16 цитат про «сироты», которые стоит перечитать

Собрали 16 цитат на тему «сироты» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Страшно и больно остаться круглой сиротой, а еще страшнее и больнее — остаться сиротою при родителях живых!

   Страшно и больно остаться круглой сиротой, а еще страшнее и больнее — остаться сиротою при родителях живых!
2. «

   — Что за рапорт? — Показания девочек. — С кем они говорили? — С кем же, кроме Бога. — Он им свидетель. — Есть Бог и есть Острые козырьки. Это Спарк Хилл, а мы в Смол Хит, мы гораздо ближе, чем Бог. — И мы слышали ужасные вещи. — У нас содержатся дети наихудшего сорта. Все они лгут, как дышат. — Наполовину черную девочку вы заставляли мыться другим мылом! — Мистер Шелби, ваши грехи стали легендой. — Наши грехи!? По сравнению с избиением детей кирпичами и шлангами, наши грехи!... Наши грехи — пыль! Черная девочка повесилась, боясь вашего гнева. — Я не вижу как... — Не видите!? Так наденьте их! Наденьте очки, или я выдавлю вам глаза. И не думайте, что меня что-то остановит или что я боюсь ваших молитв, ваших крестов. — Ваш мир дал трещину, как у тех избитых детей.

   — Что за рапорт? — Показания девочек. — С кем они говорили? — С кем же, кроме Бога. — Он им свидетель. — Есть Бог и есть Острые козырьки. Это Спарк Хилл, а мы в Смол Хит, мы гораздо ближе, чем Бог. — И мы слышали ужасные вещи. — У нас содержатся дети наихудшего сорта. Все они лгут, как дышат. — Наполовину черную девочку вы заставляли мыться другим мылом! — Мистер Шелби, ваши грехи стали легендой. — Наши грехи!? По сравнению с избиением детей кирпичами и шлангами, наши грехи!... Наши грехи — пыль! Черная девочка повесилась, боясь вашего гнева. — Я не вижу как... — Не видите!? Так наденьте их! Наденьте очки, или я выдавлю вам глаза. И не думайте, что меня что-то остановит или что я боюсь ваших молитв, ваших крестов. — Ваш мир дал трещину, как у тех избитых детей.

   — Настоятельница · сериал
3. «

   Не знаю, где ты́ и где я́. Те ж песни и те же заботы. Такие с тобою друзья! Такие с тобою сироты! И так хорошо нам вдвоём: Бездомным, бессонным и сирым… Две птицы: чуть встали — поём. Две странницы: кормимся миром.

   Не знаю, где ты́ и где я́. Те ж песни и те же заботы. Такие с тобою друзья! Такие с тобою сироты! И так хорошо нам вдвоём: Бездомным, бессонным и сирым… Две птицы: чуть встали — поём. Две странницы: кормимся миром.

   — Марина Цветаева
4. «

   Здесь, в Сент-Облаке, — писал он, — все равно, нарушаю ли я правила или создаю новые, мной руководит одно — забота о будущем сироты. Поэтому я и уничтожаю все сведения о матерях. Бедная женщина, давшая жизнь ребенку и оставившая его у нас, принимает очень трудное решение, нельзя чтобы в будущем ей приходилось принимать его еще раз. Необходимо сделать все, чтобы сирота не искал родителей, уберечь его от встречи с ними. Я всегда думаю только о них, сиротах. Конечно, когда-нибудь они захотят узнать тайну своего рождения, проявят любопытство. Но какая от этого польза. Не прошлое залог будущего. А сироты — особенно сироты! — должны именно о нем думать.

   Здесь, в Сент-Облаке, — писал он, — все равно, нарушаю ли я правила или создаю новые, мной руководит одно — забота о будущем сироты. Поэтому я и уничтожаю все сведения о матерях. Бедная женщина, давшая жизнь ребенку и оставившая его у нас, принимает очень трудное решение, нельзя чтобы в будущем ей приходилось принимать его еще раз. Необходимо сделать все, чтобы сирота не искал родителей, уберечь его от встречи с ними. Я всегда думаю только о них, сиротах. Конечно, когда-нибудь они захотят узнать тайну своего рождения, проявят любопытство. Но какая от этого польза. Не прошлое залог будущего. А сироты — особенно сироты! — должны именно о нем думать.

   — Джон Ирвинг · книга
5. «

   Однажды мы сидели вместе с отцом Порфирием и беседовали. Он говорил нам о трагическом тотальном недостатке в наше время любви в мире. Это, по его словам, вызывает у людей чувство одиночества, подавленности, страха, неуверенности в себе и неуверенности в завтрашнем дне. «Вы сходите, – сказал он, – в детский дом, посмотрите там на несчастных маленьких сирот. Они, как ягнята, потерявшие свою мать, ищут, кто же из посетителей окажет им хоть немного любви. Дети просто льнут к такому человеку, и их уже тяжело от него оторвать. Сходите, посмотрите, как они жаждут любви. А чем отличаются от них дети, которых родители не любят? Они точно такие же сироты.

