157 цитат на тему «самоконтроль»

Собрали 157 цитат на тему «самоконтроль» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Поразительные эксперименты, проведенные психологом Роем Баумейстером и его коллегами, убедительно показывают, что все виды произвольных усилий – когнитивных, эмоциональных или физических – хотя бы частично используют общий резерв мысленной энергии. В экспериментах Баумейстера задания выполнялись не одновременно, а последовательно. При этом отмечалось, что усилия воли или самоконтроль утомляют: если заставить себя что-то делать, то к следующему заданию желание контролировать себя затрудняется или снижается. Это явление получило название истощение эго.

   Поразительные эксперименты, проведенные психологом Роем Баумейстером и его коллегами, убедительно показывают, что все виды произвольных усилий – когнитивных, эмоциональных или физических – хотя бы частично используют общий резерв мысленной энергии. В экспериментах Баумейстера задания выполнялись не одновременно, а последовательно. При этом отмечалось, что усилия воли или самоконтроль утомляют: если заставить себя что-то делать, то к следующему заданию желание контролировать себя затрудняется или снижается. Это явление получило название истощение эго.

   — Даниэль Канеман · книга
2. «

   Подчините себе ваши страсти, и их сила станет вашей силой, их величие — вашей красотой.

   Подчините себе ваши страсти, и их сила станет вашей силой, их величие — вашей красотой.

   — Анатоль Франс
3. «

   Если хочешь быть безмятежным в минуту волнений, прежде научись владеть собой в час покоя. Если хочешь быть невозмутимым среди суеты, прежде научись воздавать должное Истинному Господину в минуты праздности.

   Если хочешь быть безмятежным в минуту волнений, прежде научись владеть собой в час покоя. Если хочешь быть невозмутимым среди суеты, прежде научись воздавать должное Истинному Господину в минуты праздности.

   — Хун Цзычен
4. «

   Прошло достаточно времени, чтобы я смирилась с тем, что со мною случилось. На моем теле остались шрамы, но я не позволяю им управлять собой.

   Прошло достаточно времени, чтобы я смирилась с тем, что со мною случилось. На моем теле остались шрамы, но я не позволяю им управлять собой.

   — Александра Хоукинз · книга
5. «

   Тоби, это Эрнест. Поскольку в обозримом будущем мы будем с тобой в одном отряде, хочу тебе кое-что рассказать о себе. Как ты знаешь, авианты бывают самых разных форм и размеров, но нас, пернатых, обычно делят на две категории: летающих и бескрылых. Это разделение существует испокон веков, и я, твой бескрылый собрат по несчастью, страдал от него, едва вылупился на свет. Я гляжу, тебе это тоже доставило немало мучений. Но вот что я скажу тебе, боец. Мы, бескрылые, вырезаны из прочного дерева. Мы как ломовые лошади — стараемся за двоих, вертимся за двоих и вдвое умнее, чем наши летающие собратья. Или птицы? Да, мы как ломовые птицы! Вот от чего у этого старого вояки пригорает под задом с тех пор, как он попал на службу. И я вижу это пламя в тебе, пацан. Под задницей! И в сердце! Но солдат должен покорить это пламя, Тоби. Возьми его в свои руки... то есть, плавники. У тебя есть плавники, так что держи его в своих плавниках и преврати в нечто большее! Плевать, что ты не умеешь летать! У тебя есть двигатель, который круче всяких крыльев! Двигатель, на котором ты с воплями улетишь в стратосферу! Знаешь, что это? То самое пламя! Я сильно перегнул палку с метафорой, но ты же понимаешь о чём я, да? Слушай, Тоби. Придурки вроде Бенедикта всегда будут править небом. Ну и пусть! В них нет нашего запала, нет пламени. А ты не вздумай потерять его! И если потеряешь, я лично вколочу его тебе обратно. Думаешь, я шучу? Хочешь проверить? Сомневаюсь.

