509 фраз про «революция» с глубоким смыслом

509 цитат про «революция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   если демографическая статистика сама по себе выглядит как революционная брошюра, это, согласитесь, больше говорит о правящем режиме, нежели о революционерах…

   если демографическая статистика сама по себе выглядит как революционная брошюра, это, согласитесь, больше говорит о правящем режиме, нежели о революционерах…

   — Кирилл Еськов · книга
2. «

   Мы позволили правительству называть наше движение революционным. Революции разделяют людей, нарушают порядок, внушают страх, а религии... религии объединяют.

   Мы позволили правительству называть наше движение революционным. Революции разделяют людей, нарушают порядок, внушают страх, а религии... религии объединяют.

   — Джордан Кольер · сериал
3. «

   Я думаю, что неверно рассматривать революцию как результат какого-то злоумышления, неважно, «хорошие» люди злоумышляют или «плохие». Революция — это объективный исторический процесс, который происходит в силу каких-то неотменяемых обстоятельств.

   Я думаю, что неверно рассматривать революцию как результат какого-то злоумышления, неважно, «хорошие» люди злоумышляют или «плохие». Революция — это объективный исторический процесс, который происходит в силу каких-то неотменяемых обстоятельств.

   — Константин Семин
4. «

   Революция должна происходить в мозгу у каждого человека.

   Революция должна происходить в мозгу у каждого человека.

   — Гюнеш · сериал
5. «

   — Я всего лишь ведущий, поэтому, что я понимаю, да? Но некоторые твои аргументы просто... Интересно, смогла ли ты до программы их проверить? Ну вот, например... — Да? — Ликвидация раздельных туалетов. Такое вряд ли произойдёт при принятии поправки. — Фил, как думаешь, когда Ленин начал революцию в 1917, думаешь он сказал людям: «Сражайтесь за нас и мы устроим вам дефицит продовольствия, цензуру и террор»? Нет! Он обещал им мир, землю и хлеб! Всё начинается с небольшого закона, подобного поправке, а потом у левых хватит смелости на отмену алиментов, детских пособий и социального обеспечения вдов. И ты оглянуться не успеешь, как мы будем жить в феминистском тоталитарном аду!

   — Я всего лишь ведущий, поэтому, что я понимаю, да? Но некоторые твои аргументы просто... Интересно, смогла ли ты до программы их проверить? Ну вот, например... — Да? — Ликвидация раздельных туалетов. Такое вряд ли произойдёт при принятии поправки. — Фил, как думаешь, когда Ленин начал революцию в 1917, думаешь он сказал людям: «Сражайтесь за нас и мы устроим вам дефицит продовольствия, цензуру и террор»? Нет! Он обещал им мир, землю и хлеб! Всё начинается с небольшого закона, подобного поправке, а потом у левых хватит смелости на отмену алиментов, детских пособий и социального обеспечения вдов. И ты оглянуться не успеешь, как мы будем жить в феминистском тоталитарном аду!

   — Филлис Шлэфли · сериал
6. «

   Ловлю себя на мысли, что мне все время хочется цитировать самого Дзержинского. Его дневники. Его письма. И делаю я это не из желания каким-либо образом облегчить свою журналистскую задачу, а из-за влюбленности в его личность, в слово, им сказанное, в мысли, им прочувствованные.

   Ловлю себя на мысли, что мне все время хочется цитировать самого Дзержинского. Его дневники. Его письма. И делаю я это не из желания каким-либо образом облегчить свою журналистскую задачу, а из-за влюбленности в его личность, в слово, им сказанное, в мысли, им прочувствованные.

   — Светлана Алексиевич
7. «

   Тот, кто рассуждает о революции, должен готовиться к гильотине.

   Тот, кто рассуждает о революции, должен готовиться к гильотине.

   — Уинстон Черчилль
8. «

   Опиум народа — не религия, а революция.

   Опиум народа — не религия, а революция.