   Однажды мы сидели вместе с отцом Порфирием и беседовали. Он говорил нам о трагическом тотальном недостатке в наше время любви в мире. Это, по его словам, вызывает у людей чувство одиночества, подавленности, страха, неуверенности в себе и неуверенности в завтрашнем дне. «Вы сходите, – сказал он, – в детский дом, посмотрите там на несчастных маленьких сирот. Они, как ягнята, потерявшие свою мать, ищут, кто же из посетителей окажет им хоть немного любви. Дети просто льнут к такому человеку, и их уже тяжело от него оторвать. Сходите, посмотрите, как они жаждут любви. А чем отличаются от них дети, которых родители не любят? Они точно такие же сироты.

   — Старец Порфирий Кавсокаливит · книга
6. «

   Да, я говорить буду! Вот вы уж и жалуетесь, уж вам и больно! Но вы же знали и другие ощущения, вам бывало и приятно! Так отчего для разнообразия не испытать и боль? А представьте себе человека, который со дня рождения не знал другого ощущения, кроме боли, которому всегда и везде больно. У меня душа так наболела, что мне больно от всякого взгляда. От всякого слова. Мне больно, когда обо мне говорят, дурно или хорошо, это всё равно! А ещё больнее, когда меня жалеют! Когда мне благодетельствуют! Это мне — нож острый!

   Да, я говорить буду! Вот вы уж и жалуетесь, уж вам и больно! Но вы же знали и другие ощущения, вам бывало и приятно! Так отчего для разнообразия не испытать и боль? А представьте себе человека, который со дня рождения не знал другого ощущения, кроме боли, которому всегда и везде больно. У меня душа так наболела, что мне больно от всякого взгляда. От всякого слова. Мне больно, когда обо мне говорят, дурно или хорошо, это всё равно! А ещё больнее, когда меня жалеют! Когда мне благодетельствуют! Это мне — нож острый!

   — Александр Николаевич Островский · фильм
7. «

   Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет. Имя матери? Я дитя улиц, брат. Дитя, у которого не взлетает воздушный змей. Дитя, что забывается во сне. Дитя, что играет со сказочными героями. Это я и есть. У меня должна была быть мать. Брат, какое на вкус материнское молоко? Как мамы ласкают своих детей? Кто знает, как пахнет мама? Мама... Ты сможешь нарисовать для меня маму? Маму... для дитя, что замерзает в холоде и темноте. Маму... для забытого испуганного дитя. И рядом меня нарисуешь, брат. Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет. Тебя душило одиночество, когда ты осознавал, что у тебя никого нет? У меня еще и отец должен был быть. Одолжи мне свои сны, брат. Я бесплатно почищу твою обувь. Мне...свои сны. Сны, брат. Не бери в голову. Я дитя улиц, брат. Дитя, у которого не взлетает воздушный змей. Дитя, что забывается во сне. Дитя, что играет со сказочными героями. Это я и есть. Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет.

   Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет. Имя матери? Я дитя улиц, брат. Дитя, у которого не взлетает воздушный змей. Дитя, что забывается во сне. Дитя, что играет со сказочными героями. Это я и есть. У меня должна была быть мать. Брат, какое на вкус материнское молоко? Как мамы ласкают своих детей? Кто знает, как пахнет мама? Мама... Ты сможешь нарисовать для меня маму? Маму... для дитя, что замерзает в холоде и темноте. Маму... для забытого испуганного дитя. И рядом меня нарисуешь, брат. Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет. Тебя душило одиночество, когда ты осознавал, что у тебя никого нет? У меня еще и отец должен был быть. Одолжи мне свои сны, брат. Я бесплатно почищу твою обувь. Мне...свои сны. Сны, брат. Не бери в голову. Я дитя улиц, брат. Дитя, у которого не взлетает воздушный змей. Дитя, что забывается во сне. Дитя, что играет со сказочными героями. Это я и есть. Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет.
8. «

   Мавра Ильинишна не только не доставляла племяннице никакого рассеяния, но убивала претщательно все удовольствия и невинные наслаждения, которые она сама находила; она думала, что жизнь молодой девушки только для того и назначена, чтоб читать ей вслух, когда она спит, и ходить за нею остальное время; она хотела поглотить всю юность ее, высосать все свежие соки души ее — в благодарность за воспитание, которого она ей не давала, но которым упрекала ее ежеминутно.

   Мавра Ильинишна не только не доставляла племяннице никакого рассеяния, но убивала претщательно все удовольствия и невинные наслаждения, которые она сама находила; она думала, что жизнь молодой девушки только для того и назначена, чтоб читать ей вслух, когда она спит, и ходить за нею остальное время; она хотела поглотить всю юность ее, высосать все свежие соки души ее — в благодарность за воспитание, которого она ей не давала, но которым упрекала ее ежеминутно.

