17 мудрых цитат про «Красивые цитаты на тему «религия»»

Собрали 17 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «религия»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   An old dream is dead but a new one is being born, as a tree that pushes through the solid ground to recede. A new strength, born of pain and suffering, is pulsating in the veins and a new empathy and understanding is being born of past suffering.

   An old dream is dead but a new one is being born, as a tree that pushes through the solid ground to recede. A new strength, born of pain and suffering, is pulsating in the veins and a new empathy and understanding is being born of past suffering.

   — Алексис Карпузос
2. «

   Деревянные церкви Руси, Перекошены древние стены. Подойди и о многом спроси, В этих срубах есть сердце и вены!

   Деревянные церкви Руси, Перекошены древние стены. Подойди и о многом спроси, В этих срубах есть сердце и вены!
3. «

   Я христианин, потому что я не варвар.

   Я христианин, потому что я не варвар.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   Мы считаем Библии, религии священными — я этого не отрицаю, Но я говорю, что все они выросли из вас и всё ещё растут; Не они дают жизнь, а вы даете жизнь, Как листья растут из деревьев, а деревья растут из земли, так и они растут из вас.

   Мы считаем Библии, религии священными — я этого не отрицаю, Но я говорю, что все они выросли из вас и всё ещё растут; Не они дают жизнь, а вы даете жизнь, Как листья растут из деревьев, а деревья растут из земли, так и они растут из вас.

   — Уолт Уитмен
5. «

   — Что любовь для вас? — Умирает в переулке бродяга. Правительство говорит ему, я помогу тебе. Врач говорит ему, я тебя вылечу. Дочь говорит ему, я дам тебе денег. Друг говорит, я поделюсь с тобой вином. А церковь не говорит ему нечего, церковь думает о нём — Вы согласитесь? — Сегодня я загляну в своё сердце в поисках ответа на этот вопрос. Сегодня церковь думает о том бродяге, а я буду думать о церкви.

   — Что любовь для вас? — Умирает в переулке бродяга. Правительство говорит ему, я помогу тебе. Врач говорит ему, я тебя вылечу. Дочь говорит ему, я дам тебе денег. Друг говорит, я поделюсь с тобой вином. А церковь не говорит ему нечего, церковь думает о нём — Вы согласитесь? — Сегодня я загляну в своё сердце в поисках ответа на этот вопрос. Сегодня церковь думает о том бродяге, а я буду думать о церкви.

   — Джон Браннокс · сериал
6. «

   Перед ней херувимы парили над каменными зарослями на фасаде, листья винограда на барельефе словно помялись от порыва ветра, не хватало лепестков у ромашек, как если бы кто-то не закончил гадать «Любит — не любит».

   Перед ней херувимы парили над каменными зарослями на фасаде, листья винограда на барельефе словно помялись от порыва ветра, не хватало лепестков у ромашек, как если бы кто-то не закончил гадать «Любит — не любит».

   — Мария Фариса · книга
7. «

   Баба продолжал идти какое-то время. Наконец, Он пришел к месту, где устраивался погребальный костер. Местные называли его каункалмалини. Баба указал на определенное место и сказал, что на этом месте медитировал Чайтанья Махапрабху. Он медитировал на этом месте почти шесть лет. По ходу практики он понял, что для обычных людей медитация невозможна. Они просто не способны выполнять трудные практики садханы. Как же тогда им быть? Думая об этом, Чайтанья Махапрабху услышал космический голос, который говорил ему: «Садись медитировать и создай сиддхамантру для обычных людей». Следуя этому голосу, Чайтанья опять сел медитировать. И тогда он создал мантру «Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе. Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе». Баба сказал, что никто не знал тайную историю киртана. Чайтанья Махапрабху дал мантре силу на пятьсот лет. Он также добавил, что человечеству сейчас нужен новый путь к освобождению. С этой целью Тарака Брахма явился в двадцатом веке. Сейчас само космическое Ядро явилось в физической форме Шри Шри Анандамурти и даровало нам новую сиддхамантру – «Баба Нам Кевалам»!

   Баба продолжал идти какое-то время. Наконец, Он пришел к месту, где устраивался погребальный костер. Местные называли его каункалмалини. Баба указал на определенное место и сказал, что на этом месте медитировал Чайтанья Махапрабху. Он медитировал на этом месте почти шесть лет. По ходу практики он понял, что для обычных людей медитация невозможна. Они просто не способны выполнять трудные практики садханы. Как же тогда им быть? Думая об этом, Чайтанья Махапрабху услышал космический голос, который говорил ему: «Садись медитировать и создай сиддхамантру для обычных людей». Следуя этому голосу, Чайтанья опять сел медитировать. И тогда он создал мантру «Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе. Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе». Баба сказал, что никто не знал тайную историю киртана. Чайтанья Махапрабху дал мантре силу на пятьсот лет. Он также добавил, что человечеству сейчас нужен новый путь к освобождению. С этой целью Тарака Брахма явился в двадцатом веке. Сейчас само космическое Ядро явилось в физической форме Шри Шри Анандамурти и даровало нам новую сиддхамантру – «Баба Нам Кевалам»!

