77 фраз, которые всё говорят о «Россию со смыслом»

Тема «Россию со смыслом» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 77 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Простое правило для российского гражданина: во всех международных конфликтах, в которых участвует Россия — безошибочно принимай сторону России, независимо от того, кто Россию возглавляет в данный момент, и какая страна или страны ей противостоят. Руководствуйся мудростью: «Россия, — всё, остальное — ничто!» Те, кто позволяет себе принимать сторону врагов России — отпетые самые настоящие предатели Родины, без кавычек, из компании Иуды, полицаев, власовцев и другого подобного исторического сброда. Тут никаких сомнений не может быть.

   Простое правило для российского гражданина: во всех международных конфликтах, в которых участвует Россия — безошибочно принимай сторону России, независимо от того, кто Россию возглавляет в данный момент, и какая страна или страны ей противостоят. Руководствуйся мудростью: «Россия, — всё, остальное — ничто!» Те, кто позволяет себе принимать сторону врагов России — отпетые самые настоящие предатели Родины, без кавычек, из компании Иуды, полицаев, власовцев и другого подобного исторического сброда. Тут никаких сомнений не может быть.

   — Эдуард Лимонов
2. «

   Как хорошо в нашей России уже то, что четыре времени года в ней четыре самозамкнутые царства, каждое от другого отделенное и само в себе цельное. Есть счастливые страны, там, в Тихом океане, где только два времени года, весна и лето, и вся разность между ними в колебании температуры на два или на три градуса. Действительно ли это самые счастливые, совершенные страны? Вряд ли. Там не знают, что такое белый цвет и беспредельная тишь лесов и полей, завороженных снегом и льдом. И там нет ожидания весны, потому что она всегда, нет святыни томленья о ней и первой радости потеплевшего предвесеннего ветерка, нашептывающего о таинстве воскресения, о счастье необманного свидания.

   Как хорошо в нашей России уже то, что четыре времени года в ней четыре самозамкнутые царства, каждое от другого отделенное и само в себе цельное. Есть счастливые страны, там, в Тихом океане, где только два времени года, весна и лето, и вся разность между ними в колебании температуры на два или на три градуса. Действительно ли это самые счастливые, совершенные страны? Вряд ли. Там не знают, что такое белый цвет и беспредельная тишь лесов и полей, завороженных снегом и льдом. И там нет ожидания весны, потому что она всегда, нет святыни томленья о ней и первой радости потеплевшего предвесеннего ветерка, нашептывающего о таинстве воскресения, о счастье необманного свидания.

   — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
3. «

   Существует характерный рассказ о поведении крестьянина, который сам признал, что государственная власть, встречая человека своевольного, должна бывает принудить его к порядку строгими, даже иногда деспотическими мерами. В Петербурге весной таял лед на Неве, и переходить через реку по льду стало опасно. Градоначальник распорядился поставить полицейских на берегу Невы и запрещать переход по льду. Какой‑то крестьянин, несмотря на крики городового, пошел по льду, провалился и стал тонуть. Городовой спас его от гибели, а крестьянин вместо благодарности стал упрекать его: «Чего смотрите?» Городовой говорит ему: «Я же тебе кричал». — «Кричал! Надо было в морду дать!»

   Существует характерный рассказ о поведении крестьянина, который сам признал, что государственная власть, встречая человека своевольного, должна бывает принудить его к порядку строгими, даже иногда деспотическими мерами. В Петербурге весной таял лед на Неве, и переходить через реку по льду стало опасно. Градоначальник распорядился поставить полицейских на берегу Невы и запрещать переход по льду. Какой‑то крестьянин, несмотря на крики городового, пошел по льду, провалился и стал тонуть. Городовой спас его от гибели, а крестьянин вместо благодарности стал упрекать его: «Чего смотрите?» Городовой говорит ему: «Я же тебе кричал». — «Кричал! Надо было в морду дать!»

   — Николай Онуфриевич Лосский · книга
4. «

   Несколько сражений в восточной Пруссии заставили Фридриха сказать: «Русского солдата мало убить, его нужно ещё и повалить». И русские солдаты почти полностью уничтожили его армию.

   Несколько сражений в восточной Пруссии заставили Фридриха сказать: «Русского солдата мало убить, его нужно ещё и повалить». И русские солдаты почти полностью уничтожили его армию.

   — Фридрих II · сериал
5. «

   Русское дело всегда выглядит обреченно, потому что на стороне делателей лишь вера в свою правоту и личное мужество, а на стороне наших противников, которых всегда больше, все возможные выгоды. Потому вера в русскую победу по своей сути сродни франковскому «скорбному неверию».

   Русское дело всегда выглядит обреченно, потому что на стороне делателей лишь вера в свою правоту и личное мужество, а на стороне наших противников, которых всегда больше, все возможные выгоды. Потому вера в русскую победу по своей сути сродни франковскому «скорбному неверию».

