Подборка · 51 цитата по теме

51 афоризмов на тему «Путин»

51 цитата про «Путин»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 49 50 52 53 75 100 125 все варианты

Путин очень чутко прислушивается к мнению населения. Для него это важно. Мы сейчас переживаем время реакции, но откройте «ящик Пандоры» — и вы увидите, что народ наш — антизападник. Авторитаризм России не навязан сверху. Он результат нашей истории, сформировавшей наш генетический код. Без централизации власти нельзя было освоить и обеспечить безопасность такой гигантской страны с географически не защищёнными границами. Когда эта власть ослабевала — в начале XVII века — были смута, развал и интервенция поляков. То же самое — развал, гражданская война, интервенция — последовало после демократической революции февраля 1917 года. А потом пришли большевики и ужас ГУЛАГа. До сих пор считаю, что страна чудом не погибла после революции 1991 года и последовавшего развала.
Путин очень чутко прислушивается к мнению населения. Для него это важно. Мы сейчас переживаем время реакции, но откройте «ящик Пандоры» — и вы увидите, что народ наш — антизападник. Авторитаризм России не навязан сверху. Он результат нашей истории, сформировавшей наш генетический код. Без централизации власти нельзя было освоить и обеспечить безопасность такой гигантской страны с географически не защищёнными границами. Когда эта власть ослабевала — в начале XVII века — были смута, развал и интервенция поляков. То же самое — развал, гражданская война, интервенция — последовало после демократической революции февраля 1917 года. А потом пришли большевики и ужас ГУЛАГа. До сих пор считаю, что страна чудом не погибла после революции 1991 года и последовавшего развала.
— Сергей Александрович Караганов
Умение слышать и понимать народ, видеть его насквозь, на всю глубину и действовать сообразно — уникальное и главное достоинство государства Путина. <...> В новой системе все институты подчинены основной задаче — доверительному общению и взаимодействию верховного правителя с гражданами. Различные ветви власти сходятся к личности лидера, считаясь ценностью не сами по себе, а лишь в той степени, в какой обеспечивают с ним связь. Кроме них, в обход формальных структур и элитных групп работают неформальные способы коммуникации. А когда глупость, отсталость или коррупция создают помехи в линиях связи с людьми, принимаются энергичные меры для восстановления слышимости. По существу же общество доверяет только первому лицу. В гордости ли, никогда никем не покорённого народа, тут дело, в желании ли спрямить пути правде, либо в чём-то ином, трудно сказать, но это факт, и факт не новый. <...> Было бы упрощением сводить тему к пресловутой «вере в доброго царя». Глубинный народ совсем не наивен и едва ли считает добродушие царским достоинством. Скорее он мог бы думать о правильном правителе то же, что Эйнштейн сказал о боге: «Изощрён, но не злонамерен». Современная модель русского государства начинается с доверия и на доверии держится. В этом её коренное отличие от модели западной, культивирующей недоверие и критику. И в этом её сила. У нашего нового государства в новом веке будет долгая и славная история. Оно не сломается.
Умение слышать и понимать народ, видеть его насквозь, на всю глубину и действовать сообразно — уникальное и главное достоинство государства Путина. <...> В новой системе все институты подчинены основной задаче — доверительному общению и взаимодействию верховного правителя с гражданами. Различные ветви власти сходятся к личности лидера, считаясь ценностью не сами по себе, а лишь в той степени, в какой обеспечивают с ним связь. Кроме них, в обход формальных структур и элитных групп работают неформальные способы коммуникации. А когда глупость, отсталость или коррупция создают помехи в линиях связи с людьми, принимаются энергичные меры для восстановления слышимости. По существу же общество доверяет только первому лицу. В гордости ли, никогда никем не покорённого народа, тут дело, в желании ли спрямить пути правде, либо в чём-то ином, трудно сказать, но это факт, и факт не новый. <...> Было бы упрощением сводить тему к пресловутой «вере в доброго царя». Глубинный народ совсем не наивен и едва ли считает добродушие царским достоинством. Скорее он мог бы думать о правильном правителе то же, что Эйнштейн сказал о боге: «Изощрён, но не злонамерен». Современная модель русского государства начинается с доверия и на доверии держится. В этом её коренное отличие от модели западной, культивирующей недоверие и критику. И в этом её сила. У нашего нового государства в новом веке будет долгая и славная история. Оно не сломается.