   Тоби, это Эрнест. Поскольку в обозримом будущем мы будем с тобой в одном отряде, хочу тебе кое-что рассказать о себе. Как ты знаешь, авианты бывают самых разных форм и размеров, но нас, пернатых, обычно делят на две категории: летающих и бескрылых. Это разделение существует испокон веков, и я, твой бескрылый собрат по несчастью, страдал от него, едва вылупился на свет. Я гляжу, тебе это тоже доставило немало мучений. Но вот что я скажу тебе, боец. Мы, бескрылые, вырезаны из прочного дерева. Мы как ломовые лошади — стараемся за двоих, вертимся за двоих и вдвое умнее, чем наши летающие собратья. Или птицы? Да, мы как ломовые птицы! Вот от чего у этого старого вояки пригорает под задом с тех пор, как он попал на службу. И я вижу это пламя в тебе, пацан. Под задницей! И в сердце! Но солдат должен покорить это пламя, Тоби. Возьми его в свои руки... то есть, плавники. У тебя есть плавники, так что держи его в своих плавниках и преврати в нечто большее! Плевать, что ты не умеешь летать! У тебя есть двигатель, который круче всяких крыльев! Двигатель, на котором ты с воплями улетишь в стратосферу! Знаешь, что это? То самое пламя! Я сильно перегнул палку с метафорой, но ты же понимаешь о чём я, да? Слушай, Тоби. Придурки вроде Бенедикта всегда будут править небом. Ну и пусть! В них нет нашего запала, нет пламени. А ты не вздумай потерять его! И если потеряешь, я лично вколочу его тебе обратно. Думаешь, я шучу? Хочешь проверить? Сомневаюсь.

   — Эрнест Игрин (Ernest Igrin) · игра
6. «

   Неумеющий управлять собой не способен управлять другими людьми.

   Неумеющий управлять собой не способен управлять другими людьми.

   — Сандей Аделаджа
7. «

   Человек лучше всего следит за собой тогда, когда другие следят за ним тоже.

   Человек лучше всего следит за собой тогда, когда другие следят за ним тоже.

   — Джордж Сэвил Галифакс
8. «

   Я свято верила в то, что самодисциплина даёт ответы на все вопросы и подсказывает выход из любой ситуации. Я верила, что самодисциплина была ключом и к красоте тоже.

   Я свято верила в то, что самодисциплина даёт ответы на все вопросы и подсказывает выход из любой ситуации. Я верила, что самодисциплина была ключом и к красоте тоже.

   — Минеко Ивасаки · книга
9. «

   В начале сложного, особенно – сложного одиночного восхождения, постоянно чувствуешь, как бездна тянет тебя назад. Чтобы противиться ей, требуются невероятные сознательные усилия, ты не смеешь терять бдительность ни на мгновение. Песня сирен, звенящая из пустоты, доводит тебя до грани, делает твои движения отрывистыми и неловкими. Но ты продолжаешь двигаться вверх, и постепенно привыкаешь к беззащитности, прикосновению рока, начинаешь верить в надежность своих рук, и ног, и головы. Ты учишься доверять самоконтролю.

   В начале сложного, особенно – сложного одиночного восхождения, постоянно чувствуешь, как бездна тянет тебя назад. Чтобы противиться ей, требуются невероятные сознательные усилия, ты не смеешь терять бдительность ни на мгновение. Песня сирен, звенящая из пустоты, доводит тебя до грани, делает твои движения отрывистыми и неловкими. Но ты продолжаешь двигаться вверх, и постепенно привыкаешь к беззащитности, прикосновению рока, начинаешь верить в надежность своих рук, и ног, и головы. Ты учишься доверять самоконтролю.

   — Джон Кракауэр · книга
10. «

    Пока Вы не сможете управлять своим временем, вы не сможете управлять ничем другим.

    Пока Вы не сможете управлять своим временем, вы не сможете управлять ничем другим.

    — Питер Друкер
11. «

    — Ты колеблешься. Сдерживаешь себя. И не наносишь смертельные удары. — Как и ты.

    — Ты колеблешься. Сдерживаешь себя. И не наносишь смертельные удары. — Как и ты.

    — Брюс Уэйн (Бэтмен)
12. «

    Когда гнев или какой-либо иной подобного рода аффект овладевает индивидом, решение последнего неминуемо становится негодным.

    Когда гнев или какой-либо иной подобного рода аффект овладевает индивидом, решение последнего неминуемо становится негодным.

    — Персидские пословицы и поговорки
13. «

    Когда человек берёт на себя серьёзный риск, ему необходима внутренняя дисциплина.

    Когда человек берёт на себя серьёзный риск, ему необходима внутренняя дисциплина.

    — Джордж Сорос
14. «

    Мы не можем контролировать то, что с нами происходит, однако можем контролировать свою реакцию на происходящее.

    Мы не можем контролировать то, что с нами происходит, однако можем контролировать свою реакцию на происходящее.

