Топ-419 цитат: «революция»

419 цитат про «революция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   С пулеметным треском катилась волна ненависти, смерти, а то и просто озорства и охальства, и все за свободу, и все за свободу, а в чем свобода? Боятся, стращают — и в ужасе вцепляются друг в друга. Посадить их за один стол, за один горшок щей, — все будут одинаковы, и в мыслях, и в желаниях, и с лица. Почему одни тут, а другие там? Как сами себя отличают? Отличают ли? Почему Иван против Ивана? И на могилах их вырастет одна трава. И солнце светит им одно, и дождик один-единственный всех мочит. Непонятно. А непонятное — смута и грех.

   С пулеметным треском катилась волна ненависти, смерти, а то и просто озорства и охальства, и все за свободу, и все за свободу, а в чем свобода? Боятся, стращают — и в ужасе вцепляются друг в друга. Посадить их за один стол, за один горшок щей, — все будут одинаковы, и в мыслях, и в желаниях, и с лица. Почему одни тут, а другие там? Как сами себя отличают? Отличают ли? Почему Иван против Ивана? И на могилах их вырастет одна трава. И солнце светит им одно, и дождик один-единственный всех мочит. Непонятно. А непонятное — смута и грех.

   — Михаил Андреевич Осоргин · книга
2. «

   Революции нужны для того, чтобы уничтожить самих революционеров.

   Революции нужны для того, чтобы уничтожить самих революционеров.

   — Клим Самгин · сериал
3. «

   Марксистами называют себя все те, кто на самом деле рвется к власти, выдавая эту истинную страсть за стремление к всеобщей справедливости. И пламенные революционеры, снедаемые жаждой насилия, и левацкие книжники-либералы, одержимые утопией равенства, — все они так или иначе приходят к мечте о диктатуре. Они одержимы, а значит, нетерпимы и готовы принести в жертву своим идеям абсолютно все.

   Марксистами называют себя все те, кто на самом деле рвется к власти, выдавая эту истинную страсть за стремление к всеобщей справедливости. И пламенные революционеры, снедаемые жаждой насилия, и левацкие книжники-либералы, одержимые утопией равенства, — все они так или иначе приходят к мечте о диктатуре. Они одержимы, а значит, нетерпимы и готовы принести в жертву своим идеям абсолютно все.

   — Елена Котова · книга
4. «

   Революция — это когда люди на улицах стреляют друг в друга из ружей, разбивая много стекол, и только стекольщики извлекают из этого пользу. Ветер уносит дым, оставшиеся в живых хоронят своих мертвецов. На палках у зданий мэрий меняют тряпки, называемые флагами... И первый проходимец торопливо карабкается на трон и занимает опустевшее место.

   Революция — это когда люди на улицах стреляют друг в друга из ружей, разбивая много стекол, и только стекольщики извлекают из этого пользу. Ветер уносит дым, оставшиеся в живых хоронят своих мертвецов. На палках у зданий мэрий меняют тряпки, называемые флагами... И первый проходимец торопливо карабкается на трон и занимает опустевшее место.

   — Теофиль Готье
5. «

   Революция – ремонт эволюции.

   Революция – ремонт эволюции.

   — Юрий Коваленко (Кирилл Кюдов)
6. «

   Вдруг вознесся одинокий женский голос: — Нет сахара! Кооперативы весь сахар скупили! При революциях этот продукт всегда исчезал первым, словно его вкус и цвет были несовместимы с новой жизнью.

   Вдруг вознесся одинокий женский голос: — Нет сахара! Кооперативы весь сахар скупили! При революциях этот продукт всегда исчезал первым, словно его вкус и цвет были несовместимы с новой жизнью.

   — Леонид Юзефович · книга
7. «

   Там мы жили в реальности. Зло открывалось во всей своей грубости, иллюзии рассыпались, но подлинное добро светило во тьме; оно всегда было связано с жертвой, даже мученичеством. Нигде я не встречала такие страшные лица, но также и такие прекрасные, можно сказать, лики, как во время революции в России. Как будто уже началось разделение человечества на добрых и злых.

   Там мы жили в реальности. Зло открывалось во всей своей грубости, иллюзии рассыпались, но подлинное добро светило во тьме; оно всегда было связано с жертвой, даже мученичеством. Нигде я не встречала такие страшные лица, но также и такие прекрасные, можно сказать, лики, как во время революции в России. Как будто уже началось разделение человечества на добрых и злых.

