Во имя закатов, что мы наблюдаем И травки зелёной, куда мы ступаем Во имя мелодий, что шепчут нам реки И горных ветров оставляют побеги, Спасибо, брат Ветер и матерь Земля, Отче наш Солнце и сестричка Луна.
Мы шли на лодке по лесной реке. Жара плыла от нас невдалеке. Молчали птицы. Высились осины. По берегу трусил веселый пес И в белой пасти кончик лета нес - Внизу зеленый, сверху светло-синий.
Еще пока с лица Земли Не стерт последний след Цветущих трав, тенистых рощ, Лесов, полей и рек. Пока моря полны воды, - Луга полны цветов, Сады, не ведая беды, Осенних ждут плодов. На миг замри и повернись Лицом к лицу Земли. Вдали от праведных трудов И городов в пыли. Под звон ручья, под пенье птиц, Под шорохи листвы Приди, умри и вновь родись Среди лесной травы.
— О чём ты говоришь, Пласидия? Какие великие женщины? — Первый из ваших, кто пришёл к нам, назвал их греческим именем «амазонки». — Амазонки? Они существуют? — Они всегда были и всегда будут. Я никогда не видела их — мне было рано увидеть. Но после сезона большой воды я слышала звук их труб. Он прилетал с другого берега реки, которую в честь них назвал капитан корабля и своей славной судьбы — Франсиско де Орельяна. Люди, которые умеют слушать других людей, говорили, что Орельяна потерял покой, когда узнал про амазонок.
Город мой у великой реки, Бликуют крылья титана, Где берёз голоса Зовут обратно домой. Я в объятья твои Шагну от радости пьяный, Подари мне покой Город мой.
Дом на берегу реки, Многооконная башня, - В доме даже сквозняки С каждым годом на год старше. Чередуя тьму и свет, Время все на свете рушит, Жизнь изнашивает души, - А реке износу нет.
Волны тихо плескались о берег в знак согласия, бледный свет восходящего солнца отражался от водной глади. Я и река. Текучая, непостоянная, переменчивая. Жизнь и сама подобна бегущей воде. Глядя на реку, человек может понять очень многое.
Смысл течения реки не в том, что всё вокруг меняется и мы не можем встретить явление дважды, а в том, что некоторые вещи остаются прежними, лишь меняясь.
Парусник шёл на восток, берега реки с каждым днём раздвигались. Зачарованные моряки позволяли большой воде нести себя в неизвестность. Стояли вдоль бортов, глядели на новый мир и шептали: «Бог живёт здесь. Он точно живёт здесь, а не на небе…»
— Флегетон? Он весьма бодро продвигался по склону. Они едва преодолели треть пути и были все еще довольно высоко, любой срыв мог закончиться смертью. — Похоже на соревнование по плевкам бумажными шариками. — Пожалуйста, не смеши меня, — попросила она. — Всего лишь пытаюсь поднять тебе настроение. — Спасибо, — буркнула Аннабет, когда её сломанная нога едва не сорвалась с выступа. — Падая навстречу смерти, я сохраню улыбку на лице.