— Владислав Сурков
«Президент Владимир Путин принял участие в торжественном открытии Крымского моста, проехав по нему во главе автоколонны. <...> Журналисты засыпали Пескова вопросами о наличии у Путина прав на вождение КамАЗа». — Во-первых, хотел бы я посмотреть на того гаишника, который остановит этот КамАЗ, во-вторых, это не Путину надо сдавать на права на управление КамАЗом, а КамАЗу надо сдавать на права, чтобы им управлял Путин!
«Президент Владимир Путин принял участие в торжественном открытии Крымского моста, проехав по нему во главе автоколонны. <...> Журналисты засыпали Пескова вопросами о наличии у Путина прав на вождение КамАЗа». — Во-первых, хотел бы я посмотреть на того гаишника, который остановит этот КамАЗ, во-вторых, это не Путину надо сдавать на права на управление КамАЗом, а КамАЗу надо сдавать на права, чтобы им управлял Путин!
— Тигран Кеосаян
Сегодня личностей становится всё меньше. Я это связываю с тем, что они потребляют примерно одну информацию, одни образы, один стиль. И человек, молодой особенно человек, они как бы растут такие... как такая ровная трава. А отсюда, кстати, к политике перейдём. Вы посмотрите, что происходит... А где политики? А где личности? Вот вы говорите, вот я «пропутинец»... А я вам скажу, а вы найдите... Ну Путин — это фигура, личность! Понимаете? Он хотя бы личность! Вот вам не нравится, а он — личность. А, строго говоря, что мы видим рядом? Вот где они? <...> Где в современной политической жизни России, вообще, личности? <...> Да это невозможно вычистить, если они есть. Если они есть, они появляются, и ты с этим ничего не сделаешь. <...> [вопрос зрителя: Если бы Вы бы не были доверенным лицом Путина кто Вам более симпатичен из других кандидатов?] Я просто не вижу ни одного даже близко. Вы извините, не потому что я доверенное лицо. <...> Я же режиссёр. Вот я представляю себе Новый год и меня будет поздравлять Ксения Анатольевна Собчак. [смех в зале] Я думаю — нет. Или там, господин Сурайкин... ну тоже думаю, ну нет... на фоне Кремля. Понимаете? И вот я так их ставлю всех, и вот Владимир Владимирович как-то смотрится в этой картинке.
Сегодня личностей становится всё меньше. Я это связываю с тем, что они потребляют примерно одну информацию, одни образы, один стиль. И человек, молодой особенно человек, они как бы растут такие... как такая ровная трава. А отсюда, кстати, к политике перейдём. Вы посмотрите, что происходит... А где политики? А где личности? Вот вы говорите, вот я «пропутинец»... А я вам скажу, а вы найдите... Ну Путин — это фигура, личность! Понимаете? Он хотя бы личность! Вот вам не нравится, а он — личность. А, строго говоря, что мы видим рядом? Вот где они? <...> Где в современной политической жизни России, вообще, личности? <...> Да это невозможно вычистить, если они есть. Если они есть, они появляются, и ты с этим ничего не сделаешь. <...> [вопрос зрителя: Если бы Вы бы не были доверенным лицом Путина кто Вам более симпатичен из других кандидатов?] Я просто не вижу ни одного даже близко. Вы извините, не потому что я доверенное лицо. <...> Я же режиссёр. Вот я представляю себе Новый год и меня будет поздравлять Ксения Анатольевна Собчак. [смех в зале] Я думаю — нет. Или там, господин Сурайкин... ну тоже думаю, ну нет... на фоне Кремля. Понимаете? И вот я так их ставлю всех, и вот Владимир Владимирович как-то смотрится в этой картинке.