    — Ник Вуйчич · книга
15. «

    Мне в Освенциме говорили, что я — недочеловек, что я — раковая опухоль на теле человечества. И вот я всё ещё здесь, потому что я отказывалась к этому прислушиваться. Меня же нельзя заставить думать так, а не иначе, меня нельзя заставить испытывать те или иные чувства, которые я не хочу в себя пускать. И в этом ключ к восстановлению контроля над собственной жизнью, в этом ключ к возможности переписать тот сценарий, который тебе кто-то навязывает.

    Мне в Освенциме говорили, что я — недочеловек, что я — раковая опухоль на теле человечества. И вот я всё ещё здесь, потому что я отказывалась к этому прислушиваться. Меня же нельзя заставить думать так, а не иначе, меня нельзя заставить испытывать те или иные чувства, которые я не хочу в себя пускать. И в этом ключ к восстановлению контроля над собственной жизнью, в этом ключ к возможности переписать тот сценарий, который тебе кто-то навязывает.

    — Эдит Ева Эгер
16. «

    Самоконтроль – способность человека, основанная на соответствующих знаниях и чувстве ответственности, управлять мыслями, что в свою очередь позволяет надёжно контролировать эмоции, действия и поведение.

    Самоконтроль – способность человека, основанная на соответствующих знаниях и чувстве ответственности, управлять мыслями, что в свою очередь позволяет надёжно контролировать эмоции, действия и поведение.
17. «

    И можно тихо сползти по горелой стерне, И у реки, срезав лодку, пытаться бежать, И быть единственным выжившим в этой войне, Но я плюю им в лицо, я говорю себе: «Встать!»

    И можно тихо сползти по горелой стерне, И у реки, срезав лодку, пытаться бежать, И быть единственным выжившим в этой войне, Но я плюю им в лицо, я говорю себе: «Встать!»
18. «

    If we can’t restrain the beast which dwells inside It will find it’s way somehow, somewhere in time.

    If we can’t restrain the beast which dwells inside It will find it’s way somehow, somewhere in time.
19. «

    Надо взять под контроль сознание и решить, что даже самые неприятные события вы проживете без особых тревог и волнений. Нужно научиться видеть позитив даже в негативе.

    Надо взять под контроль сознание и решить, что даже самые неприятные события вы проживете без особых тревог и волнений. Нужно научиться видеть позитив даже в негативе.

    — Рафаэлла Джордано · книга
20. «

    — Янг, если ты снова хочешь сказать, чтобы я остановилась, то лучше не начинай. — Я не хочу тебя останавливать. Только замедлить. — Время для нас — непозволительная роскошь, чтобы так его транжирить. — Да, не роскошь. Но необходимость... — Задержание Торчвика — вот реальная необходимость! — И мы уже дышим ему в спину. Но ты сперва присядь и послушай, что я хотела тебе сказать. — Ну? — Мы с Руби выросли на Патче — острове неподалёку от берегов Вэйла. Наши родители были охотниками. Отец преподавал в Сигнале, а мама бралась за заказы по всему королевству. Её звали Саммер Роуз. И она была супер-мамой: убивала монстров, пекла печеньки... Но однажды она так и не вернулась с миссии. Нам пришлось туго. Руби была расстроена, но я думаю, она тогда была слишком маленькой, чтобы понять, что произошло на самом деле. Папа тоже опустил руки. Прошло не мало времени, прежде чем я поняла почему: Саммер была не первой любовью, которую он потерял — лишь второй. Первой была моя мама. Он ничего мне не рассказывал, но я сама потом узнала, что они были в одной команде — Саммер, папа, моя мама и дядя Кроу. Она ушла от нас с папой, как только я родилась. Больше никто её не видел. — Почему она оставила тебя? — «Почему...» На этот вопрос я до сих пор не нашла ответа. Это было всё, о чём я могла думать. Я долго собирала информацию о ней отовсюду. Однажды я кое-что нашла. Думала, что это ключ к ответам на эти вопросы. Думала, это поможет найти мою маму. Я дождалась, когда папа уйдёт по делам, уложила Руби в тележку и потащила за собой. Мы шли часами. Ноги в мозолях и царапинах, усталость брала своё, но я не желала останавливаться. Я еле держалась на ногах, но меня это не волновало — мы дошли. И тогда я увидела их [Гримм]... Горящие красные глаза смотрели на нас — уставшую спящую малышку и её глупую старшую сестру, у которой не было сил даже позвать на помощь. Я буквально подала нас обоих им на серебряном блюдечке. Но, к счастью для нас, неподалёку был наш дядя Кроу... В ту ночь нас обоих чуть не погубило моё упрямство. — Янг, мне очень жаль... Я понимаю, что ты хочешь сказать, но в моём случае это не одно и то же! Я не ребёнок, и ищу не ответы, а... — Я сказала, что не хочу тебя останавливать. Я не могу. По сей день я хочу знать, почему моя мать нас бросила. Но после произошедшего я больше не дам этой цели контролировать меня. Мы ищем ответы, которые нам нужны, Блэйк. Но если мы угробим себя в процессе, разве они того стоят? — Ты не понимаешь! Только я могу это сделать! — Нет, это ты не понимаешь! Если Роман Торчвик войдёт в эту дверь, что ты сделаешь? — Поймаю его! — Нет, ты проиграешь. — Я могу его остановить. — Ты даже меня не можешь остановить!... Я не прошу тебя остановиться. Но, пожалуйста... возьми передышку. Если не для себя, то для тех, кому ты не безразлична.

