«Жизненные цитаты про смерть» в 469 цитат

Собрали 469 цитат на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Говорят: «Если хочешь рассмешить Бога, тогда расскажи ему о своих планах». Люди строят планы так, будто намерены жить вечно. Больше половины своей жизни они отдают работе, а вторую половину посвящают ссорам и обидам. И часто делая неправильный выбор, обделяют своим вниманием близких, думая, что успеют сделать это позже, а пока надо делать карьеру. Но жизнь любит преподносить сюрпризы.

   Говорят: «Если хочешь рассмешить Бога, тогда расскажи ему о своих планах». Люди строят планы так, будто намерены жить вечно. Больше половины своей жизни они отдают работе, а вторую половину посвящают ссорам и обидам. И часто делая неправильный выбор, обделяют своим вниманием близких, думая, что успеют сделать это позже, а пока надо делать карьеру. Но жизнь любит преподносить сюрпризы.

   — Аристарх Ромашин · книга
2. «

   Смерть от благородных рук — отнюдь не благородна.

   Смерть от благородных рук — отнюдь не благородна.

   — Abaddon · игра
3. «

   Босяком родился, босяком по жизни прошагал — босяком возможно и умру.

   Босяком родился, босяком по жизни прошагал — босяком возможно и умру.
4. «

   Ника помнила старые рассказы былых Хранителей: в час смерти перед глазами пролетает вся жизнь, все воспоминания вырываются наружу, вся душа выворачивается наизнанку. Тогда же и решается, куда попадет эта душа: в рай или ад. Чему следовал человек всю свою жизнь? Кем он был? Светом или тьмой, добром или злом. Он видел все прожитые ним годы, и осознавал: чем старше мы становимся, тем меньше чувств испытываем. Лишь холодный разум и расчетливость. Чем старше, тем ожесточеннее. На смену жизни приходит борьба за выживание. В которой лишь одно правило: либо ты убей, либо убьют тебя. И эта система не дает сбоя, покуда люди взрослеют, поколения за поколениями.

   Ника помнила старые рассказы былых Хранителей: в час смерти перед глазами пролетает вся жизнь, все воспоминания вырываются наружу, вся душа выворачивается наизнанку. Тогда же и решается, куда попадет эта душа: в рай или ад. Чему следовал человек всю свою жизнь? Кем он был? Светом или тьмой, добром или злом. Он видел все прожитые ним годы, и осознавал: чем старше мы становимся, тем меньше чувств испытываем. Лишь холодный разум и расчетливость. Чем старше, тем ожесточеннее. На смену жизни приходит борьба за выживание. В которой лишь одно правило: либо ты убей, либо убьют тебя. И эта система не дает сбоя, покуда люди взрослеют, поколения за поколениями.
5. «

   Трудно жить со злым сердцем, и умирать трудно.

   Трудно жить со злым сердцем, и умирать трудно.

   — Отец Михаил (Менделеев Тимофей Александрович) · сериал
6. «

   Мир – лишь пепел, а время – песок. Я пролечу кометой, между тысячелетних лесов, И всё — помещу на камни гроба, лишь в несколько слов: «Жил, горел и умер, и ушёл, доиграв эпизод...»

   Мир – лишь пепел, а время – песок. Я пролечу кометой, между тысячелетних лесов, И всё — помещу на камни гроба, лишь в несколько слов: «Жил, горел и умер, и ушёл, доиграв эпизод...»
7. «

   Братия, мы вступили нагими в мир сей; выходя из него, оставим в нем и тела наши. Зачем же искать приобретений тленных? зачем искать того, что должно покинуть непременно? Не будем терять драгоценного времени для тления, чтобы не утратить единственного нашего сокровища – Христа. К Нему устремим и ум и сердце; имея пищу и одежду, будем этим довольны; не допустим к себе излишеств и прихотей, чтоб они, мало-помалу привлекая к себе нашу любовь, не лишили нас Христа.

   Братия, мы вступили нагими в мир сей; выходя из него, оставим в нем и тела наши. Зачем же искать приобретений тленных? зачем искать того, что должно покинуть непременно? Не будем терять драгоценного времени для тления, чтобы не утратить единственного нашего сокровища – Христа. К Нему устремим и ум и сердце; имея пищу и одежду, будем этим довольны; не допустим к себе излишеств и прихотей, чтоб они, мало-помалу привлекая к себе нашу любовь, не лишили нас Христа.

   — Святитель Игнатий (Брянчанинов) · книга
8. «

   Теон не боялся смерти. В подземельях Дредфорта он понял, что есть вещи и пострашнее.

   Теон не боялся смерти. В подземельях Дредфорта он понял, что есть вещи и пострашнее.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Мы инстинктивно боимся темноты. Мы инстинктивно ждем от нее опасности и смерти. Мы не понимаем, что смерть сама выбирает время. Приходит тогда, когда сочтет нужным.

   Мы инстинктивно боимся темноты. Мы инстинктивно ждем от нее опасности и смерти. Мы не понимаем, что смерть сама выбирает время. Приходит тогда, когда сочтет нужным.

   — Вадим Панов · книга
10. «

    А правда — она простая. Даже если однажды вечером ты читаешь жене и ребенку вслух. Читаешь им колыбельную. А наутро ты просыпаешься, а твоя семья — нет. Ты лежишь в постели, прижавшись к жене. Она еще теплая, но уже не дышит. Твоя дочка не плачет. Дом уже лихорадит от шума движения за окном, от воплей соседского радио, от горячего пара, заключенного в трубах внутри стены. Правда в том, что можно забыть даже этот день — забыть на те пару минут, пока ты завязываешь перед зеркалом галстук.

