти свою идентичность в зеркальном отражении Другого, как искали ее раньше в отношениях с матерью и отцом. При том, что можно получить любые травмы, присущие этому опасному состоянию, мы ищем тихую гавань в обличье того Другого, который, как ни печально, стремится найти такую же гавань в нас. При наличии многих тысяч адаптивных стратегий, порожденных случайным роковым совпадением времени, места, влияния Других, мы «засоряем» зыбкое настоящее ростками прошлого. Мы испытываем непомерную жажду проекции — жажду слияния с Другим, который нас защитит, позаботится о нас и нас спасет.

   — Джеймс Холлис · книга
6. «

   «Наука «психология» изучает покойника, — полушутя говорил Сашин учитель. — Человека нельзя разъять на части. Любая вивисекция убьет его, а мертвым человек не бывает. Вы можете пощупать чувства? Измерить их? Дать им оценку? Или проникнуть в душу и не навредить? Можете?... И наука сдается, когда мы ставим перед ней такие задачи. Не сдается только сердце». И после этих слов он всегда добавлял: «Если, конечно, вы верите, что оно у вас все еще есть».

   «Наука «психология» изучает покойника, — полушутя говорил Сашин учитель. — Человека нельзя разъять на части. Любая вивисекция убьет его, а мертвым человек не бывает. Вы можете пощупать чувства? Измерить их? Дать им оценку? Или проникнуть в душу и не навредить? Можете?... И наука сдается, когда мы ставим перед ней такие задачи. Не сдается только сердце». И после этих слов он всегда добавлял: «Если, конечно, вы верите, что оно у вас все еще есть».

   — Анхель де Куатье · книга
7. «

   Чем у нас меньше нас самих, тем больше мы зациклены на себе. Повернутый на себе человек кричит в мир «я, я, я!», желая, чтобы мир выкрикнул ему определение. А когда ты у себя есть, тебе не нужно кричать в мир, потому что ты сам себя определяешь. Тебе не нужен мир, чтобы себя определять.

   Чем у нас меньше нас самих, тем больше мы зациклены на себе. Повернутый на себе человек кричит в мир «я, я, я!», желая, чтобы мир выкрикнул ему определение. А когда ты у себя есть, тебе не нужно кричать в мир, потому что ты сам себя определяешь. Тебе не нужен мир, чтобы себя определять.

   — Франц Вертфоллен · книга
8. «

   Тот, кто просит совета, — глуп, кто его дает, — самонадеян. Советовать можно лишь в деле, в котором сам собираешься участвовать.

   Тот, кто просит совета, — глуп, кто его дает, — самонадеян. Советовать можно лишь в деле, в котором сам собираешься участвовать.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте
9. «

   Его отец и мать – очень образованные люди. Они прекрасно разбираются в психологии, но несмотря на свои познания потеряли своего ребенка. Какая польза от этого образования?

   Его отец и мать – очень образованные люди. Они прекрасно разбираются в психологии, но несмотря на свои познания потеряли своего ребенка. Какая польза от этого образования?

   — Старец Порфирий Кавсокаливит
10. «

    Целостность — это не набор ценностей или правил морали. Это согласованность того, кем вы являетесь, как вы думаете и как действуете.

    Целостность — это не набор ценностей или правил морали. Это согласованность того, кем вы являетесь, как вы думаете и как действуете.

    — Садхгуру
11. «

    Ребенок не может сказать: «Папа сегодня угрюмый, потому что у него неприятности на работе», – или: «Мама сегодня в депрессии, но я здесь не при чем». Образ мышления ребенка относится к такому типу, который психологи и антропологи называют магическим мышлением, характерным для так называемых первобытных культур, детей и вообще для людей, находящихся в состоянии регрессии.

    Ребенок не может сказать: «Папа сегодня угрюмый, потому что у него неприятности на работе», – или: «Мама сегодня в депрессии, но я здесь не при чем». Образ мышления ребенка относится к такому типу, который психологи и антропологи называют магическим мышлением, характерным для так называемых первобытных культур, детей и вообще для людей, находящихся в состоянии регрессии.

    — Джеймс Холлис · книга
12. «

    Важно не то, что человек наследует, а то, что он в ранние годы с этим наследством делает, важен прототип, который закладывается в среде, где ребенок живет.

    Важно не то, что человек наследует, а то, что он в ранние годы с этим наследством делает, важен прототип, который закладывается в среде, где ребенок живет.

    — Альфред Адлер
13. «

    То, что мы о себе не знаем — а многое мы просто не можем знать в принципе, — будет проецироваться на внешний мир.

    То, что мы о себе не знаем — а многое мы просто не можем знать в принципе, — будет проецироваться на внешний мир.

    — Джеймс Холлис · книга
14. «

    Тот, кто достиг осознания настоящего, непременно «Современный» человек всегда одинок, потому что каждый шаг к более высокой и широкой сознательности отдаляет его от изначальной, чисто анималистической participation mystique с толпой, от погруженности в общее бессознательное. Каждый шаг вперед означает отделение от этой всеобъемлющей материнской утробы первичной бессознательности, в которой пребывает большинство людей.