    — Янг, если ты снова хочешь сказать, чтобы я остановилась, то лучше не начинай. — Я не хочу тебя останавливать. Только замедлить. — Время для нас — непозволительная роскошь, чтобы так его транжирить. — Да, не роскошь. Но необходимость... — Задержание Торчвика — вот реальная необходимость! — И мы уже дышим ему в спину. Но ты сперва присядь и послушай, что я хотела тебе сказать. — Ну? — Мы с Руби выросли на Патче — острове неподалёку от берегов Вэйла. Наши родители были охотниками. Отец преподавал в Сигнале, а мама бралась за заказы по всему королевству. Её звали Саммер Роуз. И она была супер-мамой: убивала монстров, пекла печеньки... Но однажды она так и не вернулась с миссии. Нам пришлось туго. Руби была расстроена, но я думаю, она тогда была слишком маленькой, чтобы понять, что произошло на самом деле. Папа тоже опустил руки. Прошло не мало времени, прежде чем я поняла почему: Саммер была не первой любовью, которую он потерял — лишь второй. Первой была моя мама. Он ничего мне не рассказывал, но я сама потом узнала, что они были в одной команде — Саммер, папа, моя мама и дядя Кроу. Она ушла от нас с папой, как только я родилась. Больше никто её не видел. — Почему она оставила тебя? — «Почему...» На этот вопрос я до сих пор не нашла ответа. Это было всё, о чём я могла думать. Я долго собирала информацию о ней отовсюду. Однажды я кое-что нашла. Думала, что это ключ к ответам на эти вопросы. Думала, это поможет найти мою маму. Я дождалась, когда папа уйдёт по делам, уложила Руби в тележку и потащила за собой. Мы шли часами. Ноги в мозолях и царапинах, усталость брала своё, но я не желала останавливаться. Я еле держалась на ногах, но меня это не волновало — мы дошли. И тогда я увидела их [Гримм]... Горящие красные глаза смотрели на нас — уставшую спящую малышку и её глупую старшую сестру, у которой не было сил даже позвать на помощь. Я буквально подала нас обоих им на серебряном блюдечке. Но, к счастью для нас, неподалёку был наш дядя Кроу... В ту ночь нас обоих чуть не погубило моё упрямство. — Янг, мне очень жаль... Я понимаю, что ты хочешь сказать, но в моём случае это не одно и то же! Я не ребёнок, и ищу не ответы, а... — Я сказала, что не хочу тебя останавливать. Я не могу. По сей день я хочу знать, почему моя мать нас бросила. Но после произошедшего я больше не дам этой цели контролировать меня. Мы ищем ответы, которые нам нужны, Блэйк. Но если мы угробим себя в процессе, разве они того стоят? — Ты не понимаешь! Только я могу это сделать! — Нет, это ты не понимаешь! Если Роман Торчвик войдёт в эту дверь, что ты сделаешь? — Поймаю его! — Нет, ты проиграешь. — Я могу его остановить. — Ты даже меня не можешь остановить!... Я не прошу тебя остановиться. Но, пожалуйста... возьми передышку. Если не для себя, то для тех, кому ты не безразлична.

    — Блэйк Белладонна (Blake Belladonna) · мультфильм