71 цитата про «рассуждения»

Собрали 71 цитата на тему «рассуждения» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Слишком много энергии тратится на непривлекательных людей. Зачем спать с человеком, который тебя не возбуждает? Но люди так делают. Или делали. Нет, наверняка все еще делают.

   Слишком много энергии тратится на непривлекательных людей. Зачем спать с человеком, который тебя не возбуждает? Но люди так делают. Или делали. Нет, наверняка все еще делают.

   — Рик Янси · книга
2. «

   Мне странная нашла охота к рифмам.

   Мне странная нашла охота к рифмам.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
3. «

   Ненавижу прощания! Но еще хуже – это уехать, не попрощавшись! Последнее время это стало еще тяжелее... Невозможно избавиться от мысли, что это может не повториться... Страшно. Очень страшно! Каждый раз, уходя отдорогих и любимых людей, эта мысль посещает снова и снова! А потом, по дороге думаешь, а знают ли они, что я их люблю, очень люблю. Знают ли они, как мне дороги и на сколько важны для меня! Возникает чувство вины за то, что не нашел нужных слов, чтобы выразить свои чувства, сказать любимым, как они значимы для тебя! И если дорога длинна, то хватаешься за телефон, чтобы написать им. Ииногда это делаешь. Но не всегда! Потому что есть люди, которые от таких неожиданных смс начнут нервничать и переживать за тебя и твое состояние, накрутят себе, что у тебя все плохо, и твои клятвенные заверения, что «ВСЕ ХОРОШО, Я ПРОСТО ТАК...», тут не помогут. И вот в тебе появляется еще одночувство вины, что заставил родных людей переживать еще больше... Замкнутый круг.

   Ненавижу прощания! Но еще хуже – это уехать, не попрощавшись! Последнее время это стало еще тяжелее... Невозможно избавиться от мысли, что это может не повториться... Страшно. Очень страшно! Каждый раз, уходя отдорогих и любимых людей, эта мысль посещает снова и снова! А потом, по дороге думаешь, а знают ли они, что я их люблю, очень люблю. Знают ли они, как мне дороги и на сколько важны для меня! Возникает чувство вины за то, что не нашел нужных слов, чтобы выразить свои чувства, сказать любимым, как они значимы для тебя! И если дорога длинна, то хватаешься за телефон, чтобы написать им. Ииногда это делаешь. Но не всегда! Потому что есть люди, которые от таких неожиданных смс начнут нервничать и переживать за тебя и твое состояние, накрутят себе, что у тебя все плохо, и твои клятвенные заверения, что «ВСЕ ХОРОШО, Я ПРОСТО ТАК...», тут не помогут. И вот в тебе появляется еще одночувство вины, что заставил родных людей переживать еще больше... Замкнутый круг.
4. «

   Понимающих литературу так же мало, как понимающих музыку, но предметом литературы часто бывает жизнь, которою все интересуются и потому читают и судят жизнь, воображая, что они судят литературу.

   Понимающих литературу так же мало, как понимающих музыку, но предметом литературы часто бывает жизнь, которою все интересуются и потому читают и судят жизнь, воображая, что они судят литературу.

   — Михаил Михайлович Пришвин · книга
5. «

   Беда, когда судья нездраво судит.

   Беда, когда судья нездраво судит.

   — Софокл · книга
6. «

   Начнем с нелепого — докопаемся до сути.

   Начнем с нелепого — докопаемся до сути.

   — Персонаж (Stranger Than Fiction) · фильм
7. «

   Неужели вы не заметили, что если, с точки зрения духовного развития, мужчину можно сравнить с мухой, то женщина еще ничтожнее мухи, ибо она даже лишена лапок и крыльев. Воспитание, традиция, а возможно, и наследственность, которые якобы направлены на то, чтобы сделать женщину высшим существом, на деле превращают ее в настоящего урода. И это-то праздное чудище с исковерканными ступнями, затянутым торсом и птичьим мозгом призвано воспитывать новые поколения людей! Что же оно может им привить? Учат ли детей зарабатывать на жизнь? Нет, их учат обращаться с вилкой и ножом. Учат ли их знанию людей, среди которых им придется жить? Нет, их учат нравиться, соответствующим образом кривляясь и кланяясь. Учат ли их понимать явления реальной жизни, от которой зависит наше счастье или несчастье? Нет, их учат закрывать глаза на факты и мечтать об идеалах. Наша мягкотелость, непрактичность, лень, раболепие и страшные путы глупости, с давних времен гнетущие человечество, — все это результаты педагогической системы, созданной женщинами.