   — Иван Сергеевич Аксаков
6. «

   Цесаревич Александр Александрович в шутку называл себя философом. Но это не было шуткою — он действительно был философом, в смысле такого им добытого мировоззрения и таких особенностей его духовного существа, которые позволяли ему, во-первых, жить отдельною от других жизнью и не испытывать влияния людей в той степени, в какой обыкновенно испытывает большая часть людей, а тем паче, влияния придворной людской среды.

   Цесаревич Александр Александрович в шутку называл себя философом. Но это не было шуткою — он действительно был философом, в смысле такого им добытого мировоззрения и таких особенностей его духовного существа, которые позволяли ему, во-первых, жить отдельною от других жизнью и не испытывать влияния людей в той степени, в какой обыкновенно испытывает большая часть людей, а тем паче, влияния придворной людской среды.

   — Александр III · книга
7. «

   Можно сказать, что, сколько мужья выпили водки, столько их жены и дети пролили слез.

   Можно сказать, что, сколько мужья выпили водки, столько их жены и дети пролили слез.

   — Николай Александрович Семашко
8. «

   Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный, безобразный сон: В крови до пят, мы бьемся с мертвецами, Воскресшими для новых похорон.

   Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный, безобразный сон: В крови до пят, мы бьемся с мертвецами, Воскресшими для новых похорон.

   — Фёдор Иванович Тютчев
9. «

   Россия — государство земледельческое, русский народ — земледелец, русский интеллигент должен внести свет в русское земледелие, а внести свет он может только тогда, когда будет сам работать на земле.

   Россия — государство земледельческое, русский народ — земледелец, русский интеллигент должен внести свет в русское земледелие, а внести свет он может только тогда, когда будет сам работать на земле.

   — Александр Энгельгардт · книга
10. «

    Сколько лет вашему Союзу? Россия никуда не делась, тысячу лет была и будет!

    Сколько лет вашему Союзу? Россия никуда не делась, тысячу лет была и будет!

    — Колхозный счетовод Мачихин · фильм
11. «

    Позабылися родные дали, Долу пал тусменный смелый взгляд. Продали гордыню и устали Те сердца, что не вернуть назад.

    Позабылися родные дали, Долу пал тусменный смелый взгляд. Продали гордыню и устали Те сердца, что не вернуть назад.

    — Надежда Жаглей
12. «

    — Что ж, по-твоему, военные вовсе не нужны? — Отчего же, нужны. Когда супостат напал и требуется отечество защищать. Но ничего другого им доверять нельзя! Никакого гражданского и тем более духовного дела! А у нас ведь в России военным чего только не поручают!

    — Что ж, по-твоему, военные вовсе не нужны? — Отчего же, нужны. Когда супостат напал и требуется отечество защищать. Но ничего другого им доверять нельзя! Никакого гражданского и тем более духовного дела! А у нас ведь в России военным чего только не поручают!

    — Борис Акунин · книга
13. «

    Автор книги, Вячеслав Никонов, — потомственный политик, политик в третьем поколении, буквально с молоком матери впитавший политическую атмосферу нескольких эпох. Что для нашей страны невероятная редкость. В условиях нескольких волн жесточайших репрессий в отношении представителей национальной элиты сохранить право на выбор, сохранить преемственность, не растерять вкус к политике, а при этом еще и иметь достаточную человеческую волю и характер, чтобы пройти по грани потрясений девяностых и остаться на гребне общественного спроса! Вызывает уважение. В итоге мы имеем оригинальный публицистический труд: энциклопедию современности в жанре расследования. Получилось познавательно, увлекательно и драматично. Максимально фактографично и взвешенно. Порой весьма драматично, особенно в части разрушения стереотипов о прошлом нашей страны. Что, разумеется, дает новые знания, расширяющие кругозор, то есть мир.

    Автор книги, Вячеслав Никонов, — потомственный политик, политик в третьем поколении, буквально с молоком матери впитавший политическую атмосферу нескольких эпох. Что для нашей страны невероятная редкость. В условиях нескольких волн жесточайших репрессий в отношении представителей национальной элиты сохранить право на выбор, сохранить преемственность, не растерять вкус к политике, а при этом еще и иметь достаточную человеческую волю и характер, чтобы пройти по грани потрясений девяностых и остаться на гребне общественного спроса! Вызывает уважение. В итоге мы имеем оригинальный публицистический труд: энциклопедию современности в жанре расследования. Получилось познавательно, увлекательно и драматично. Максимально фактографично и взвешенно. Порой весьма драматично, особенно в части разрушения стереотипов о прошлом нашей страны. Что, разумеется, дает новые знания, расширяющие кругозор, то есть мир.

    — Вячеслав Никонов · книга
14. «

    Судьбы России важнее судеб эмиграции.