   — Симона Вейль
9. «

   Была пора, была, мой сын, я знаю, Когда, как ты, нетерпелив и горд, Я пошатнуть готов был государство, Чтоб под его руинами погибли Врагов страны и жизнь, и достоянье. Ведь юности всё кажется легко!

   Была пора, была, мой сын, я знаю, Когда, как ты, нетерпелив и горд, Я пошатнуть готов был государство, Чтоб под его руинами погибли Врагов страны и жизнь, и достоянье. Ведь юности всё кажется легко!

   — Витторио Альфьери
10. «

    — Вообще бизнес и революция — насколько тесно связанная вещь? [вопрос от Владимира Соловьёва] — Я думаю, что бизнес и революция идут как брат и сестра в одной упряжке. Я бы сказал так: не бизнес и революция, а бизнес и какие либо глобальные изменения.

    — Вообще бизнес и революция — насколько тесно связанная вещь? [вопрос от Владимира Соловьёва] — Я думаю, что бизнес и революция идут как брат и сестра в одной упряжке. Я бы сказал так: не бизнес и революция, а бизнес и какие либо глобальные изменения.

    — Олег Анатольевич Лурье
11. «

    Преданность во время революции всегда доказывается.

    Преданность во время революции всегда доказывается.

    — Шахмаран · сериал
12. «

    Вдруг вознесся одинокий женский голос: — Нет сахара! Кооперативы весь сахар скупили! При революциях этот продукт всегда исчезал первым, словно его вкус и цвет были несовместимы с новой жизнью.

    Вдруг вознесся одинокий женский голос: — Нет сахара! Кооперативы весь сахар скупили! При революциях этот продукт всегда исчезал первым, словно его вкус и цвет были несовместимы с новой жизнью.

    — Леонид Юзефович · книга
13. «

    Невежественные граждане Новой Химуки!... А также — все глупцы, что не желали смотреть в глаза правде. Моё имя — Карен Трэверс. Я — тот, кто отверг лживую систему Новой Химуки и раскрыл глаза. Мы с товарищами приняли решение работать с Сэйраном, чьи взгляды мы разделяем. Довольно закрывать глаза на правду! Ваше государство обезумело! Правительство Новой Химуки развивало сообщество через «псай-нэт». И как вам известно, сердцем «псай-нэт» является городской суперкомпьютер Арахабаки. Его схемы — это уполномоченные псионики, так как большинство населения связаны друг с другом телепатически. Благодаря этому кто-угодно может видеть и слышать любую информацию. Пользоваться ею, вести лишённую каких-либо ограничений жизнь. Однако настоящей свободы в этом нет! Вся доступная информация контролируется правительством, а население превращается в скот. Посмотрите по сторонам: все люди живут ради страны, ради правительства — лишь чтобы ими пользовались. Все, кто выбиваются от нормы, подлежат устранению — их сводят с ума, превращая в свои пешки. Стремясь добиться покорности, наши лидеры перешли черту. Но хватит! Настал час сбросить правительство Новой Химуки и подняться с колен! Очнитесь, несчастные! Сэйран защищает свободу воли! Их общество построено так, чтобы люди могли жить как и подабает людям! И я клянусь, что буду стоять на его защите! Мы рады принять в свои ряды всех и каждого! Я стал авангардом Сэйран и бросил вызов диктатуре, которая признаёт лишь тех, в ком видит выгоду для себя. Отныне Сэйран — моя родина, и ради неё я разрушу систему Новой Химуки! Здесь и сейчас мы начинаем освобождение от оков вечных заговоров! Вот она — настоящая революция! Если вы очнулись, как и я — мы ждём вас под флагами Сэйран! И вместе мы свергнем это систему!