   Неужели вы не заметили, что если, с точки зрения духовного развития, мужчину можно сравнить с мухой, то женщина еще ничтожнее мухи, ибо она даже лишена лапок и крыльев. Воспитание, традиция, а возможно, и наследственность, которые якобы направлены на то, чтобы сделать женщину высшим существом, на деле превращают ее в настоящего урода. И это-то праздное чудище с исковерканными ступнями, затянутым торсом и птичьим мозгом призвано воспитывать новые поколения людей! Что же оно может им привить? Учат ли детей зарабатывать на жизнь? Нет, их учат обращаться с вилкой и ножом. Учат ли их знанию людей, среди которых им придется жить? Нет, их учат нравиться, соответствующим образом кривляясь и кланяясь. Учат ли их понимать явления реальной жизни, от которой зависит наше счастье или несчастье? Нет, их учат закрывать глаза на факты и мечтать об идеалах. Наша мягкотелость, непрактичность, лень, раболепие и страшные путы глупости, с давних времен гнетущие человечество, — все это результаты педагогической системы, созданной женщинами.

   — Болеслав Прус · книга
8. «

   Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри — не вы! Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля...

   Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри — не вы! Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля...

   — Михаил Юрьевич Лермонтов
9. «

   Единственный авторитет, к которому необходимо прислушиваться, — это голос разума.

   Единственный авторитет, к которому необходимо прислушиваться, — это голос разума.

   — Ирвин Ялом · книга
10. «

    Я думал, стану царём — буду делать что хочу! А тут — ничего делать не дают!

    Я думал, стану царём — буду делать что хочу! А тут — ничего делать не дают!

    — Царь Макар · фильм
11. «

    И в это совершенно особое, самое удивительное мгновение моей жизни я вдруг забыл, кто я такой. Я находился далеко от дома, в дешевом гостиничном номере, каких никогда не видывал, был возбужден и утомлен путешествием, слышал шипение пара снаружи, скрип старого дерева гостиницы, шаги наверху и прочие печальные звуки, я смотрел на высокий потрескавшийся потолок и в течение нескольких необыкновенных секунд никак не мог вспомнить, кто я такой. Я не был напуган. Просто я был кем-то другим, неким незнакомцем, и вся моя жизнь была жизнью неприкаянной, жизнью призрака. Я проехал пол-Америки, добрался до пограничной линии, отделявшей Восток моей юности от Запада моего будущего, и потому-то, быть может, и произошло такое именно там и именно тогда, в тот странный багровый предвечерний час.

    И в это совершенно особое, самое удивительное мгновение моей жизни я вдруг забыл, кто я такой. Я находился далеко от дома, в дешевом гостиничном номере, каких никогда не видывал, был возбужден и утомлен путешествием, слышал шипение пара снаружи, скрип старого дерева гостиницы, шаги наверху и прочие печальные звуки, я смотрел на высокий потрескавшийся потолок и в течение нескольких необыкновенных секунд никак не мог вспомнить, кто я такой. Я не был напуган. Просто я был кем-то другим, неким незнакомцем, и вся моя жизнь была жизнью неприкаянной, жизнью призрака. Я проехал пол-Америки, добрался до пограничной линии, отделявшей Восток моей юности от Запада моего будущего, и потому-то, быть может, и произошло такое именно там и именно тогда, в тот странный багровый предвечерний час.

    — Джек Керуак · книга
12. «

    Если ты рассуждаешь логически, это еще не говорит, что ты прав. Это лишь доказывает, что ты не сумасшедший.

    Если ты рассуждаешь логически, это еще не говорит, что ты прав. Это лишь доказывает, что ты не сумасшедший.
13. «

    От послушания рождается смирение, от смирения же рассуждение; от рассуждения — рассмотрение, а от чего — прозрение.

    От послушания рождается смирение, от смирения же рассуждение; от рассуждения — рассмотрение, а от чего — прозрение.

    — Иоанн Лествичник · книга
14. «

    — Позвольте спросить, почему вы пристрелили маленькую Тиффани? — Она единственная кто выглядел подозрительно. — Почему вы так решили? — Сперва я взял на мушку чудище на фонарном столбе, а потом понял, оно делает гимнастику. Мне бы понравилось, если бы меня укокошили на велотренажере. Пригляделся к этой зверюге. Заметил в лапе платок и понял, что она не скалится, а чихает, а это не запрещено. И тут увидел Тиффани и подумал: «Что делает милая девочка ночью, в гетто, среди толпы монстров с учебниками по квантовой физике?» Она явно замыслила недоброе. Ей на вид лет восемь, не по возрасту предмет. Я решил — она не та, кем кажется.