   — Ачарья Тапешварананда авадхута · книга
8. «

   Слышал про протестантов? Сюда они не должны проникнуть. На этой земле сердца всех верующих должны быть наши. А чтобы забрать сердца, сначала нужно разбить их. Теперь золотых завитков, картинок и истуканов мало. Статуи должны двигаться, говорить, водить глазами. Римский меч будет пронизывать рёбра Христа, а оттуда настоящая кровь капать. Марии будут рыдать солёной водой и тянуть к Спасителю руки…

   Слышал про протестантов? Сюда они не должны проникнуть. На этой земле сердца всех верующих должны быть наши. А чтобы забрать сердца, сначала нужно разбить их. Теперь золотых завитков, картинок и истуканов мало. Статуи должны двигаться, говорить, водить глазами. Римский меч будет пронизывать рёбра Христа, а оттуда настоящая кровь капать. Марии будут рыдать солёной водой и тянуть к Спасителю руки…

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Ты спрашиваешь какая у меня религия? Любовь, конечно же. Только любовь. Я не собираюсь одеваться в серьёзные одежды и скрывать в своём сердце ненависть к другим религиям. Я знаю много достойных духовных людей из разных религий. И ещё я знаю, что они ничем не отличаются. Они даже говорят одно и то же, но разными словами. И их религия — любовь.

   Ты спрашиваешь какая у меня религия? Любовь, конечно же. Только любовь. Я не собираюсь одеваться в серьёзные одежды и скрывать в своём сердце ненависть к другим религиям. Я знаю много достойных духовных людей из разных религий. И ещё я знаю, что они ничем не отличаются. Они даже говорят одно и то же, но разными словами. И их религия — любовь.
10. «

    Вот и алтарь — место молитв и выдохов. Золотые колонны, лозой и цветами увитые, ниши с второстепенными персонажами, а наверху она, которая тоже должна быть второстепенной, но стала главною, сначала архангелом, потом людьми выбранная.

    Вот и алтарь — место молитв и выдохов. Золотые колонны, лозой и цветами увитые, ниши с второстепенными персонажами, а наверху она, которая тоже должна быть второстепенной, но стала главною, сначала архангелом, потом людьми выбранная.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Та умирающая была не просто женщиной, она была матерью. Женщина может быть любой религии, но у матери нет религии, потому что материнство и есть религия. У её ног находится Рай, а в её груди — благочестие.

    Та умирающая была не просто женщиной, она была матерью. Женщина может быть любой религии, но у матери нет религии, потому что материнство и есть религия. У её ног находится Рай, а в её груди — благочестие.

    — Абдулла (Abdullah) · фильм
12. «

    Наша радость сводила с ума дикарей-европейцев. Они глядели на простую жизнь местных и злились.

    Наша радость сводила с ума дикарей-европейцев. Они глядели на простую жизнь местных и злились.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Мы все предстанем перед судом Божьим, и всем придётся отчитываться за свою жизнь. Один скажет: «Я был портным». Другой скажет: «Я был врачом». Третий: «Я был ювелиром». А я смогу сказать: «Я не забыл тебя, Господи...»

    Мы все предстанем перед судом Божьим, и всем придётся отчитываться за свою жизнь. Один скажет: «Я был портным». Другой скажет: «Я был врачом». Третий: «Я был ювелиром». А я смогу сказать: «Я не забыл тебя, Господи...»

    — Симон Визенталь
14. «

    Я говорю, что в смирении, которое молится, гораздо больше величия, чем в философии, которая сомневается.

    Я говорю, что в смирении, которое молится, гораздо больше величия, чем в философии, которая сомневается.

    — Александр Дюма · книга
15. «

    Хотелось церкви.

    Хотелось церкви.

    — Франц Вертфоллен · книга
16. «

    И церковь из окна еще видна, вон там стоит, вздымается над крышей. Стоит давно, а кажется — летит. Летит над строем стираных рубашек, летит над жизнью, купленной в кредит, летит, летит и белым небом машет.

    И церковь из окна еще видна, вон там стоит, вздымается над крышей. Стоит давно, а кажется — летит. Летит над строем стираных рубашек, летит над жизнью, купленной в кредит, летит, летит и белым небом машет.

    — Аль Квотион · книга
17. «

    — Думаешь, Ог знает где твоя семья? — Оу... Он знает, но не говорит! Может ты Иисуса спросишь? — Ты что, решил сменить веру? — Евреи не меняют веру! Намочив голову, Иисус не вымыл из себя еврея. Национальность не растворяется в воде, Мортл. Это кожа твоя, от рождения и до самой смерти. Ну а религия, скажем, это пальто. Станет слишком жарко, возьми да сними.

    — Думаешь, Ог знает где твоя семья? — Оу... Он знает, но не говорит! Может ты Иисуса спросишь? — Ты что, решил сменить веру? — Евреи не меняют веру! Намочив голову, Иисус не вымыл из себя еврея. Национальность не растворяется в воде, Мортл. Это кожа твоя, от рождения и до самой смерти. Ну а религия, скажем, это пальто. Станет слишком жарко, возьми да сними.

    — Мартин Саймонс · фильм