   — Маргарита Сабашникова · книга
8. «

   Рано или поздно революционный террор признается исчерпавшим себя. А поскольку при любом терроре невинно убиенных накапливается выше крыши, то есть и отличный повод разобраться с теми, кто террор проводил в жизнь. Доказав их расстрелом свою чистоту. Это просто ротация символов власти, шеф. Закон природы.

   Рано или поздно революционный террор признается исчерпавшим себя. А поскольку при любом терроре невинно убиенных накапливается выше крыши, то есть и отличный повод разобраться с теми, кто террор проводил в жизнь. Доказав их расстрелом свою чистоту. Это просто ротация символов власти, шеф. Закон природы.

   — Олег Дивов · книга
9. «

   Революция есть не «спасение», а начало гибели. Она разнуздывает людей; она научает людей пренебрежению к праву и к закону. Народ, не уважающий права и закона, — потеряет все свои права и будет порабощен.

   Революция есть не «спасение», а начало гибели. Она разнуздывает людей; она научает людей пренебрежению к праву и к закону. Народ, не уважающий права и закона, — потеряет все свои права и будет порабощен.

   — Иван Александрович Ильин · книга
10. «

    Ловлю себя на мысли, что мне все время хочется цитировать самого Дзержинского. Его дневники. Его письма. И делаю я это не из желания каким-либо образом облегчить свою журналистскую задачу, а из-за влюбленности в его личность, в слово, им сказанное, в мысли, им прочувствованные.

    Ловлю себя на мысли, что мне все время хочется цитировать самого Дзержинского. Его дневники. Его письма. И делаю я это не из желания каким-либо образом облегчить свою журналистскую задачу, а из-за влюбленности в его личность, в слово, им сказанное, в мысли, им прочувствованные.

    — Светлана Алексиевич
11. «

    Нищета ведет к революции, а революция – к нищете.

    Нищета ведет к революции, а революция – к нищете.

    — Виктор Гюго
12. «

    Все революции начинаются с криков о великих идеалах и кончаются грабежом и разбоем.

    Все революции начинаются с криков о великих идеалах и кончаются грабежом и разбоем.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
13. «

    Революция – это глобальное происшествие, катаклизм. Вся история революций одинакова практически во всех странах и во все времена. Они начинаются как что-то хорошее, как народное движение, а заканчиваются одним и тем же... Когда рушится система, новая очень не быстро выстраивается. И лично я не хочу жить в эпоху революции. Мне хватило того, что происходило с 1986 года и по сей день. Я не хочу жить в век глобальных перемен.

    Революция – это глобальное происшествие, катаклизм. Вся история революций одинакова практически во всех странах и во все времена. Они начинаются как что-то хорошее, как народное движение, а заканчиваются одним и тем же... Когда рушится система, новая очень не быстро выстраивается. И лично я не хочу жить в эпоху революции. Мне хватило того, что происходило с 1986 года и по сей день. Я не хочу жить в век глобальных перемен.

    — Дмитрий Борисенков
14. «

    Знаете, революция звучит очень романтично, но на деле это кровь, жестокость и безумие; революция — это когда гибнут желторотики, случайно попавшие под руку, не врубающиеся, что за хуйня творится вокруг; революция — это когда вашей телке или вашей жене пропорют брюхо штыком, а потом будут насиловать в жопу на ваших глазах; революция — это когда люди, только что ржавшие над мультиками про Микки-Мауса, начинают пытать себе подобных. Перед тем как решиться на всё это, подумайте, где ваша душа сейчас и где она будет, когда вы пройдёте через всё это.

    Знаете, революция звучит очень романтично, но на деле это кровь, жестокость и безумие; революция — это когда гибнут желторотики, случайно попавшие под руку, не врубающиеся, что за хуйня творится вокруг; революция — это когда вашей телке или вашей жене пропорют брюхо штыком, а потом будут насиловать в жопу на ваших глазах; революция — это когда люди, только что ржавшие над мультиками про Микки-Мауса, начинают пытать себе подобных. Перед тем как решиться на всё это, подумайте, где ваша душа сейчас и где она будет, когда вы пройдёте через всё это.