    — Позвольте спросить, почему вы пристрелили маленькую Тиффани? — Она единственная кто выглядел подозрительно. — Почему вы так решили? — Сперва я взял на мушку чудище на фонарном столбе, а потом понял, оно делает гимнастику. Мне бы понравилось, если бы меня укокошили на велотренажере. Пригляделся к этой зверюге. Заметил в лапе платок и понял, что она не скалится, а чихает, а это не запрещено. И тут увидел Тиффани и подумал: «Что делает милая девочка ночью, в гетто, среди толпы монстров с учебниками по квантовой физике?» Она явно замыслила недоброе. Ей на вид лет восемь, не по возрасту предмет. Я решил — она не та, кем кажется.

    — Агент Джей / Джеймс Даррел Эдвардс III · фильм
15. «

    Научные теории не могут быть выведены чисто математическим рассуждением.

    Научные теории не могут быть выведены чисто математическим рассуждением.

    — Стивен Вайнберг · книга
16. «

    С невеждой о науках рассуждать — Что злак пшеничный в солончак бросать.

    С невеждой о науках рассуждать — Что злак пшеничный в солончак бросать.

    — Саади
17. «

    Строить предположения, не зная всех обстоятельств дела, — крупнейшая ошибка. Это может повлиять на дальнейший ход рассуждений.

    Строить предположения, не зная всех обстоятельств дела, — крупнейшая ошибка. Это может повлиять на дальнейший ход рассуждений.

    — Артур Конан Дойл · книга
18. «

    Рассуждать там, где надо чувствовать, — свойство бескрылой любви.

    Рассуждать там, где надо чувствовать, — свойство бескрылой любви.

    — Оноре де Бальзак · книга
19. «

    Великую любовь придумали долгожители, бегущие от скуки. Те, кто жили навылет, жадно хватали воздух и сгорали на раз, кто никогда не знал праздности, но чьи дни были пропитаны любовью, сравняли её с каждодневностью. Возвышенную любовь придумали поэты, мастера слова. Проза жизни в ответ создала любовь-разочарование, далекую от описанных мечтателями и лириками идеалов. Вечную любовь придумали страшащиеся одиночества. Жажда жертвенности и перемен определили её смертность.

    Великую любовь придумали долгожители, бегущие от скуки. Те, кто жили навылет, жадно хватали воздух и сгорали на раз, кто никогда не знал праздности, но чьи дни были пропитаны любовью, сравняли её с каждодневностью. Возвышенную любовь придумали поэты, мастера слова. Проза жизни в ответ создала любовь-разочарование, далекую от описанных мечтателями и лириками идеалов. Вечную любовь придумали страшащиеся одиночества. Жажда жертвенности и перемен определили её смертность.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    Недопустимо рассуждать о бесконечном, но следует просто считать беспредельными вещи, у которых мы не усматриваем никаких границ, – таковы протяженность мира, делимость частей материи, число звезд и т. д. Поэтому мы никогда не станем утруждать себя рассуждениями о бесконечном. Действительно, было бы нелепо, поскольку сами мы конечны, давать ему какое бы то ни было определение и таким образом как бы пытаться ограничить его и постичь. Следовательно, мы не станем заботиться об ответе тем, кто спрашивает, бесконечна ли также и половина бесконечной линии, четно или нечетно бесконечное число и т. п.: ведь о таких вещах подобает размышлять лишь тем, кто почитает свой ум бесконечным. Мы же все то, для чего не можем установить в каком-то смысле границы, не будем рассматривать как бесконечное, но лишь как беспредельное.

    Недопустимо рассуждать о бесконечном, но следует просто считать беспредельными вещи, у которых мы не усматриваем никаких границ, – таковы протяженность мира, делимость частей материи, число звезд и т. д. Поэтому мы никогда не станем утруждать себя рассуждениями о бесконечном. Действительно, было бы нелепо, поскольку сами мы конечны, давать ему какое бы то ни было определение и таким образом как бы пытаться ограничить его и постичь. Следовательно, мы не станем заботиться об ответе тем, кто спрашивает, бесконечна ли также и половина бесконечной линии, четно или нечетно бесконечное число и т. п.: ведь о таких вещах подобает размышлять лишь тем, кто почитает свой ум бесконечным. Мы же все то, для чего не можем установить в каком-то смысле границы, не будем рассматривать как бесконечное, но лишь как беспредельное.

    — Рене Декарт · книга