86 цитат про «сочувствие»

Собрали 86 цитат на тему «сочувствие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Сочувствие может быть бесценной мотивацией, которая тесно связывает врача с пациентом.

   Сочувствие может быть бесценной мотивацией, которая тесно связывает врача с пациентом.

   — Одри Лим (Audrey Lim) · сериал
2. «

   Ставя себя в положение людей, которым плохо, мы развиваем сострадание к окружающим.

   Ставя себя в положение людей, которым плохо, мы развиваем сострадание к окружающим.

   — Сандей Аделаджа
3. «

   Когда мне говорят: «Я не могу смотреть, я плачу», — я очень рад, что плачут, потому что это слёзы сочувствия. Ведь он или она плачет над чужой судьбой, над чужим горем, над чужой радостью. И мне кажется, в этом большое значение передачи. Вызвать слёзы — не цель, но это радостный результат. Нас долго приучали к тому, что жалость — это гнусное чувство... Да наоборот! Когда мы жалеем другого человека или даже собаку, это благородное чувство, оно улучшает нас самих.

   Когда мне говорят: «Я не могу смотреть, я плачу», — я очень рад, что плачут, потому что это слёзы сочувствия. Ведь он или она плачет над чужой судьбой, над чужим горем, над чужой радостью. И мне кажется, в этом большое значение передачи. Вызвать слёзы — не цель, но это радостный результат. Нас долго приучали к тому, что жалость — это гнусное чувство... Да наоборот! Когда мы жалеем другого человека или даже собаку, это благородное чувство, оно улучшает нас самих.

   — Игорь Кваша
4. «

   — Сюда как раз и попадают те, кому не хватает терпения, — печально проговорила она. — Впрочем, каждый из нас может рассуждать очень здраво, когда дело касается другого... Кто это сказал: «Все мы имеем достаточно мужества, чтобы переносить несчастия других»?

   — Сюда как раз и попадают те, кому не хватает терпения, — печально проговорила она. — Впрочем, каждый из нас может рассуждать очень здраво, когда дело касается другого... Кто это сказал: «Все мы имеем достаточно мужества, чтобы переносить несчастия других»?

   — Андре Моруа · книга
5. «

   Люди, которые могут позволить себе покупать книги и ходить в кино, не любят слушать про больных и бедных.

   Люди, которые могут позволить себе покупать книги и ходить в кино, не любят слушать про больных и бедных.

   — Курт Воннегут · книга
6. «

   Даже во взглядах сочувствия и жалости отражается обычный нарциссизм. Жалость и сочувствие позволяют смотреть на человека сверху вниз. А жалея самого себя, ты сам себя и унижаешь. И то, и другое мерзко и отвратительно. Но есть и нечто более объективное, чем сочувствие и жалость. Только буквально уткнувшись носом, я это понял. Я просто не хочу, чтобы кто-то страдал. И это совсем иное чувство, нежели жалость или сочувствие.

   Даже во взглядах сочувствия и жалости отражается обычный нарциссизм. Жалость и сочувствие позволяют смотреть на человека сверху вниз. А жалея самого себя, ты сам себя и унижаешь. И то, и другое мерзко и отвратительно. Но есть и нечто более объективное, чем сочувствие и жалость. Только буквально уткнувшись носом, я это понял. Я просто не хочу, чтобы кто-то страдал. И это совсем иное чувство, нежели жалость или сочувствие.

   — Ватари Ватару · книга
7. «

   Представьте, что будет, если мы будем связаны болью. Представьте, что всех ваших друзей, все ваше окружение вяжут вот такой вот вещичкой, благодаря которой вы будете чувствовать боль друг друга. И не обязательно физическую, лишь только душевную. Знаете, что случится, ну, как я предполагаю, после того как вас свяжут? Вы все почувствуете такое уебищное ощущение в груди, что вам просто будет тяжело дышать.

   Представьте, что будет, если мы будем связаны болью. Представьте, что всех ваших друзей, все ваше окружение вяжут вот такой вот вещичкой, благодаря которой вы будете чувствовать боль друг друга. И не обязательно физическую, лишь только душевную. Знаете, что случится, ну, как я предполагаю, после того как вас свяжут? Вы все почувствуете такое уебищное ощущение в груди, что вам просто будет тяжело дышать.

   — Максим Шабанов (Стинт)
8. «

   Не рассчитывай встретить сочувствие у людей. Они глупы.

   Не рассчитывай встретить сочувствие у людей. Они глупы.

   — Энн Райс · книга
9. «

   Мы понимаем боль только тех, кто кричит и истекает кровью. Интересно, если устрицы вопили бы, когда открывают раковину, хрипели бы, когда их поливают лимонным соком, если бы из них хлестала ярко-красная кровь в тот момент, когда их жуют, смогли бы мы есть их живыми?

   Мы понимаем боль только тех, кто кричит и истекает кровью. Интересно, если устрицы вопили бы, когда открывают раковину, хрипели бы, когда их поливают лимонным соком, если бы из них хлестала ярко-красная кровь в тот момент, когда их жуют, смогли бы мы есть их живыми?

