324 цитаты по теме «путешествия» без воды

Собрали 324 цитаты на тему «путешествия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   По ночам случаются страшные грозы, но я не боюсь, потому что знаю: будет берег. Горячий, загадочный, полный открытий берег обязательно будет…

   По ночам случаются страшные грозы, но я не боюсь, потому что знаю: будет берег. Горячий, загадочный, полный открытий берег обязательно будет…

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет... Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.

   Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет... Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.

   — Аль Квотион · книга
3. «

   Помню упрек твой: «Погибели ищешь своей, Только верблюду ты предан, седлу да гордыне». Так я ответил: «Удел мой скитаться в песках. Счастья, любви и покоя чуждаюсь отныне».

   Помню упрек твой: «Погибели ищешь своей, Только верблюду ты предан, седлу да гордыне». Так я ответил: «Удел мой скитаться в песках. Счастья, любви и покоя чуждаюсь отныне».

   — Ан-Набига Аз-Зубьяни
4. «

   Чтобы изменить мир, надо его увидеть.

   Чтобы изменить мир, надо его увидеть.

   — Уилл Трэвелер · сериал
5. «

   В любой части мира я чувствую себя, как дома. Для типа, подобного мне, труднее всего чувствовать себя, как дома, именно дома.

   В любой части мира я чувствую себя, как дома. Для типа, подобного мне, труднее всего чувствовать себя, как дома, именно дома.

   — Генри Миллер · книга
6. «

   Временами, особенно осенью, он вдруг начинал грустить о каких-то диких краях, и странные видения незнакомых гор наполняли его сны.

   Временами, особенно осенью, он вдруг начинал грустить о каких-то диких краях, и странные видения незнакомых гор наполняли его сны.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
7. «

   Когда ты в пути, ты должен пройти его до конца.

   Когда ты в пути, ты должен пройти его до конца.

   — Кевин Диллон · фильм
8. «

   Тело — багаж, который несешь всю жизнь. Чем он тяжелее, тем короче путешествие.

   Тело — багаж, который несешь всю жизнь. Чем он тяжелее, тем короче путешествие.

   — Арнолд Глазгоу
9. «

   Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

   Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

   — Сказки для беспокойных · книга
10. «

    — Куда идёшь? — спросила его. — Ищу город, где каждый обретает счастье. — Знаю такой. — Ты была там? Я кивнула. — И где он? Я положила ладонь на грудь. — Здесь. — Конечно, — ухмыльнулся странник и пошёл дальше.

    — Куда идёшь? — спросила его. — Ищу город, где каждый обретает счастье. — Знаю такой. — Ты была там? Я кивнула. — И где он? Я положила ладонь на грудь. — Здесь. — Конечно, — ухмыльнулся странник и пошёл дальше.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Железнодорожный билет возбуждает больше надежд, чем лотерейный.

    Железнодорожный билет возбуждает больше надежд, чем лотерейный.

    — Поль Моран
12. «

    Меня всегда тянуло в пустыню. К её горячему ветру и открытым просторам. Но главным образом мне надоела жизнь в городе. Её однообразие. Мои бесконечные вялые попытки то работать, то учиться. И мне осточертело болезненное безволие, поразившее людей моего поколения, моего пола и моего класса.

    Меня всегда тянуло в пустыню. К её горячему ветру и открытым просторам. Но главным образом мне надоела жизнь в городе. Её однообразие. Мои бесконечные вялые попытки то работать, то учиться. И мне осточертело болезненное безволие, поразившее людей моего поколения, моего пола и моего класса.

    — Робин Дэвидсон · фильм
13. «

    Это путешествие задумывалось не для того, чтобы чего-то достичь или доказать. И когда меня спрашивают, зачем я это делаю, я отвечаю: «Почему нет?»

    Это путешествие задумывалось не для того, чтобы чего-то достичь или доказать. И когда меня спрашивают, зачем я это делаю, я отвечаю: «Почему нет?»

    — Робин Дэвидсон · фильм
14. «

    When we are young, Wandering the face of the earth, Wondering what our dreams might be worth, Learning that we're only immortal... For a limited time.

    When we are young, Wandering the face of the earth, Wondering what our dreams might be worth, Learning that we're only immortal... For a limited time.
15. «

    Потом — отель «Европа» и душ, так славно венчающий любое путешествие неспешным диалогом мыла и тишины.

    Потом — отель «Европа» и душ, так славно венчающий любое путешествие неспешным диалогом мыла и тишины.

    — Хулио Кортасар · книга
16. «

    Даже Галактика больше не манит меня, как не манят нас путешествия, если некуда из них возвратиться.

    Даже Галактика больше не манит меня, как не манят нас путешествия, если некуда из них возвратиться.

    — Станислав Лем · книга
17. «

    И снова, побросав десяток платьев в чемодан, Летим мы к морю и, как в детстве, радуемся встрече. И волны тихо трогают босые пятки нам, Щекочут по спине и обнимают тихо плечи. И снова увезём в свои большие города Тоску о лете, запах солнца, смех и нежность в сердце. И снова встречи ждать… И возвращаться, как всегда, К самим себе. Ведь нам от моря никуда не деться.

    И снова, побросав десяток платьев в чемодан, Летим мы к морю и, как в детстве, радуемся встрече. И волны тихо трогают босые пятки нам, Щекочут по спине и обнимают тихо плечи. И снова увезём в свои большие города Тоску о лете, запах солнца, смех и нежность в сердце. И снова встречи ждать… И возвращаться, как всегда, К самим себе. Ведь нам от моря никуда не деться.
18. «

    Мы как-то раньше умели быть более счастливыми. Может быть, от того, что всего было так мало? Какая-то живая жизнь была. А сейчас эта гонка за деньгами, за положением. Такое ощущение, что сейчас все работают, работают, чтобы потом вырваться ненадолго за границу, потратить деньги, опять приехать, работать, работать, работать. Мне не нравится это. Мне не нравится установка на успех, не нравится, что мы проповедуем силу. Я считаю, что проповедовать надо нравственность, доброту, честность, сочувствие.

    Мы как-то раньше умели быть более счастливыми. Может быть, от того, что всего было так мало? Какая-то живая жизнь была. А сейчас эта гонка за деньгами, за положением. Такое ощущение, что сейчас все работают, работают, чтобы потом вырваться ненадолго за границу, потратить деньги, опять приехать, работать, работать, работать. Мне не нравится это. Мне не нравится установка на успех, не нравится, что мы проповедуем силу. Я считаю, что проповедовать надо нравственность, доброту, честность, сочувствие.

    — Вера Васильева
19. «

    Чтобы путешествовать, надо иметь дом, откуда уезжаешь и куда возвращаешься. В противном случае ты беженец, бродяга, qivittog.

    Чтобы путешествовать, надо иметь дом, откуда уезжаешь и куда возвращаешься. В противном случае ты беженец, бродяга, qivittog.

    — Питер Хёг · книга
20. «

    Вернувшись домой путешественник чистит свои сапоги в глазах его ещё рябит от крови пейзажей а пыльные пальцы листают книгу букет рассыпающихся впечатлений поневоле завязанный на скорую руку уже лишен былого восторга

    Вернувшись домой путешественник чистит свои сапоги в глазах его ещё рябит от крови пейзажей а пыльные пальцы листают книгу букет рассыпающихся впечатлений поневоле завязанный на скорую руку уже лишен былого восторга

    — Мишель Лейрис