251 глубоких цитата про «смирение»

Собрали 251 цитата на тему «смирение» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Невозможно смириться с тем, что, родившись на этой чудесной голубой планете, ты пожизненно заперт в коммунистическом государстве ради каких-то глупых идей.

   Невозможно смириться с тем, что, родившись на этой чудесной голубой планете, ты пожизненно заперт в коммунистическом государстве ради каких-то глупых идей.

   — Слава Курилов · книга
2. «

   На оселке Внешнего Смирения точится кинжал Черной Неблагодарности.

   На оселке Внешнего Смирения точится кинжал Черной Неблагодарности.

   — Авессалом Подводный · книга
3. «

   Неопределенность — вот что тяжелее всего переносить. Когда ты точно знаешь, что происходит — пусть даже что-то непоправимое, — ты можешь смириться и просто терпеть. Но человек так устроен, что в многовариантной ситуации он сразу же теряет голову.

   Неопределенность — вот что тяжелее всего переносить. Когда ты точно знаешь, что происходит — пусть даже что-то непоправимое, — ты можешь смириться и просто терпеть. Но человек так устроен, что в многовариантной ситуации он сразу же теряет голову.

   — Кодзи Судзуки · книга
4. «

   Смирение — самая странная вещь на свете. От него нельзя избавиться, и из чужих рук его не получишь. Чтобы его приобрести, нужно потерять всё до последнего. Только когда ты лишен всего на свете, ты чувствуешь, что оно сделалось твоим достоянием.

   Смирение — самая странная вещь на свете. От него нельзя избавиться, и из чужих рук его не получишь. Чтобы его приобрести, нужно потерять всё до последнего. Только когда ты лишен всего на свете, ты чувствуешь, что оно сделалось твоим достоянием.

   — Оскар Уайльд · книга
5. «

   Смиренно склони голову перед фактами, но гордо подними её пред лицом чужих мнений.

   Смиренно склони голову перед фактами, но гордо подними её пред лицом чужих мнений.

   — Джордж Бернард Шоу
6. «

   Он избрал своим оружием боль и страх. Он сильнее. Опытнее. Быстрее и гораздо лучше владеет магией. С ним не сравнится никто. Он не проигрывал ни разу. И он знает это, а потому заранее празднует победу. Однако ее оружием станет вовсе не сила, потому что он все равно сильнее и сопротивляться открыто — бесполезно. Нет. Вчера Айра это хорошо поняла. Поэтому она не станет пытаться бороться мечом. Не станет кричать или жалобно плакать. Не станет упорствовать, пытаясь доказать, что сильнее. Потому что знает: именно тогда она проиграет. И, значит, ее оружием станет то, чего он совсем не ждет. Особенно после того, что сделал. Ее оружием станет... покорность. Смирение. Повиновение. Такое, что даже радость испытывать от него он не сможет, потому что есть смысл глумиться лишь над тем, кто еще пытается бороться и на что-то надеяться. А измываться над трупом бесполезно: когда не видишь, что делаешь больно, это не приносит никакого удовлетворения. И пусть так будет для него. Снаружи. На поверхности. Тогда как в самой глубине... там, куда он никогда не достанет... останется крохотная, маленькая, надежно запертая дверка, за которой будет в неприкосновенности храниться ее истинная суть.

   Он избрал своим оружием боль и страх. Он сильнее. Опытнее. Быстрее и гораздо лучше владеет магией. С ним не сравнится никто. Он не проигрывал ни разу. И он знает это, а потому заранее празднует победу. Однако ее оружием станет вовсе не сила, потому что он все равно сильнее и сопротивляться открыто — бесполезно. Нет. Вчера Айра это хорошо поняла. Поэтому она не станет пытаться бороться мечом. Не станет кричать или жалобно плакать. Не станет упорствовать, пытаясь доказать, что сильнее. Потому что знает: именно тогда она проиграет. И, значит, ее оружием станет то, чего он совсем не ждет. Особенно после того, что сделал. Ее оружием станет... покорность. Смирение. Повиновение. Такое, что даже радость испытывать от него он не сможет, потому что есть смысл глумиться лишь над тем, кто еще пытается бороться и на что-то надеяться. А измываться над трупом бесполезно: когда не видишь, что делаешь больно, это не приносит никакого удовлетворения. И пусть так будет для него. Снаружи. На поверхности. Тогда как в самой глубине... там, куда он никогда не достанет... останется крохотная, маленькая, надежно запертая дверка, за которой будет в неприкосновенности храниться ее истинная суть.