    — Чарльз Буковски · книга
15. «

    Под видом «зелёных» (мы потом на них свалим) пройдем на 10-20 вёрст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премия: 100 000 р. за повешенного.

    Под видом «зелёных» (мы потом на них свалим) пройдем на 10-20 вёрст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премия: 100 000 р. за повешенного.

    — Владимир Ильич Ленин
16. «

    — Я сегодня побеседовал кое с кем из вашей труппы... Вы всем говорили, что Казароза погибла неслучайно. Как это понимать? — А вы что думаете, этот пьяный дурак её убил? — А кто? — Рука судьбы. Она должна была погибнуть. Нехорошо так говорить, неправильно, но, честное слово, я ждала чего-то подобного. Не здесь, так в Петербурге, не в этот раз, так в другой. Ну представьте себе паровоз... Он мчится на полной скорости, сплошное железо, всё грохочет, лязгает... И среди этих всех шестерёнок, поршней, оказалась бабочка. Она бьётся там, пытается выбраться на свободу, но не может. Как вы думаете, она погибнет там случайно? — А что вы имеете в виду под паровозом? — Вашу революцию.

    — Я сегодня побеседовал кое с кем из вашей труппы... Вы всем говорили, что Казароза погибла неслучайно. Как это понимать? — А вы что думаете, этот пьяный дурак её убил? — А кто? — Рука судьбы. Она должна была погибнуть. Нехорошо так говорить, неправильно, но, честное слово, я ждала чего-то подобного. Не здесь, так в Петербурге, не в этот раз, так в другой. Ну представьте себе паровоз... Он мчится на полной скорости, сплошное железо, всё грохочет, лязгает... И среди этих всех шестерёнок, поршней, оказалась бабочка. Она бьётся там, пытается выбраться на свободу, но не может. Как вы думаете, она погибнет там случайно? — А что вы имеете в виду под паровозом? — Вашу революцию.

    — Нейман · сериал
17. «

    Глупо ожидать, что если все поставить с ног на голову, то каждый сразу же сможет получить свой большой кусок пирога.

    Глупо ожидать, что если все поставить с ног на голову, то каждый сразу же сможет получить свой большой кусок пирога.

    — Генри Форд · книга
18. «

    Революции нам не нужны. Мы уже прошли все эти революции, особенно в образовании.

    Революции нам не нужны. Мы уже прошли все эти революции, особенно в образовании.

    — Александр Григорьевич Лукашенко
19. «

    Правительство хочет погасить всё разгорающееся движение русского народа к свободе кровью, хочет подавить его ужасом. Собирая вокруг трона всё наиболее циничное, животное и наглое, русские министры, прикрываясь этой грязью, стоя в ней по уши, говорят тем людям Европы, у которых жаждут занять ещё денег: — Видите, народ не хочет конституции, он хочет только самодержавия и порядка. Мы думаем, что и для вас тоже выгоднее «порядок», чем свобода. Давайте же нам ещё денег, а мы дадим вам хорошие проценты и такой порядок, при котором вам можно будет, вместе с нами, немножко пограбить русский народ. У него ещё кое-что есть! Давайте нам денег для окончательного подавления революции!

    Правительство хочет погасить всё разгорающееся движение русского народа к свободе кровью, хочет подавить его ужасом. Собирая вокруг трона всё наиболее циничное, животное и наглое, русские министры, прикрываясь этой грязью, стоя в ней по уши, говорят тем людям Европы, у которых жаждут занять ещё денег: — Видите, народ не хочет конституции, он хочет только самодержавия и порядка. Мы думаем, что и для вас тоже выгоднее «порядок», чем свобода. Давайте же нам ещё денег, а мы дадим вам хорошие проценты и такой порядок, при котором вам можно будет, вместе с нами, немножко пограбить русский народ. У него ещё кое-что есть! Давайте нам денег для окончательного подавления революции!

    — Максим Горький · книга
20. «

    Русское имя покрылось позором, Царство растерзано адским раздором, Кровью залита вся наша страна... Боже наш, в том есть и наша вина. Каемся мы в эти страшные дни... Боже, Царя нам верни!

    Русское имя покрылось позором, Царство растерзано адским раздором, Кровью залита вся наша страна... Боже наш, в том есть и наша вина. Каемся мы в эти страшные дни... Боже, Царя нам верни!

    — Владимир Пуришкевич