134 цитаты про «Жизненные цитаты про россию» от великих людей

Тема «Жизненные цитаты про россию» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 134 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   У нас вокруг одни тут братские народы, Они не знают, но мы их уведомим. А в лифте гадят иностранные агенты, Ну ничего мы скоро их разоблачим.

   У нас вокруг одни тут братские народы, Они не знают, но мы их уведомим. А в лифте гадят иностранные агенты, Ну ничего мы скоро их разоблачим.
2. «

   В вашем доме деньги — это главное, это основа всего. Здесь, уверяю вас, все не так. В России важны только привилегии, близость к власти. Все остальное является второстепенным. Так было при царе, а в коммунистические годы тем более. Советская система была основана на статусе. Деньги не имели значения. В обращении их было немного, и в любом случае это было бесполезно : никому бы и в голову не пришло оценивать человека по деньгам, которыми он владел. Если вместо того, чтобы получить дачу от Партии, ты купил ее – мы могли бы это сделать даже тогда, – это означало, что ты не был уверен, что ты достаточно важен, чтобы тебе ее предложили. Что имело значение, так это статус, а не наличные. Конечно, это была ловушка. Привилегия-это противоположность свободе, скорее форма рабства.

   В вашем доме деньги — это главное, это основа всего. Здесь, уверяю вас, все не так. В России важны только привилегии, близость к власти. Все остальное является второстепенным. Так было при царе, а в коммунистические годы тем более. Советская система была основана на статусе. Деньги не имели значения. В обращении их было немного, и в любом случае это было бесполезно : никому бы и в голову не пришло оценивать человека по деньгам, которыми он владел. Если вместо того, чтобы получить дачу от Партии, ты купил ее – мы могли бы это сделать даже тогда, – это означало, что ты не был уверен, что ты достаточно важен, чтобы тебе ее предложили. Что имело значение, так это статус, а не наличные. Конечно, это была ловушка. Привилегия-это противоположность свободе, скорее форма рабства.

   — Джулиано да Эмполи · книга
3. «

   Потеряла Россия в России Россию. Она ищет себя, как иголку в стогу, как слепая старуха, бессмысленно руки раскинув, с причитаньями ищет бурёнку свою на лугу. Мы сжигали иконы свои. Мы не верили собственным книгам. Мы умели сражаться лишь с пришлой бедой. Неужели не выжили мы лишь под собственным игом, сами став для себя хуже, чем чужеземной ордой?

   Потеряла Россия в России Россию. Она ищет себя, как иголку в стогу, как слепая старуха, бессмысленно руки раскинув, с причитаньями ищет бурёнку свою на лугу. Мы сжигали иконы свои. Мы не верили собственным книгам. Мы умели сражаться лишь с пришлой бедой. Неужели не выжили мы лишь под собственным игом, сами став для себя хуже, чем чужеземной ордой?

   — Евгений Евтушенко
4. «

   Я родился – доселе не верится – в лабиринте фабричных дворов в той стране голубиной, что делится тыщу лет на ментов и воров.

   Я родился – доселе не верится – в лабиринте фабричных дворов в той стране голубиной, что делится тыщу лет на ментов и воров.

   — Борис Рыжий
5. «

   В России всюду забор, но у нас нет заборов без дырок.

   В России всюду забор, но у нас нет заборов без дырок.
6. «

   У нас ведь есть только 3 непререкаемых авторитета: Христос, Пушкин и Высоцкий.

   У нас ведь есть только 3 непререкаемых авторитета: Христос, Пушкин и Высоцкий.

   — Дмитрий Дибров
7. «

   Когда кругом тебя мусор, то и в душе мусор. А с грязной душой чисто не проживёшь.

   Когда кругом тебя мусор, то и в душе мусор. А с грязной душой чисто не проживёшь.

   — Святослав Логинов · книга
8. «

   Во всем городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги; жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30—40 копеек. А те, которые взяток не брали, как, например, чины судебного ведомства, были надменны, подавали два пальца, отличались холодностью и узостью суждений, играли много в карты, много пили, женились на богатых и, несомненно, имели на среду вредное, развращающее влияние. Лишь от одних девушек веяло нравственного чистотой; у большинства из них были высокие стремления, честные, чистые души; но они не понимали жизни и верили, что взятки даются из уважения к душевным качествам, и, выйдя замуж, скоро старились, опускались и безнадежно тонули в тине пошлого, мещанского существования.

   Во всем городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги; жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30—40 копеек. А те, которые взяток не брали, как, например, чины судебного ведомства, были надменны, подавали два пальца, отличались холодностью и узостью суждений, играли много в карты, много пили, женились на богатых и, несомненно, имели на среду вредное, развращающее влияние. Лишь от одних девушек веяло нравственного чистотой; у большинства из них были высокие стремления, честные, чистые души; но они не понимали жизни и верили, что взятки даются из уважения к душевным качествам, и, выйдя замуж, скоро старились, опускались и безнадежно тонули в тине пошлого, мещанского существования.

   — Антон Павлович Чехов · книга
9. «

   Я не знаю, кого вы называете интеллигенцией. Понимаете, есть люди, которые привыкли быть в вечной оппозиции. Они жили так, когда в стране были сложные годы. Но сегодня... Я всё время не могу понять: в оппозиции кому или чему они живут?! Знаю многих французов, которым не нравится жить во Франции. Они встали и уехали в другую страну.

   Я не знаю, кого вы называете интеллигенцией. Понимаете, есть люди, которые привыкли быть в вечной оппозиции. Они жили так, когда в стране были сложные годы. Но сегодня... Я всё время не могу понять: в оппозиции кому или чему они живут?! Знаю многих французов, которым не нравится жить во Франции. Они встали и уехали в другую страну.

