17 цитат про «Жизненные цитаты на тему «школа»», проверенных временем

Тема «Жизненные цитаты на тему «школа»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 17 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Быть самым маленьким в классе — это значит: вытирать доску, приносить мел, убирать маты в спортивном зале, складывать баскетбольные мячи в ряд на слишком высокую полку и, что всего хуже, на классных фотографиях сидеть одному в первом ряду по-турецки. Нет пределов унижению, когда учишься в школе.

   Быть самым маленьким в классе — это значит: вытирать доску, приносить мел, убирать маты в спортивном зале, складывать баскетбольные мячи в ряд на слишком высокую полку и, что всего хуже, на классных фотографиях сидеть одному в первом ряду по-турецки. Нет пределов унижению, когда учишься в школе.

   — Марк Леви · книга
2. «

   Мало у кого остаются приятные воспоминания о средней школе. Это эпоха политических интриг и столкновений амбиций, подпитываемых бушующими гормонами.

   Мало у кого остаются приятные воспоминания о средней школе. Это эпоха политических интриг и столкновений амбиций, подпитываемых бушующими гормонами.

   — Нора Робертс · книга
3. «

   Школа должна и учить, и воспитывать, но в первую очередь — социализировать. Это не услуга, и тот факт, что мы сейчас позиционируем образование как образовательную услугу, превращает нас всех в шлюх, которые должны накраситься, нравиться администрации, нравиться директору, нравиться родителям, а то пожалуются — и мне не поставят какие-нибудь баллы и не повысят зарплату и так далее. А образование, дорогие мои, это системообразующий институт нации. Это первое, что я хотел сказать. Именно школа делает нас гражданами этой страны и специалистами.

   Школа должна и учить, и воспитывать, но в первую очередь — социализировать. Это не услуга, и тот факт, что мы сейчас позиционируем образование как образовательную услугу, превращает нас всех в шлюх, которые должны накраситься, нравиться администрации, нравиться директору, нравиться родителям, а то пожалуются — и мне не поставят какие-нибудь баллы и не повысят зарплату и так далее. А образование, дорогие мои, это системообразующий институт нации. Это первое, что я хотел сказать. Именно школа делает нас гражданами этой страны и специалистами.

   — Сергей Рукшин
4. «

   Во многих рождается отвращение к учению оттого, что выговоры в устах иных учителей походят на явную ненависть.

   Во многих рождается отвращение к учению оттого, что выговоры в устах иных учителей походят на явную ненависть.

   — Марк Фабий Квинтилиан
5. «

   Ката, моя мама говорила, когда пойдешь в школу, не обязательно заводить 100 друзей. Заводи настоящих друзей, которые будут тебе 100 раз дороже, и даже если будет лишь один, то главное, чтоб он был тебе действительно дорог.

   Ката, моя мама говорила, когда пойдешь в школу, не обязательно заводить 100 друзей. Заводи настоящих друзей, которые будут тебе 100 раз дороже, и даже если будет лишь один, то главное, чтоб он был тебе действительно дорог.
6. «

   До 1961 года Ваня учился в средней школе № 1 города Авдеевки Донецкой области. Мама воспитывала его в истинном благочестии и глубокой церковности. «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского были его любимой книгой. Мария Ивановна очень почитала святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, духовные чада которого жили тогда в Авдеевке. Отцу Зосиме перешло много личных вещей святого праведного Иоанна Кронштадтского. Но главное, что он явился духовным наследником Всероссийского Батюшки. Святой праведный Иоанн Кронштадтский — один из самых почитаемых святых в основанной о. Зосимой обители.

   До 1961 года Ваня учился в средней школе № 1 города Авдеевки Донецкой области. Мама воспитывала его в истинном благочестии и глубокой церковности. «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского были его любимой книгой. Мария Ивановна очень почитала святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, духовные чада которого жили тогда в Авдеевке. Отцу Зосиме перешло много личных вещей святого праведного Иоанна Кронштадтского. Но главное, что он явился духовным наследником Всероссийского Батюшки. Святой праведный Иоанн Кронштадтский — один из самых почитаемых святых в основанной о. Зосимой обители.

   — Зосима (Сокур) · книга
7. «

   «Эпхеахахх!»-вылетело из моего набитого рта, я ощутила, как ягоды из пирожка застряли поперёк моего горла. Настя начала бить меня по спине. «Дыши-дыши!»-прокричала она. Я превратилась в сливу. Такую же сочную, садовую, лиловую. Из глаз текли слёзы и все было в тумане, хотя я и смотрела вперёд. Через секунду все растуманилось и оказалось, что я смотрю в упор на Макса, который как ошарашенный не отводил от меня глаз.

   «Эпхеахахх!»-вылетело из моего набитого рта, я ощутила, как ягоды из пирожка застряли поперёк моего горла. Настя начала бить меня по спине. «Дыши-дыши!»-прокричала она. Я превратилась в сливу. Такую же сочную, садовую, лиловую. Из глаз текли слёзы и все было в тумане, хотя я и смотрела вперёд. Через секунду все растуманилось и оказалось, что я смотрю в упор на Макса, который как ошарашенный не отводил от меня глаз.