    Судьбы России важнее судеб эмиграции.

    — Антон Иванович Деникин
15. «

    Честный к себе человек — не требует от других подвигов. «Хочешь быть Героем? Стань!» — это очень точная черта той интеллигенции, про которою мы говорим в Лучших ее качествах, которая была в России.

    Честный к себе человек — не требует от других подвигов. «Хочешь быть Героем? Стань!» — это очень точная черта той интеллигенции, про которою мы говорим в Лучших ее качествах, которая была в России.

    — Павел Чухрай
16. «

    А теперь — про моё видение великой России. Я считаю, что Крым — это полумера. На самом деле нам надо раздвигать границы России. Как минимум до пространства традиционно русского мира. Я не боюсь никаких обвинений в имперскости. Я считаю, что мы находимся в ситуации временного исторического поражения, которое произошло в 1991 году. Когда мы отдали больше половины собственной страны. И это никуда не годится. Есть территории, исконно принадлежащие нашей стране, нашему народу, нашей культуре. И второе — есть проблема безопасности. Если бы Запад по-другому повёл себя после распада Советского Союза, сейчас была бы возможность реализации более счастливого мира. Если бы после распада Советского Союза мы бы увидели большое количество новых суверенных государств, а не расширение НАТО на восток, я вас уверяю, что мир был бы другим.

    А теперь — про моё видение великой России. Я считаю, что Крым — это полумера. На самом деле нам надо раздвигать границы России. Как минимум до пространства традиционно русского мира. Я не боюсь никаких обвинений в имперскости. Я считаю, что мы находимся в ситуации временного исторического поражения, которое произошло в 1991 году. Когда мы отдали больше половины собственной страны. И это никуда не годится. Есть территории, исконно принадлежащие нашей стране, нашему народу, нашей культуре. И второе — есть проблема безопасности. Если бы Запад по-другому повёл себя после распада Советского Союза, сейчас была бы возможность реализации более счастливого мира. Если бы после распада Советского Союза мы бы увидели большое количество новых суверенных государств, а не расширение НАТО на восток, я вас уверяю, что мир был бы другим.

    — Сергей Александрович Михеев
17. «

    Вы, генерал, верно приехали посмотреть, как мы умираем? Обрадуйте вашего государя, его желание исполнилось — мы умираем в мучениях. Умираю в мучениях, но я счастлив, что дважды умираю за Отечество!

    Вы, генерал, верно приехали посмотреть, как мы умираем? Обрадуйте вашего государя, его желание исполнилось — мы умираем в мучениях. Умираю в мучениях, но я счастлив, что дважды умираю за Отечество!

    — Кондратий Рылеев · фильм
18. «

    Правда, в последнее время они что-то даже поняли. Они поняли, ...что нас много, ...что мы...понимаем все европейские идеи, а...они наших русских идей...не поймут.

    Правда, в последнее время они что-то даже поняли. Они поняли, ...что нас много, ...что мы...понимаем все европейские идеи, а...они наших русских идей...не поймут.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
19. «

    Если бы жил он дольше, может быть явил бы бессмертные и великие образы души русской, уже понятные нашим европейским братьям, привлек бы их к нам гораздо более и ближе, чем теперь, может быть, успел бы им разъяснить всю правду стремлений наших, и они уже более понимали бы нас, чем теперь, стали бы нас предугадывать, перестали бы на нас смотреть столь недоверчиво и высокомерно, как теперь еще смотрят. Жил бы Пушкин долее, так и между нами было бы, может быть, менее недоразумений и споров, чем видим теперь. Но бог судил иначе. Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собой в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем.

    Если бы жил он дольше, может быть явил бы бессмертные и великие образы души русской, уже понятные нашим европейским братьям, привлек бы их к нам гораздо более и ближе, чем теперь, может быть, успел бы им разъяснить всю правду стремлений наших, и они уже более понимали бы нас, чем теперь, стали бы нас предугадывать, перестали бы на нас смотреть столь недоверчиво и высокомерно, как теперь еще смотрят. Жил бы Пушкин долее, так и между нами было бы, может быть, менее недоразумений и споров, чем видим теперь. Но бог судил иначе. Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собой в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем.

    — Фёдор Михайлович Достоевский
20. «

    — Прощайте, мадмуазель Полина. Всё к лучшему... Судьба избавила Вас от жестокой участи судьбы каторжника... — Вы — безумец. Я почла бы за счастье зваться «женой отверженног», если бы это облегчило Ваши страдания.

    — Прощайте, мадмуазель Полина. Всё к лучшему... Судьба избавила Вас от жестокой участи судьбы каторжника... — Вы — безумец. Я почла бы за счастье зваться «женой отверженног», если бы это облегчило Ваши страдания.

    — Полина Гёбль · фильм