   — Николай Цискаридзе
10. «

    Нынешнее устройство общества защищают те, кто после развала Союза стал жить лучше. Те, кто стал жить хуже, выступают за Союз. Вот и вся правда. А поскольку большинство живёт хуже, оно и готово вернуть всё назад.

    Нынешнее устройство общества защищают те, кто после развала Союза стал жить лучше. Те, кто стал жить хуже, выступают за Союз. Вот и вся правда. А поскольку большинство живёт хуже, оно и готово вернуть всё назад.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    — А-а, — в его глазах забрезжило понимание, — ты не англоязычная. — Россия, — призналась я. — Россия? Водка, балалайка, медведи? Парень решил блеснуть эрудицией. Зря. — Не забудь еще матрешек и клюкву, — посоветовала я сквозь зубы. Почему у всех одна и та же реакция? Пьяные медведи в ушанках танцуют балет на вечно заснеженных улицах. Тьфу.

    — А-а, — в его глазах забрезжило понимание, — ты не англоязычная. — Россия, — призналась я. — Россия? Водка, балалайка, медведи? Парень решил блеснуть эрудицией. Зря. — Не забудь еще матрешек и клюкву, — посоветовала я сквозь зубы. Почему у всех одна и та же реакция? Пьяные медведи в ушанках танцуют балет на вечно заснеженных улицах. Тьфу.

    — Алиса Дорн · книга
12. «

    Всё приходит на круги своя! По-видимому, Россия по-прежнему держится на честных… дураках.

    Всё приходит на круги своя! По-видимому, Россия по-прежнему держится на честных… дураках.

    — Василий Фёдорович Лядащев · фильм
13. «

    Грешить бесстыдно, непробудно, Счет потерять ночам и дням, И, с головой от хмеля трудной, Пройти сторонкой в божий храм.

    Грешить бесстыдно, непробудно, Счет потерять ночам и дням, И, с головой от хмеля трудной, Пройти сторонкой в божий храм.

    — Александр Александрович Блок
14. «

    Чует сердце: скоро, скоро в России закончится время дураков — и начнется время других дураков.

    Чует сердце: скоро, скоро в России закончится время дураков — и начнется время других дураков.

    — Виктор Пелевин · книга
15. «

    Жизнь страны менялась с каждым столетием. Менялась одежда, совершенствовалось оружие, и были усмирены картофельные бунты, люди научились брить бороды. Полетел первый воздушный шар. Были изобретены железные близнецы – пароход и паровоз. Затрубили автомашины. А дорога осталась такой же, какой она была при Соловье-разбойнике.

    Жизнь страны менялась с каждым столетием. Менялась одежда, совершенствовалось оружие, и были усмирены картофельные бунты, люди научились брить бороды. Полетел первый воздушный шар. Были изобретены железные близнецы – пароход и паровоз. Затрубили автомашины. А дорога осталась такой же, какой она была при Соловье-разбойнике.

    — Илья Ильф · книга
16. «

    В этой стpане ничего не поймешь: Гpозного пpощает и pастеpзывает Отpепьева; семьсот лет ведет неудачные войны и покоpяет наpодов больше, чем Римская Импеpия; не умеет делать каких-то «фузей» и воздвигает на болоте гоpод, пpекpаснейший в миpе.

    В этой стpане ничего не поймешь: Гpозного пpощает и pастеpзывает Отpепьева; семьсот лет ведет неудачные войны и покоpяет наpодов больше, чем Римская Импеpия; не умеет делать каких-то «фузей» и воздвигает на болоте гоpод, пpекpаснейший в миpе.

    — Анатолий Мариенгоф · книга
17. «

    Святая Русь — страна деревянная, нищая и… опасная, страна тщеславных нищих в высших слоях своих, а в огромном большинстве живет в избушках на курьих ножках.

    Святая Русь — страна деревянная, нищая и… опасная, страна тщеславных нищих в высших слоях своих, а в огромном большинстве живет в избушках на курьих ножках.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
18. «

    По тюрьмам да по кабинетам рассажен, Один — за доверие, второй — за мотивы, И смотрит в призму замочных скважин Народ на страны этой дивное диво.

    По тюрьмам да по кабинетам рассажен, Один — за доверие, второй — за мотивы, И смотрит в призму замочных скважин Народ на страны этой дивное диво.
19. «

    В остальном жизнь в стране опять понеслась «положительная» – так у нас теперь все по-советски происходит, когда ничто не должно сильно печалить гражданина, толпа не должна задумываться о несовершенстве разворачивающейся перед ее глазами реальной действительности…

    В остальном жизнь в стране опять понеслась «положительная» – так у нас теперь все по-советски происходит, когда ничто не должно сильно печалить гражданина, толпа не должна задумываться о несовершенстве разворачивающейся перед ее глазами реальной действительности…

    — Анна Политковская · книга
20. «

    Богоспасаемое отечество наше пока что затронуто феминизмом совсем незначительно. Мы опять то ли отстаём от всех, то ли, наоборот, всех опережаем. Эта неопределённость подсказывает нам единственно возможную стратегию поведения на случай восстания женщин. Стратегию Кунктатора и Барклая — медлить и уклоняться. Не принимать навязываемый бой. И ещё — любить.

    Богоспасаемое отечество наше пока что затронуто феминизмом совсем незначительно. Мы опять то ли отстаём от всех, то ли, наоборот, всех опережаем. Эта неопределённость подсказывает нам единственно возможную стратегию поведения на случай восстания женщин. Стратегию Кунктатора и Барклая — медлить и уклоняться. Не принимать навязываемый бой. И ещё — любить.

    — Владислав Сурков