   — Александра Лисина · книга
7. «

   — Любопытная это штука, чувство греховности, заметил Самюэл. — Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи. — Может быть, сознание нашей греховности помогает нам проникнуться большим смирением. И вселяет в нас страх перед гневом Господним. — Да, наверно. Я думаю, ощущение собственной ничтожности дано нам тоже не без доброго умысла, потому что едва ли найдешь человека, лишенного этого ощущения напрочь; но что касается смирения, то его ценность понять трудно, хотя, наверно, логично допустить, что муки, принимаемые со смирением, сладостны и прекрасны. Что есть страдание?... Не уверен, что его природу мы понимаем правильно.

   — Любопытная это штука, чувство греховности, заметил Самюэл. — Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи. — Может быть, сознание нашей греховности помогает нам проникнуться большим смирением. И вселяет в нас страх перед гневом Господним. — Да, наверно. Я думаю, ощущение собственной ничтожности дано нам тоже не без доброго умысла, потому что едва ли найдешь человека, лишенного этого ощущения напрочь; но что касается смирения, то его ценность понять трудно, хотя, наверно, логично допустить, что муки, принимаемые со смирением, сладостны и прекрасны. Что есть страдание?... Не уверен, что его природу мы понимаем правильно.

   — Джон Стейнбек · книга
8. «

   Просто у меня на сегодня две задачи: сделать «пии» и сдохнуть.

   Просто у меня на сегодня две задачи: сделать «пии» и сдохнуть.

   — Древний старец · сериал
9. «

   Когда мы соприкасаемся с величием, смирение естественным образом рождается в нас. Что уж говорить о том, когда величие бесконечно.

   Когда мы соприкасаемся с величием, смирение естественным образом рождается в нас. Что уж говорить о том, когда величие бесконечно.

   — Бхакти Судхир Госвами
10. «

    В борьбе с судьбою, погубивши силы, Ты уж тяготишься этою борьбой.

    В борьбе с судьбою, погубивши силы, Ты уж тяготишься этою борьбой.

    — Семён Яковлевич Надсон
11. «

    Он устал. Просто устал. Словно бы все время здесь он шел и шел против течения, тяжелые волны сбивали с ног, а неровное дно заставляло запинаться, норовя бросить на колени. И только стало казаться, что напор стих, только он остановился, пытаясь отдышаться, как пришла новая волна, выше и сильнее предыдущих, и накрыла с головой. Он устал. Захотелось просто, чтобы все прекратилось. Упасть под напором ледяной воды, сдаться, уйти на дно. Смириться. Умереть. Не слышать ничего больше, кроме шума воды, и криков птиц.

    Он устал. Просто устал. Словно бы все время здесь он шел и шел против течения, тяжелые волны сбивали с ног, а неровное дно заставляло запинаться, норовя бросить на колени. И только стало казаться, что напор стих, только он остановился, пытаясь отдышаться, как пришла новая волна, выше и сильнее предыдущих, и накрыла с головой. Он устал. Захотелось просто, чтобы все прекратилось. Упасть под напором ледяной воды, сдаться, уйти на дно. Смириться. Умереть. Не слышать ничего больше, кроме шума воды, и криков птиц.

    — Арон Тонгил
12. «

    Видишь эту траву? Она рада служить всем, занимая самое незавидное положение — у нас под ногами. Всякий раз, когда на неё наступают, она распрямляется, чтобы служить вновь. У неё нужно учиться смирению. Видишь это дерево? Оно терпеливо сносит палящий летний зной, а само дает нам тень. Оно терпит лютый холод, снабжая нас дровами, чтобы мы согрелись, оно может простоять несколько месяцев без капли влаги, одновременно принося людям сочные плоды, чтобы они утоляли жажду, — и всё это без единой жалобы! Нам надо учиться терпению у дерева. Надо стать смиреннее травинки, терпеливее дерева, выказывать искреннее уважение другим и не ожидать никакого уважения в ответ.