— Карен Шахназаров
Поймите, условный Путин стал авторитарным лидером, потому что Россия этого потребовала. Такая история. Неавторитарных лидеров Россия сносила с трона. Повторюсь: постоянные интервенции и собственный захват земель выковали определенный менталитет. В нем яростное стремление к самостоятельности и суверенитету. <...> Когда говоришь: «Россия — наследница империи Чингисхана» — это вызывает жуткое раздражение у интеллигенции. Но что делать, мы такие. К тому же в мире жесткой конкуренции у авторитарных государств, способных лучше концентрировать ресурсы и проводить последовательную долгосрочную политику, преимущество над современными демократиями. Но и авторитаризм, понятно, не панацея. Он часто ведет к стагнации, а то и к провалу. России нужно еще лет 15 мирного развития. В результате мы станем более гуманными и более демократическими.
Поймите, условный Путин стал авторитарным лидером, потому что Россия этого потребовала. Такая история. Неавторитарных лидеров Россия сносила с трона. Повторюсь: постоянные интервенции и собственный захват земель выковали определенный менталитет. В нем яростное стремление к самостоятельности и суверенитету. <...> Когда говоришь: «Россия — наследница империи Чингисхана» — это вызывает жуткое раздражение у интеллигенции. Но что делать, мы такие. К тому же в мире жесткой конкуренции у авторитарных государств, способных лучше концентрировать ресурсы и проводить последовательную долгосрочную политику, преимущество над современными демократиями. Но и авторитаризм, понятно, не панацея. Он часто ведет к стагнации, а то и к провалу. России нужно еще лет 15 мирного развития. В результате мы станем более гуманными и более демократическими.
— Сергей Александрович Караганов
Я видела его, вчера в новостях Он говорил о том, что мир на распутье. С таким как он, легко и дома, и в гостях И я хочу теперь такого, как Путин.
Что касается нашей роли, на мой личный взгляд, она заключается в том, чтобы демонстрировать миру альтернативный образ жизни. И при этом, в чём наше отличие — мы, действительно, что такое «хорошо» и что такое «плохо» воспринимаем по-другому. <...> Мы справедливость понимаем совершенно не так, как её понимают в Америке! В Америке нет никакой социальной справедливости, и в Европе её нет! Там есть закон, который закрепляет социальную несправедливость, а точнее их понимание о том, что такое «хорошо» и что такое «плохо». А наше ощущение того, что нам это органично не подходит, что мы это отторгаем, и рождает вот это неприятие многих западных моделей. Мы вроде и хотим их принять, иногда даже начинаем сами себя ломать через колено, натягивать на голову то, что нам не налезает, а не получается. <...> Именно это уже тридцать лет происходит с Россией! Именно поэтому многие удивляются, в том числе либерально настроенные люди, — ну почему же не получается? И начинают говорить: а — это вот там пропаганда! А — это, так сказать, телевизор! А — это Путин! Вы что думаете, вот Путин уйдёт, а он уйдёт рано или поздно, вы думаете после этого всё изменится? И начнут вот эти вот западные кастрюли налезать на голову? Нет! В том-то и проблема! Не налезали при Ельцине, не налезают при Путине, и после него тоже не будут налезать! Не там ищете! <...> И задача именно в этом — найти гармоничное сочетание разных вещей, которые будут восприниматься здесь органично и при этом давать возможность для развития.
Что касается нашей роли, на мой личный взгляд, она заключается в том, чтобы демонстрировать миру альтернативный образ жизни. И при этом, в чём наше отличие — мы, действительно, что такое «хорошо» и что такое «плохо» воспринимаем по-другому. <...> Мы справедливость понимаем совершенно не так, как её понимают в Америке! В Америке нет никакой социальной справедливости, и в Европе её нет! Там есть закон, который закрепляет социальную несправедливость, а точнее их понимание о том, что такое «хорошо» и что такое «плохо». А наше ощущение того, что нам это органично не подходит, что мы это отторгаем, и рождает вот это неприятие многих западных моделей. Мы вроде и хотим их принять, иногда даже начинаем сами себя ломать через колено, натягивать на голову то, что нам не налезает, а не получается. <...> Именно это уже тридцать лет происходит с Россией! Именно поэтому многие удивляются, в том числе либерально настроенные люди, — ну почему же не получается? И начинают говорить: а — это вот там пропаганда! А — это, так сказать, телевизор! А — это Путин! Вы что думаете, вот Путин уйдёт, а он уйдёт рано или поздно, вы думаете после этого всё изменится? И начнут вот эти вот западные кастрюли налезать на голову? Нет! В том-то и проблема! Не налезали при Ельцине, не налезают при Путине, и после него тоже не будут налезать! Не там ищете! <...> И задача именно в этом — найти гармоничное сочетание разных вещей, которые будут восприниматься здесь органично и при этом давать возможность для развития.