    Тот, кто достиг осознания настоящего, непременно «Современный» человек всегда одинок, потому что каждый шаг к более высокой и широкой сознательности отдаляет его от изначальной, чисто анималистической participation mystique с толпой, от погруженности в общее бессознательное. Каждый шаг вперед означает отделение от этой всеобъемлющей материнской утробы первичной бессознательности, в которой пребывает большинство людей.

    — Карл Густав Юнг · книга
15. «

    Любить Другого — значит чувствовать эти раны, быть внимательным к тому, что случилось и что происходит с этим человеком. Множество слов — например, compassion (сочувствие), empathy (эмпатия), sympathy (симпатия) происходят от латинского и греческого passio и pathos, означающих «страдание». Быть открытым Другому — это означает желание открыться, чтобы испытать страдания. Кто не хочет страдать, тот, по мнению Гете, является всего лишь беспокойным гостем на земле.

    Любить Другого — значит чувствовать эти раны, быть внимательным к тому, что случилось и что происходит с этим человеком. Множество слов — например, compassion (сочувствие), empathy (эмпатия), sympathy (симпатия) происходят от латинского и греческого passio и pathos, означающих «страдание». Быть открытым Другому — это означает желание открыться, чтобы испытать страдания. Кто не хочет страдать, тот, по мнению Гете, является всего лишь беспокойным гостем на земле.

    — Джеймс Холлис · книга
16. «

    Один знакомый мужчина не позволял никуда отлучаться своей жене, поскольку был убежден, что у нее имеются связи «на стороне». Он нанял частных детективов, заставил ее два раза пройти тест на детекторе лжи, но все равно не верил ее заверениям в том, что она ему верна. В восьмилетнем возрасте его бросила мать, уехав с чужим мужчиной, и с тех пор он больше никогда ее не видел. Он никак не мог поверить, что вторая женщина в его жизни, которой он раскрыл свое сердце, может вести себя иначе.

    Один знакомый мужчина не позволял никуда отлучаться своей жене, поскольку был убежден, что у нее имеются связи «на стороне». Он нанял частных детективов, заставил ее два раза пройти тест на детекторе лжи, но все равно не верил ее заверениям в том, что она ему верна. В восьмилетнем возрасте его бросила мать, уехав с чужим мужчиной, и с тех пор он больше никогда ее не видел. Он никак не мог поверить, что вторая женщина в его жизни, которой он раскрыл свое сердце, может вести себя иначе.

    — Джеймс Холлис · книга
17. «

    ...ибо человек никогда по-настоящему не знает Другого, а все, что мы не знаем, всегда наполняется содержанием наших проекций. Даже люди, которые не один десяток лет прожили вместе, едва знают друг друга с психологической точки зрения, хотя при этом они очень сильно привыкли друг к другу.

    ...ибо человек никогда по-настоящему не знает Другого, а все, что мы не знаем, всегда наполняется содержанием наших проекций. Даже люди, которые не один десяток лет прожили вместе, едва знают друг друга с психологической точки зрения, хотя при этом они очень сильно привыкли друг к другу.

    — Джеймс Холлис · книга
18. «

    Кажется, что все в жизни без исключения вертится вокруг этой странной штуки, которая называется любовью. Мы любим природу, мы занимаемся любовью, мы влюбляемся и разочаровываемся, мы гонимся за любовью и умоляем ее нас спасти. Романтическая любовь — так мы называем этот порыв — эта испепеляющая страсть, эта неистовая тоска по Возлюбленному (или по Возлюбленной), эта напряженная борьба, эта глубокая грусть при утрате Возлюбленного (или Возлюбленной), эта тревожная неопределенность относительно реального существования Другого — все это и многое другое является одновременно и величайшим источником энергии, и основным современным наркотиком.

    Кажется, что все в жизни без исключения вертится вокруг этой странной штуки, которая называется любовью. Мы любим природу, мы занимаемся любовью, мы влюбляемся и разочаровываемся, мы гонимся за любовью и умоляем ее нас спасти. Романтическая любовь — так мы называем этот порыв — эта испепеляющая страсть, эта неистовая тоска по Возлюбленному (или по Возлюбленной), эта напряженная борьба, эта глубокая грусть при утрате Возлюбленного (или Возлюбленной), эта тревожная неопределенность относительно реального существования Другого — все это и многое другое является одновременно и величайшим источником энергии, и основным современным наркотиком.

    — Джеймс Холлис · книга
19. «

    И что же она собой представляет, — спросим мы, — эта самая любовь? Не выражается ли ее сущность довольно циничной фразой, которая принадлежит поэту Джону Сиарди: «Любовь — это слово, которое обозначает сексуальное возбуждение юноши, привычку человека среднего возраста и взаимную зависимость стариков»?

    И что же она собой представляет, — спросим мы, — эта самая любовь? Не выражается ли ее сущность довольно циничной фразой, которая принадлежит поэту Джону Сиарди: «Любовь — это слово, которое обозначает сексуальное возбуждение юноши, привычку человека среднего возраста и взаимную зависимость стариков»?

    — Джеймс Холлис · книга
20. «

    Мама, спасибо за твои зимы — Теперь я люблю холодных людей. Таких недоступных, неуловимых, Прекрасных, но ранящих каждый день.

    Мама, спасибо за твои зимы — Теперь я люблю холодных людей. Таких недоступных, неуловимых, Прекрасных, но ранящих каждый день.