   — Тамера Блэк · книга
8. «

   Вернуться в школу после отстранения на 2 недели, было как вернуться с войны.

   Вернуться в школу после отстранения на 2 недели, было как вернуться с войны.

   — Клэй Дженсен · сериал
9. «

   — Генри, напомни, почему ты не учишься в школе для одаренных? — Для моего психо-социального развития, мне полезно находится среди обычных сверстников.

   — Генри, напомни, почему ты не учишься в школе для одаренных? — Для моего психо-социального развития, мне полезно находится среди обычных сверстников.

   — Генри · фильм
10. «

    Я вновь пришел сюда и сам не верю. Вот класс, где я учился первый год. Сейчас решусь, сейчас открою двери. Захватит дух, и сердце упадет.

    Я вновь пришел сюда и сам не верю. Вот класс, где я учился первый год. Сейчас решусь, сейчас открою двери. Захватит дух, и сердце упадет.

    — Расул Гамзатов
11. «

    — Что безопасного в средней школе? — Ничего, это самая враждебная на свете среда.

    — Что безопасного в средней школе? — Ничего, это самая враждебная на свете среда.

    — Ив Бэрд · сериал
12. «

    — Вас не уважают. Это ты хочешь сказать? Может быть и так. Но чтобы вас уважали, уважайте других. — Это полная чушь. — Что? — Почему я должен вас уважать? Потому что вы учитель? Я вас не знаю. Откуда я знаю, что вы мне не врете в лицо? Откуда мне знать, что вы хороший человек. — Белые все время трубуют уважения, будто оно им причитается с рождения.

    — Вас не уважают. Это ты хочешь сказать? Может быть и так. Но чтобы вас уважали, уважайте других. — Это полная чушь. — Что? — Почему я должен вас уважать? Потому что вы учитель? Я вас не знаю. Откуда я знаю, что вы мне не врете в лицо? Откуда мне знать, что вы хороший человек. — Белые все время трубуют уважения, будто оно им причитается с рождения.

    — Эрин Грюэлл · фильм
13. «

    Мне нравилось учиться в школе, там все было понарошку. Нам давали книжки с красивыми картинками, тетради в линейку и клеточку. Это была такая игра – школа. Я играл в нее с удовольствием.

    Мне нравилось учиться в школе, там все было понарошку. Нам давали книжки с красивыми картинками, тетради в линейку и клеточку. Это была такая игра – школа. Я играл в нее с удовольствием.

    — Рубен Давид Гонсалес Гальего · книга
14. «

    А как хорош писатель Марк Лазаревич Галлай. Лётчиком экстра класса его тоже не назовёшь, но сколько он дал знаний в авиационной науке людям и в своих знаменитых книгах и в научных трудах. В школе лётчиков испытателей, на нашем курсе он преподавал “Методику лётных испытаний.” Истинное наслаждение получали мы слушая его лекции. Устные лекции. Александр Васильевич Федотов, тогда Саша, староста нашего курса старательно записывал все его лекции, которые потом были опубликованы отдельным изданием. Много было сказано о безопасности испытательных полётов…

    А как хорош писатель Марк Лазаревич Галлай. Лётчиком экстра класса его тоже не назовёшь, но сколько он дал знаний в авиационной науке людям и в своих знаменитых книгах и в научных трудах. В школе лётчиков испытателей, на нашем курсе он преподавал “Методику лётных испытаний.” Истинное наслаждение получали мы слушая его лекции. Устные лекции. Александр Васильевич Федотов, тогда Саша, староста нашего курса старательно записывал все его лекции, которые потом были опубликованы отдельным изданием. Много было сказано о безопасности испытательных полётов…

    — Евгений Александрович Горюнов
15. «

    Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

    Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

    — Николя Матье · книга
16. «

    Российская школа — это один сплошной урок безответственности. Длина его — от 8 до 11 лет. В советской школе дети еще чего-то боялись. В постсоветской царит абсолютная безнаказанность. Практически нет такого поступка, за которым следовало бы исключение из школы. Даже не знаю, что бы это могло быть: ограбление школьной кассы? Вряд ли...

    Российская школа — это один сплошной урок безответственности. Длина его — от 8 до 11 лет. В советской школе дети еще чего-то боялись. В постсоветской царит абсолютная безнаказанность. Практически нет такого поступка, за которым следовало бы исключение из школы. Даже не знаю, что бы это могло быть: ограбление школьной кассы? Вряд ли...

    — Александр Сергеевич Запесоцкий
17. «

    Так уж устроена школа. Самая важная вещь, которую мы там узнаем, заключается в том, что все самое важное мы узнаем не там.

    Так уж устроена школа. Самая важная вещь, которую мы там узнаем, заключается в том, что все самое важное мы узнаем не там.

    — Харуки Мураками · книга