235 цитат про «революция» для вдохновения

235 цитат про «революция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если бы вы только знали, Мадам Иванова, как вы были правы, то есть абсолютно всегда были правы по поводу моей несчастной жизни! Сколь часто вспоминал я вас в своих скитаниях по свету. <...> Помните, «революционер без штанов»? Правильно! Именно так их, мадам! Сразу хочу сказать, расстался со своими убеждениями, простительными только для глупой юности! Да и господа, увлечённые мировыми идеями, не имеют минуты подумать о штанах! А именно о них, о презренных этих штанах, думать-то надобно нам, интеллигентам! О процветании народа, о хлебе насущном... Идеи... Идеями сыт не будешь. Идеи сытому нужны, а не голодному. А мы ещё так голодны. Голодна́ Россия, братцы, голодна́...

   Если бы вы только знали, Мадам Иванова, как вы были правы, то есть абсолютно всегда были правы по поводу моей несчастной жизни! Сколь часто вспоминал я вас в своих скитаниях по свету. <...> Помните, «революционер без штанов»? Правильно! Именно так их, мадам! Сразу хочу сказать, расстался со своими убеждениями, простительными только для глупой юности! Да и господа, увлечённые мировыми идеями, не имеют минуты подумать о штанах! А именно о них, о презренных этих штанах, думать-то надобно нам, интеллигентам! О процветании народа, о хлебе насущном... Идеи... Идеями сыт не будешь. Идеи сытому нужны, а не голодному. А мы ещё так голодны. Голодна́ Россия, братцы, голодна́...

   — Тапёр · фильм
2. «

   Какая хрупкая система: рушится из-за горсти ягод.

   Какая хрупкая система: рушится из-за горсти ягод.

   — Сьюзен Коллинз · книга
3. «

   Преступные режимы были созданы не преступниками, а энтузиастами, убежденными, что открыли дорогу в рай.

   Преступные режимы были созданы не преступниками, а энтузиастами, убежденными, что открыли дорогу в рай.

   — Милан Кундера · книга
4. «

   ... это мир полный скитальцев с рюкзаками. Бродяг Дхармы, отказывающихся подписаться под общим требованием потреблять продукцию, а значит — и работать ради привилегии потреблять все это дерьмо, которое им все равно ни к чему: холодильники, телевизоры, машины, ну, по крайней мере, новые и модные, масло для волос, дезодоранты и прочее барахло, которое в конце-концов неделю спустя все равно окажется на помойке, все они — узники потогонной системы, производства, потребления, работы, производства, потребления, у меня перед глазами видение великой рюкзачной революции..

   ... это мир полный скитальцев с рюкзаками. Бродяг Дхармы, отказывающихся подписаться под общим требованием потреблять продукцию, а значит — и работать ради привилегии потреблять все это дерьмо, которое им все равно ни к чему: холодильники, телевизоры, машины, ну, по крайней мере, новые и модные, масло для волос, дезодоранты и прочее барахло, которое в конце-концов неделю спустя все равно окажется на помойке, все они — узники потогонной системы, производства, потребления, работы, производства, потребления, у меня перед глазами видение великой рюкзачной революции..

   — Джек Керуак · книга
5. «

   ...извините, у меня небольшое объявление. Иисус был черный, Рональд Рейган был сатаной, правительство врет про 11 сентября. Спасибо за внимание.

   ...извините, у меня небольшое объявление. Иисус был черный, Рональд Рейган был сатаной, правительство врет про 11 сентября. Спасибо за внимание.

   — Хьюи Фримэн · мультфильм
6. «

   Тот, кто рассуждает о революции, должен готовиться к гильотине.

   Тот, кто рассуждает о революции, должен готовиться к гильотине.

   — Уинстон Черчилль
7. «

   — ... Те, кто насильно хочет привести человечество в рай, неизбежно пойдут по трупам. — Что делать! Они — революционеры! — Они — убийцы! — Ванзаров сказал это с холодной ненавистью. — Им нет прощения и понимания!

   — ... Те, кто насильно хочет привести человечество в рай, неизбежно пойдут по трупам. — Что делать! Они — революционеры! — Они — убийцы! — Ванзаров сказал это с холодной ненавистью. — Им нет прощения и понимания!

   — Антон Чиж · книга
8. «

   Я думаю, что неверно рассматривать революцию как результат какого-то злоумышления, неважно, «хорошие» люди злоумышляют или «плохие». Революция — это объективный исторический процесс, который происходит в силу каких-то неотменяемых обстоятельств.

   Я думаю, что неверно рассматривать революцию как результат какого-то злоумышления, неважно, «хорошие» люди злоумышляют или «плохие». Революция — это объективный исторический процесс, который происходит в силу каких-то неотменяемых обстоятельств.

   — Константин Семин
9. «

   В связи с отцом думал о природе исторических бедствий — революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.

   В связи с отцом думал о природе исторических бедствий — революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.

   — Евгений Водолазкин · книга
10. «

    – Кого вы победите? – спросил Александр, входя в дом. – Замышляем захват власти, – сообщила Кыса. – О как! Утром еще все было как у людей, а вечером уже ГКЧП заседает. Мэтью, у тебя так было когда-нибудь в жизни, что ты утром на работу пошел, а вечером домой вернулся, а там государственный переворот?