   — Александр Герцен · книга
9. «

   Тому, кто вас бросил, надо выдолбать мозги и отослать их обратно его маме.

   Тому, кто вас бросил, надо выдолбать мозги и отослать их обратно его маме.

   — майор Бенсон Уинифред Пэйн · фильм
10. «

    «Z числа Z года молодая студентка приехала в свой родной город на летние каникулы, чтобы повидаться с родителями, но произошло несчастье. Оба её родителя умерли прямо на её глазах, а сама девушка впала в кому из-за сильного стресса, что будет ждать её дальше – неизвестно».

    «Z числа Z года молодая студентка приехала в свой родной город на летние каникулы, чтобы повидаться с родителями, но произошло несчастье. Оба её родителя умерли прямо на её глазах, а сама девушка впала в кому из-за сильного стресса, что будет ждать её дальше – неизвестно».

    — Соль · книга
11. «

    Похоже, мы официально сироты.

    Похоже, мы официально сироты.

    — Никлаус «Клаус» Майклсон · сериал
12. «

    — Ты меня извини, Паша. Но в житейском деле ты против меня... сопляк и мальчишка. Ты меня спроси, что это означает — детей поднимать. Родных детей, заметь! Не чужих. — А примерами, Гриш... ничего нельзя доказать, ничего нельзя опровергнуть. Так мудрецы говорят. Но у нас с Асанычем на эту историю... свой взгляд. — Да, сиротский. До сих пор не знаю: кто я, чей я, откуда? А хотелось бы знать. — Мы с ним семьи не знали. Мои все погибли, как известно. Вот у него — своя история, не лучше. И вся наша жизнь — Детдом, общага! Я, конечно, не жалуюсь. — А вот я жалуюсь! — Но другому своей судьбы не пожелаю!

    — Ты меня извини, Паша. Но в житейском деле ты против меня... сопляк и мальчишка. Ты меня спроси, что это означает — детей поднимать. Родных детей, заметь! Не чужих. — А примерами, Гриш... ничего нельзя доказать, ничего нельзя опровергнуть. Так мудрецы говорят. Но у нас с Асанычем на эту историю... свой взгляд. — Да, сиротский. До сих пор не знаю: кто я, чей я, откуда? А хотелось бы знать. — Мы с ним семьи не знали. Мои все погибли, как известно. Вот у него — своя история, не лучше. И вся наша жизнь — Детдом, общага! Я, конечно, не жалуюсь. — А вот я жалуюсь! — Но другому своей судьбы не пожелаю!

    — дядя Гриша · фильм
13. «

    Я работала с Кларком Гейблом! Когда я была в сиротском приюте, рядом с моей кроватью стояла фотография Кларка Гейбла, я говорила другим детям, что он мой отец.

    Я работала с Кларком Гейблом! Когда я была в сиротском приюте, рядом с моей кроватью стояла фотография Кларка Гейбла, я говорила другим детям, что он мой отец.

    — Мэрилин Монро · фильм
14. «

    Что ты, ветка бедная, Ты куда плывёшь? Берегись — сердитое Море...пропадёшь!

    Что ты, ветка бедная, Ты куда плывёшь? Берегись — сердитое Море...пропадёшь!

    — Иван Петрович Мятлев
15. «

    – Я из приюта. – А что такое приют? – Ты правда не знаешь? – Не-а, не знаю! – Приют – это дом, где живут дети, у которых нет родителей. Сироты. – Не, это место по-другому называется. – Как? – Бомбей. Чего ты улыбаешься, я серьезно. Бомбей наш дом, мы тут все кормимся как можем. А кормиться-то нечем. Не город, а блядь.

    – Я из приюта. – А что такое приют? – Ты правда не знаешь? – Не-а, не знаю! – Приют – это дом, где живут дети, у которых нет родителей. Сироты. – Не, это место по-другому называется. – Как? – Бомбей. Чего ты улыбаешься, я серьезно. Бомбей наш дом, мы тут все кормимся как можем. А кормиться-то нечем. Не город, а блядь.

    — Анош Ирани · книга
16. «

    Когда растешь без отца, то рано привыкаешь к его отсутствию. То есть, просто не знаешь его. Это очень смешно. Кода я учился в школе, приходили отцы моих друзей. Знали, что я сирота и всегда хотели что-то хорошее сделать для меня. Знаешь, в ответ на это сердишься. Хочешь сказать: «Я на ногах!».

    Когда растешь без отца, то рано привыкаешь к его отсутствию. То есть, просто не знаешь его. Это очень смешно. Кода я учился в школе, приходили отцы моих друзей. Знали, что я сирота и всегда хотели что-то хорошее сделать для меня. Знаешь, в ответ на это сердишься. Хочешь сказать: «Я на ногах!».

    — Каан · сериал