    Невежественные граждане Новой Химуки!... А также — все глупцы, что не желали смотреть в глаза правде. Моё имя — Карен Трэверс. Я — тот, кто отверг лживую систему Новой Химуки и раскрыл глаза. Мы с товарищами приняли решение работать с Сэйраном, чьи взгляды мы разделяем. Довольно закрывать глаза на правду! Ваше государство обезумело! Правительство Новой Химуки развивало сообщество через «псай-нэт». И как вам известно, сердцем «псай-нэт» является городской суперкомпьютер Арахабаки. Его схемы — это уполномоченные псионики, так как большинство населения связаны друг с другом телепатически. Благодаря этому кто-угодно может видеть и слышать любую информацию. Пользоваться ею, вести лишённую каких-либо ограничений жизнь. Однако настоящей свободы в этом нет! Вся доступная информация контролируется правительством, а население превращается в скот. Посмотрите по сторонам: все люди живут ради страны, ради правительства — лишь чтобы ими пользовались. Все, кто выбиваются от нормы, подлежат устранению — их сводят с ума, превращая в свои пешки. Стремясь добиться покорности, наши лидеры перешли черту. Но хватит! Настал час сбросить правительство Новой Химуки и подняться с колен! Очнитесь, несчастные! Сэйран защищает свободу воли! Их общество построено так, чтобы люди могли жить как и подабает людям! И я клянусь, что буду стоять на его защите! Мы рады принять в свои ряды всех и каждого! Я стал авангардом Сэйран и бросил вызов диктатуре, которая признаёт лишь тех, в ком видит выгоду для себя. Отныне Сэйран — моя родина, и ради неё я разрушу систему Новой Химуки! Здесь и сейчас мы начинаем освобождение от оков вечных заговоров! Вот она — настоящая революция! Если вы очнулись, как и я — мы ждём вас под флагами Сэйран! И вместе мы свергнем это систему!

    — Карен Трэверс · аниме
14. «

    Вопреки «религии бедных», в ней обделены именно «бедные»; а Христос, сказавший: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Аз успокою вас», — на самом деле, когда они «подошли» — не подал им ничего, кроме камня. Кроме своих «притчей», вот видите ли... И кроме позументов; золота, нашивок митр пап, патриархов, митрополитов, архиереев, иереев... Обман народов, обман самой цивилизации тем, кто её же, эту новую европейскую цивилизацию и основал, так явен, так очевиден стал во всем XIX веке, что у Достоевского же вылилась другая содрогающая формула. Формулы этой нет у Маркса. И — оттого, что Маркс — узок, а Достоевский — бесконечен. Маркс дал только формулу борьбы, а не формулу победы. Он дал «сегодня» революции, а не «завтра» уже победной революции, которая овладела городом, царствами, землею. Он дал формулу «приступа», — «пролетарии всех стран — соединяйтесь», — «штурмующие колонны буржуазии — единитесь всемирно»... Но что же дальше? За штурмом? Победно знамена шумят…

    Вопреки «религии бедных», в ней обделены именно «бедные»; а Христос, сказавший: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Аз успокою вас», — на самом деле, когда они «подошли» — не подал им ничего, кроме камня. Кроме своих «притчей», вот видите ли... И кроме позументов; золота, нашивок митр пап, патриархов, митрополитов, архиереев, иереев... Обман народов, обман самой цивилизации тем, кто её же, эту новую европейскую цивилизацию и основал, так явен, так очевиден стал во всем XIX веке, что у Достоевского же вылилась другая содрогающая формула. Формулы этой нет у Маркса. И — оттого, что Маркс — узок, а Достоевский — бесконечен. Маркс дал только формулу борьбы, а не формулу победы. Он дал «сегодня» революции, а не «завтра» уже победной революции, которая овладела городом, царствами, землею. Он дал формулу «приступа», — «пролетарии всех стран — соединяйтесь», — «штурмующие колонны буржуазии — единитесь всемирно»... Но что же дальше? За штурмом? Победно знамена шумят…

    — Василий Розанов · книга
15. «

    Люди, хвалившиеся тем, что сделали революцию, всегда убеждались на другой день, что они не знали, что делали, — что сделанная революция совсем не похожа на ту, которую они хотели сделать.