— Сергей Александрович Михеев
Люди, влюбленные в Путина, не чувствуют иронии.
— Алексей Кортнев
Когда говорят: «А вы знаете, к Путину есть масса претензий!» Есть. Есть масса претензий, да! «А вы знаете, к нему есть масса вопросов!» Есть. Потому что он не идеальный царь. Идеальных вообще не бывает. И он, вообще, ко всему прочему и не царь. Может быть, оно было бы к лучшему, если бы он был царь, но он не царь и царём явно не станет. Любой исторический персонаж, он имеет свои сильные и слабые стороны, имеет свои плюсы и минусы, но вопрос всё-таки в том, чтобы в решающий момент времени он сделал тот выбор, который будет укреплять суверенитет и сохранять страну, любую страну, как цивилизационный феномен. Вот за Путиным, вот именно это запишется в истории.
Когда говорят: «А вы знаете, к Путину есть масса претензий!» Есть. Есть масса претензий, да! «А вы знаете, к нему есть масса вопросов!» Есть. Потому что он не идеальный царь. Идеальных вообще не бывает. И он, вообще, ко всему прочему и не царь. Может быть, оно было бы к лучшему, если бы он был царь, но он не царь и царём явно не станет. Любой исторический персонаж, он имеет свои сильные и слабые стороны, имеет свои плюсы и минусы, но вопрос всё-таки в том, чтобы в решающий момент времени он сделал тот выбор, который будет укреплять суверенитет и сохранять страну, любую страну, как цивилизационный феномен. Вот за Путиным, вот именно это запишется в истории.
— Сергей Александрович Михеев
Угроза вновь нависла над миром, Невежда объявил себя халифом, Заполонив собою все эфиры, Для «слепцов» он стал кумиром...
Если Путин победит, то свобода средств массовой информации будет обеспечена!
— Борис Ельцин · фильм
В этом году прошла шестнадцатая «Прямая линия» Путина. Мало какая серия фильмов может похвастаться подобной продолжительностью. Путин в три раза круче «Пиратов Карибского моря», в два раза круче, чем «Форсаж» и единственная серия, с которой можно сравнить «Путиниану», это «Бондиана». И ведь действительно, там тоже идёт речь о шпионе, который в одиночку спасает мир, имеет недотёпистых и забавных помощников, и, конечно же, всегда одинок, несмотря на всепоглощающую женскую любовь. Возможно, количество фильмов о Джеймсе Бонде намекает о том, сколько же нам ещё осталось увидеть «Прямых линий» Путина. Сейчас фильмов о Джеймсе Бонде 24. Ну что ж, до встречи на «Прямой линии 2026».
В этом году прошла шестнадцатая «Прямая линия» Путина. Мало какая серия фильмов может похвастаться подобной продолжительностью. Путин в три раза круче «Пиратов Карибского моря», в два раза круче, чем «Форсаж» и единственная серия, с которой можно сравнить «Путиниану», это «Бондиана». И ведь действительно, там тоже идёт речь о шпионе, который в одиночку спасает мир, имеет недотёпистых и забавных помощников, и, конечно же, всегда одинок, несмотря на всепоглощающую женскую любовь. Возможно, количество фильмов о Джеймсе Бонде намекает о том, сколько же нам ещё осталось увидеть «Прямых линий» Путина. Сейчас фильмов о Джеймсе Бонде 24. Ну что ж, до встречи на «Прямой линии 2026».
— Виталий Косарев
Очарование Путина проистекает из следования им традиции российских правителей окружать себя тайной.