   — Бернар Вербер · книга
10. «

    Сочувствующий врагу моему — мой недруг!

    Сочувствующий врагу моему — мой недруг!
11. «

    Сочувствие не заменяет поступков.

    Сочувствие не заменяет поступков.

    — Давид Ливингстон
12. «

    Глупое сердце, не бейся. Все мы обмануты счастьем, Нищий лишь просит участья... Глупое сердце, не бейся.

    Глупое сердце, не бейся. Все мы обмануты счастьем, Нищий лишь просит участья... Глупое сердце, не бейся.

    — Сергей Александрович Есенин
13. «

    Сочувствие — штука не очень емкая и не очень растяжимая. Оно хорошо, пока речь идет о единицах, и оно беспомощно, когда дело коснется массы.

    Сочувствие — штука не очень емкая и не очень растяжимая. Оно хорошо, пока речь идет о единицах, и оно беспомощно, когда дело коснется массы.

    — Станислав Лем · книга
14. «

    Только книги могут спасти, только в них можно найти сочувствие, и утешение, и любовь... Книги, ничего не требуя взамен, любят каждого, кто их открывает. Они никогда не покидают даже тех, кто не заботится о них.

    Только книги могут спасти, только в них можно найти сочувствие, и утешение, и любовь... Книги, ничего не требуя взамен, любят каждого, кто их открывает. Они никогда не покидают даже тех, кто не заботится о них.

    — Корнелия Функе · книга
15. «

    В эту самую минуту, — продолжал он, — во всех концах света происходят самые ужасающие вещи. Людей пытают, рубят, потрошат, калечат, их мертвые тела разлагаются, а глаза гниют. Вопли ужаса и боли уносятся в воздух со скоростью тысяча сто футов в секунду. Через три секунды полета они становятся совершенно неслышными. Все это огорчительные факты. Но из-за этого наслаждаемся ли мы жизнью хоть чуточку меньше? Совершенно определенно — нет. Мы испытываем сочувствие, несомненно, мы представляем в своем воображении страдания народов и отдельных личностей, мы сожалеем об этом. Но в конце концов, что такое сочувствие? Оно стоит очень мало, если только человек, которому мы сочувствуем, не самый близкий нам. И даже в этом случае наше сочувствие и воображение не идут слишком далеко. И пожалуй, не так это и плохо, ибо если у кого-то достаточно живое воображение и глубокое сочувствие, чтобы ощутить страдания других людей, как свои собственные, то у такого человека не будет ни минуты душевного покоя.

    В эту самую минуту, — продолжал он, — во всех концах света происходят самые ужасающие вещи. Людей пытают, рубят, потрошат, калечат, их мертвые тела разлагаются, а глаза гниют. Вопли ужаса и боли уносятся в воздух со скоростью тысяча сто футов в секунду. Через три секунды полета они становятся совершенно неслышными. Все это огорчительные факты. Но из-за этого наслаждаемся ли мы жизнью хоть чуточку меньше? Совершенно определенно — нет. Мы испытываем сочувствие, несомненно, мы представляем в своем воображении страдания народов и отдельных личностей, мы сожалеем об этом. Но в конце концов, что такое сочувствие? Оно стоит очень мало, если только человек, которому мы сочувствуем, не самый близкий нам. И даже в этом случае наше сочувствие и воображение не идут слишком далеко. И пожалуй, не так это и плохо, ибо если у кого-то достаточно живое воображение и глубокое сочувствие, чтобы ощутить страдания других людей, как свои собственные, то у такого человека не будет ни минуты душевного покоя.

    — Олдос Хаксли · книга
16. «

    Как боль, о которой можно поведать, уже наполовину уменьшается, так и жалость вопрошающая лишь немного исцеляет касанием.

    Как боль, о которой можно поведать, уже наполовину уменьшается, так и жалость вопрошающая лишь немного исцеляет касанием.

    — Эдит Уортон · книга
17. «

    Коль горе чужое тебя не заставит страдать, Возможно ль тебя человеком тогда называть?

    Коль горе чужое тебя не заставит страдать, Возможно ль тебя человеком тогда называть?

    — Саади
18. «

    Я ненавижу сочувствие. Я хочу понимания. Даже если я до боли другая. Проклятая, презираемая, шокирующая, извращенная и первая в очереди на сожжение на костре.

    Я ненавижу сочувствие. Я хочу понимания. Даже если я до боли другая. Проклятая, презираемая, шокирующая, извращенная и первая в очереди на сожжение на костре.

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Понять — значит наполовину оправдать.

    Понять — значит наполовину оправдать.

    — Даниил Гранин · книга
20. «

    Я никогда не мог подумать, И не мог представить, Что мое чувство, сможет меня Так подставить.

    Я никогда не мог подумать, И не мог представить, Что мое чувство, сможет меня Так подставить.