    Видишь эту траву? Она рада служить всем, занимая самое незавидное положение — у нас под ногами. Всякий раз, когда на неё наступают, она распрямляется, чтобы служить вновь. У неё нужно учиться смирению. Видишь это дерево? Оно терпеливо сносит палящий летний зной, а само дает нам тень. Оно терпит лютый холод, снабжая нас дровами, чтобы мы согрелись, оно может простоять несколько месяцев без капли влаги, одновременно принося людям сочные плоды, чтобы они утоляли жажду, — и всё это без единой жалобы! Нам надо учиться терпению у дерева. Надо стать смиреннее травинки, терпеливее дерева, выказывать искреннее уважение другим и не ожидать никакого уважения в ответ.

    — Радханатх Свами · книга
13. «

    Ах, Флоризель, Флоризель! Когда научишься ты смирению, столь необходимому всякому смертному? Когда перестанет слепить тебя мнимое могущество твоей власти?

    Ах, Флоризель, Флоризель! Когда научишься ты смирению, столь необходимому всякому смертному? Когда перестанет слепить тебя мнимое могущество твоей власти?

    — Роберт Льюис Стивенсон · книга
14. «

    О памяти Иисусовой ты пишешь, что не имеешь ее всегда и не имеешь чувств, какие имела прежде, об этом я выше тебе писал, а молитва Иисусова, когда будет со смирением проходима, то водрузится, а чуть увлечется ум во мнение, то или от нее отпадает, или обольщается. При молитве подвизайся на заповеди, а не ищи теплоты: эта возвышает, а заповеди смиряют. «Прежде времени бедственно искать высоких».

    О памяти Иисусовой ты пишешь, что не имеешь ее всегда и не имеешь чувств, какие имела прежде, об этом я выше тебе писал, а молитва Иисусова, когда будет со смирением проходима, то водрузится, а чуть увлечется ум во мнение, то или от нее отпадает, или обольщается. При молитве подвизайся на заповеди, а не ищи теплоты: эта возвышает, а заповеди смиряют. «Прежде времени бедственно искать высоких».

    — Макарий Оптинский
15. «

    Я себя смирял, становясь на горло собственной песне.

    Я себя смирял, становясь на горло собственной песне.

    — Владимир Маяковский
16. «

    Одним из характерных признаков смирения является внутренний покой. Выражается он в отсутствии у человека страха перед жизненными обстоятельствами, уверенности в промысле Божием, защищающем от всякого зла.

    Одним из характерных признаков смирения является внутренний покой. Выражается он в отсутствии у человека страха перед жизненными обстоятельствами, уверенности в промысле Божием, защищающем от всякого зла.

    — Исаак Сирин (Сириянин)
17. «

    Куда, куда лучше терпеливо сносить обиды, которых никто, кроме тебя, не чувствует, чем совершить необдуманный поступок, тяжкие последствия которого падут на всех, кто с тобой связан...

    Куда, куда лучше терпеливо сносить обиды, которых никто, кроме тебя, не чувствует, чем совершить необдуманный поступок, тяжкие последствия которого падут на всех, кто с тобой связан...

    — Шарлотта Бронте · книга
18. «

    «Каин родился прежде Авеля, и Исав прежде Иакова, но победа осталась на стороне последних; хотя Исав и гнал Иакова, а Каин убил Авеля, но гонимые блаженствуют, а гонители отвержены Богом. Будем верить и надеяться, что и нас Господь не оставит, только нужно со смирением потерпеть и не роптать».

    «Каин родился прежде Авеля, и Исав прежде Иакова, но победа осталась на стороне последних; хотя Исав и гнал Иакова, а Каин убил Авеля, но гонимые блаженствуют, а гонители отвержены Богом. Будем верить и надеяться, что и нас Господь не оставит, только нужно со смирением потерпеть и не роптать».

    — Схиархимандрит Иоанн Маслов · книга
19. «

    Чем больше вы осознаете безбрежность Реальности, тем смиреннее становитесь. Но различайте людей, которые, желая вас эксплуатировать или унизить, постоянно напоминают вам, что вы не смиренны. Они, влекомые получить власть над самым глубинным и сокровенным — душой человека, намеренно путают смирение с рабской покорностью.

    Чем больше вы осознаете безбрежность Реальности, тем смиреннее становитесь. Но различайте людей, которые, желая вас эксплуатировать или унизить, постоянно напоминают вам, что вы не смиренны. Они, влекомые получить власть над самым глубинным и сокровенным — душой человека, намеренно путают смирение с рабской покорностью.

    — Сан Лайт · книга
20. «

    Я не прошу любить меня... со мной надо просто смириться.

    Я не прошу любить меня... со мной надо просто смириться.

    — Паскаль Брюкнер · книга