    – Кого вы победите? – спросил Александр, входя в дом. – Замышляем захват власти, – сообщила Кыса. – О как! Утром еще все было как у людей, а вечером уже ГКЧП заседает. Мэтью, у тебя так было когда-нибудь в жизни, что ты утром на работу пошел, а вечером домой вернулся, а там государственный переворот?

    — Елена Котова · книга
11. «

    ... в те периоды, когда классовая борьба приближается к развязке, процесс разложения внутри господствующего класса, внутри всего старого общества принимает такой бурный, такой резкий характер, что небольшая часть господствующего класса отрекается от него и примыкает к революционному классу, к тому классу, которому принадлежит будущее. Вот почему, как прежде часть дворянства переходила к буржуазии, так теперь часть буржуазии переходит к пролетариату, именно – часть буржуа-идеологов, которые возвысились до теоретического понимания всего хода исторического движения.

    ... в те периоды, когда классовая борьба приближается к развязке, процесс разложения внутри господствующего класса, внутри всего старого общества принимает такой бурный, такой резкий характер, что небольшая часть господствующего класса отрекается от него и примыкает к революционному классу, к тому классу, которому принадлежит будущее. Вот почему, как прежде часть дворянства переходила к буржуазии, так теперь часть буржуазии переходит к пролетариату, именно – часть буржуа-идеологов, которые возвысились до теоретического понимания всего хода исторического движения.

    — Карл Маркс · книга
12. «

    Слушай, ты, урод… я не сумасшедшая, я – революционерка, ясно тебе?

    Слушай, ты, урод… я не сумасшедшая, я – революционерка, ясно тебе?

    — Валери Соланас · фильм
13. «

    Чтоб испортить мир, надо испортить женщину, и в 1917 году это очень хорошо понимали.

    Чтоб испортить мир, надо испортить женщину, и в 1917 году это очень хорошо понимали.

    — Надежда Жаглей · книга
14. «

    Я здесь, потому что не могу спокойно смотреть, как люди Ульфрика раздирают страну на части.

    Я здесь, потому что не могу спокойно смотреть, как люди Ульфрика раздирают страну на части.

    — Имперский солдат · игра
15. «

    Революционеры берут тем, что они откровенны. «Хочу стрелять в брюхо», — и стреляет. До этого ни у кого духа не хватает. И они побеждают. <...> И победа революционеров, или их 50-летний успех, основывается на том, что они — бесчеловечны, а «старый строй», которого, «мерзавца», они истребляют, помнит «крест на себе» и не решается совлечь с себя образ человеческий. Они — голые. Старый строй — в одежде. И они настолько и «дышат», насколько старый строй не допускает себя тоже «разоблачиться».

    Революционеры берут тем, что они откровенны. «Хочу стрелять в брюхо», — и стреляет. До этого ни у кого духа не хватает. И они побеждают. <...> И победа революционеров, или их 50-летний успех, основывается на том, что они — бесчеловечны, а «старый строй», которого, «мерзавца», они истребляют, помнит «крест на себе» и не решается совлечь с себя образ человеческий. Они — голые. Старый строй — в одежде. И они настолько и «дышат», насколько старый строй не допускает себя тоже «разоблачиться».

    — Василий Розанов · книга
16. «

    Революция — не случайность, а необходимость. Революция – это возвращение от искусственного к естественному. Она происходит потому, что должна произойти.

    Революция — не случайность, а необходимость. Революция – это возвращение от искусственного к естественному. Она происходит потому, что должна произойти.

    — Виктор Гюго · книга
17. «

    Мы тоже сделали революцию. Но не то, что её никто не заметил. Кому надо, те заметили. Например, наши поклонники.

    Мы тоже сделали революцию. Но не то, что её никто не заметил. Кому надо, те заметили. Например, наши поклонники.

    — Егор Летов
18. «

    Революция — варварский способ прогресса.

    Революция — варварский способ прогресса.

    — Жан Жорес
19. «

    Они никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются.

    Они никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются.

    — Джордж Оруэлл · книга
20. «

    На Литейном красногвардейцы перегородили дорогу: «Расходитесь! На панель!» И стали пачками стрелять. Одно красное знамя красногвардейцы вырвали… ещё тебе о тех красногвардейцах бы рассказать… древко сломали, знамя топтали… Кто-то рассеялся, кто-то бежал назад. Так ещё в спину стреляли и убивали. Как легко этим красногвардейцам стрелялось — по мирным людям и в спину, ты подумай — ведь ещё никакой гражданской войны не было! А нравы — уже были готовы.

    На Литейном красногвардейцы перегородили дорогу: «Расходитесь! На панель!» И стали пачками стрелять. Одно красное знамя красногвардейцы вырвали… ещё тебе о тех красногвардейцах бы рассказать… древко сломали, знамя топтали… Кто-то рассеялся, кто-то бежал назад. Так ещё в спину стреляли и убивали. Как легко этим красногвардейцам стрелялось — по мирным людям и в спину, ты подумай — ведь ещё никакой гражданской войны не было! А нравы — уже были готовы.

    — Александр Солженицын · книга