— Ион Михай Пачепа · книга
Что?! Он даже не стал отрицать? [корреспондент BBC News VS. Путин — на всероссийском форуме сельхозпроизводителей в Краснодаре «... Слушайте, мы тут занимаемся сельским хозяйством...»] Да никто не может быть так занят сельским хозяйством, чтобы не ответить на обвинения в убийстве! <...> С тех пор, как Трамп стал президентом, я замечаю, что Путин стал более каким-то дерзким. Ему вообще пофиг на отравления, и когда он давал интервью Меган Келли, было впечатление, что он делает это только для того, чтобы поиздеваться над американцами по их национальному телевидению. <...> Да Путин сейчас просто главный в мире, и чем больше вы пытаетесь его прищемить, тем ему веселее!
Что?! Он даже не стал отрицать? [корреспондент BBC News VS. Путин — на всероссийском форуме сельхозпроизводителей в Краснодаре «... Слушайте, мы тут занимаемся сельским хозяйством...»] Да никто не может быть так занят сельским хозяйством, чтобы не ответить на обвинения в убийстве! <...> С тех пор, как Трамп стал президентом, я замечаю, что Путин стал более каким-то дерзким. Ему вообще пофиг на отравления, и когда он давал интервью Меган Келли, было впечатление, что он делает это только для того, чтобы поиздеваться над американцами по их национальному телевидению. <...> Да Путин сейчас просто главный в мире, и чем больше вы пытаетесь его прищемить, тем ему веселее!
— Тревор Ной
Известный писатель Борис Стругацкий говорил в интервью «Новой газете»: — В глазах огромного числа людей Путин — последняя надежда на то, что у нас всё, наконец, «устаканится». Что зарплаты будут выдавать вовремя и они будут большими. Что пенсии будут не ниже прожиточного уровня. Что воры будут сидеть в тюрьме. Что по улице вечером можно будет пройти, ничего не опасаясь. Что Россия возродится как великая держава... Это последняя надежда миллионов людей, которые сперва разуверились в коммунистах, потом в демократах и во всех этих Жириновских, Зюгановых — во всех. Осталась последняя надежда — добрый царь. Добрый, сильный, властный и здравомыслящий. И вся эта надежда сосредоточена на Путине...
Известный писатель Борис Стругацкий говорил в интервью «Новой газете»: — В глазах огромного числа людей Путин — последняя надежда на то, что у нас всё, наконец, «устаканится». Что зарплаты будут выдавать вовремя и они будут большими. Что пенсии будут не ниже прожиточного уровня. Что воры будут сидеть в тюрьме. Что по улице вечером можно будет пройти, ничего не опасаясь. Что Россия возродится как великая держава... Это последняя надежда миллионов людей, которые сперва разуверились в коммунистах, потом в демократах и во всех этих Жириновских, Зюгановых — во всех. Осталась последняя надежда — добрый царь. Добрый, сильный, властный и здравомыслящий. И вся эта надежда сосредоточена на Путине...
— Леонид Млечин · книга
И вот пошёл наш карлик на войну, Хотел завоевать он соседнюю страну. Ведь там одни лишь братья и их всех надо убить Не могут же ведь братья просто так спокойно жить.
— Мы видим тут присутствуют главы государства: президент России — Владимир Владимирович Путин и премьер-министр Владимир Владимирович Путин (и тишина...)
Он простой рубаха — парень, И в душе не носит камень, Им гордится континент - Мистер Путин — Президент!
Стареть нужно благородно, а не уподобляться Путину. Вы посмотрите на его лицо. Это не лицо, а жопа. Старый мужик, который вкалывает в лицо какую-то хуйню. Это же идиотизм, старческая деменция и слабоумие. Не уподобляйтесь ему, не делайте из своего лица жопу.
Стареть нужно благородно, а не уподобляться Путину. Вы посмотрите на его лицо. Это не лицо, а жопа. Старый мужик, который вкалывает в лицо какую-то хуйню. Это же идиотизм, старческая деменция и слабоумие. Не уподобляйтесь ему, не делайте из своего лица жопу.
— Вячеслав Вячеславович Мальцев
— А вы умеете прощать? [вопрос Андрея Кондрашова] — Да, но не всё. — А что невозможно простить? — Предательство.
— Владимир Владимирович Путин

20 из 51

Смотрите также

Все цитаты — Путин Все подборки — Путин Каталог подборок Темы