    А правда — она простая. Даже если однажды вечером ты читаешь жене и ребенку вслух. Читаешь им колыбельную. А наутро ты просыпаешься, а твоя семья — нет. Ты лежишь в постели, прижавшись к жене. Она еще теплая, но уже не дышит. Твоя дочка не плачет. Дом уже лихорадит от шума движения за окном, от воплей соседского радио, от горячего пара, заключенного в трубах внутри стены. Правда в том, что можно забыть даже этот день — забыть на те пару минут, пока ты завязываешь перед зеркалом галстук.

    — Чак Паланик · книга
11. «

    Он видел теперь первый раз в жизни и, вероятно, больше ему не случится видеть: мир, не похожий ни на что другое, — мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, нет и нет, но в каждом темном тополей, в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающе жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядших цветов, вместе с осенним запахом листьев, веет прощением, печалью, покоем.

    Он видел теперь первый раз в жизни и, вероятно, больше ему не случится видеть: мир, не похожий ни на что другое, — мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, нет и нет, но в каждом темном тополей, в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающе жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядших цветов, вместе с осенним запахом листьев, веет прощением, печалью, покоем.

    — Антон Павлович Чехов · книга
12. «

    Как в народе говорится: хоть золотарь, хоть царь, а всё — смертна тварь.

    Как в народе говорится: хоть золотарь, хоть царь, а всё — смертна тварь.

    — Русские пословицы и поговорки
13. «

    — А как это... умереть? Вот ты говоришь — погибель. Что это, какое-то чувство? — Да. Для тех, кто остался жить — да. И весьма неприятное.

    — А как это... умереть? Вот ты говоришь — погибель. Что это, какое-то чувство? — Да. Для тех, кто остался жить — да. И весьма неприятное.

    — Рэй Брэдбери · книга
14. «

    Она философски отмечала даты, проходившие в круговороте дней: ее собственный день рождения и все другие дни, отмеченные происшествиями, к которым она тем или иным образом была причастна. Как-то раз, глядя на себя в зеркало и дивясь собственной красоте, она подумала, что есть еще одна дата, более важная для нее, чем все остальные: дата ее смерти, когда вся эта красота исчезнет; этот день притаился незамеченным среди других дней в году, не подавая ни вида, ни звука, когда ежегодно она проживала его; но сомнений быть не могло — он есть. Что же это за день?

    Она философски отмечала даты, проходившие в круговороте дней: ее собственный день рождения и все другие дни, отмеченные происшествиями, к которым она тем или иным образом была причастна. Как-то раз, глядя на себя в зеркало и дивясь собственной красоте, она подумала, что есть еще одна дата, более важная для нее, чем все остальные: дата ее смерти, когда вся эта красота исчезнет; этот день притаился незамеченным среди других дней в году, не подавая ни вида, ни звука, когда ежегодно она проживала его; но сомнений быть не могло — он есть. Что же это за день?

    — Томас Гарди · книга
15. «

    Ни у кого нет такого права — лишать человека любой, самой малой частицы того, что ему положено на земле. И жизнь, и смерть — наш общий удел. Каждый должен нести свою боль.

    Ни у кого нет такого права — лишать человека любой, самой малой частицы того, что ему положено на земле. И жизнь, и смерть — наш общий удел. Каждый должен нести свою боль.

    — Джон Стейнбек · книга
16. «

    Ведь совсем не важно, от чего помрешь, Ведь куда важнее, для чего родился.

    Ведь совсем не важно, от чего помрешь, Ведь куда важнее, для чего родился.
17. «

    Ты появляешься на свет, ты растёшь, ты счастлив, ты чего-то желаешь, затем умираешь. Кто бы ты ни был — мужчина ли, — женщина ли, — прощай, ты уже не вернёшься на землю! И всё же каждый из нас несёт в себе лихорадочную и неутолимую жажду бессмертия, каждый из нас представляет собой вселенную во вселенной и каждый из нас истлевает весь, без остатка, чтобы стать удобрением для новых всходов. Растения, животные, люди, звёзды, миры — всё зарождается и умирает для того, чтобы превратиться во что-то иное. Но ни одно существо не возвращается назад — будь то насекомое, человек или планета.

    Ты появляешься на свет, ты растёшь, ты счастлив, ты чего-то желаешь, затем умираешь. Кто бы ты ни был — мужчина ли, — женщина ли, — прощай, ты уже не вернёшься на землю! И всё же каждый из нас несёт в себе лихорадочную и неутолимую жажду бессмертия, каждый из нас представляет собой вселенную во вселенной и каждый из нас истлевает весь, без остатка, чтобы стать удобрением для новых всходов. Растения, животные, люди, звёзды, миры — всё зарождается и умирает для того, чтобы превратиться во что-то иное. Но ни одно существо не возвращается назад — будь то насекомое, человек или планета.

    — Ги де Мопассан · книга
18. «

    Мы рождаемся, живем и умираем, и не всегда в таком порядке...

    Мы рождаемся, живем и умираем, и не всегда в таком порядке...

    — Мередит Грей · сериал
19. «

    Не особенно боимся умереть подчас, Только смерть другого сильно беспокоит нас. Эгоизмом проникнуты призывы жить: Страдать не любим мы.

    Не особенно боимся умереть подчас, Только смерть другого сильно беспокоит нас. Эгоизмом проникнуты призывы жить: Страдать не любим мы.
20. «

    В этом мире ни в чем нельзя быть уверенным, кроме смерти и налогов.

    В этом мире ни в чем нельзя быть уверенным, кроме смерти и налогов.

    — Бенджамин Франклин