    Люди, хвалившиеся тем, что сделали революцию, всегда убеждались на другой день, что они не знали, что делали, — что сделанная революция совсем не похожа на ту, которую они хотели сделать.

    — Фридрих Энгельс
16. «

    26 февраля. Пьяные, смешанные с полицией, солдаты стреляли в народ. 27-е. Разлился по блескам дул и лезвий рассвет. Рдел багрян и дОлог. В промозглой казарме суровый трезвый молился Волынский полк.

    26 февраля. Пьяные, смешанные с полицией, солдаты стреляли в народ. 27-е. Разлился по блескам дул и лезвий рассвет. Рдел багрян и дОлог. В промозглой казарме суровый трезвый молился Волынский полк.

    — Владимир Маяковский
17. «

    ... Опыт всех революций учит, что забивание «осиного кола» в деятелей предшествующего режима — занятие настолько заразительное и увлекательное, приятно возбуждающее такие глубинные зоны коллективного подсознания, что когда список главарей, их пособников и просто рядовых исполнителей преступного режима исчерпан, остановиться, оказывается, нет никакой возможности. Революционерам ничего не остается, кроме как продолжать забивать «осиновый кол» теперь уже друг в друга. Ни на что другое, как правило, элементарно не хватает ни энергии, ни времени. Постпутинское правительство национального спасения просто не имеет права себе этого позволить. На руках у него будет наша с Вами гибнущая страна.

    ... Опыт всех революций учит, что забивание «осиного кола» в деятелей предшествующего режима — занятие настолько заразительное и увлекательное, приятно возбуждающее такие глубинные зоны коллективного подсознания, что когда список главарей, их пособников и просто рядовых исполнителей преступного режима исчерпан, остановиться, оказывается, нет никакой возможности. Революционерам ничего не остается, кроме как продолжать забивать «осиновый кол» теперь уже друг в друга. Ни на что другое, как правило, элементарно не хватает ни энергии, ни времени. Постпутинское правительство национального спасения просто не имеет права себе этого позволить. На руках у него будет наша с Вами гибнущая страна.

    — Андрей Пионтковский · книга
18. «

    Три понятия — Свобода, Равенство, Братство, вышедшие из духовного источника, — Французская революция свела к одной плоскости; это было материалистическим искажением и закономерно привело к социальному хаосу, в котором мы теперь находимся. Ибо эти три идеи принадлежат трем различным областям жизни: свобода — духовной жизни, равенство — государственно-правовой, братство — экономической.

    Три понятия — Свобода, Равенство, Братство, вышедшие из духовного источника, — Французская революция свела к одной плоскости; это было материалистическим искажением и закономерно привело к социальному хаосу, в котором мы теперь находимся. Ибо эти три идеи принадлежат трем различным областям жизни: свобода — духовной жизни, равенство — государственно-правовой, братство — экономической.

    — Маргарита Сабашникова · книга
19. «

    Бьёт набат, бьёт набат Интернационала, Пламя Октября в глазах бойца. Есть у Революции начало, Нет у Революции конца!

    Бьёт набат, бьёт набат Интернационала, Пламя Октября в глазах бойца. Есть у Революции начало, Нет у Революции конца!
20. «

    Проблемы […] материала, из которого делается политический лидер. Возьмите Бакунина, Кропоткина, возьмите всё то, чем была знаменита русская революция. Ведь она никогда не была еврейской. Ее начали Писарев, Чернышевский […].

    Проблемы […] материала, из которого делается политический лидер. Возьмите Бакунина, Кропоткина, возьмите всё то, чем была знаменита русская революция. Ведь она никогда не была еврейской. Ее начали Писарев, Чернышевский […].

    — Александр Невзоров