100 цитат про «сопротивление»

Тема «сопротивление» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 100 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   ...против всегда сложнее. Потому что всё равно тех, кто «за», больше,...

   ...против всегда сложнее. Потому что всё равно тех, кто «за», больше,...

   — Макс Острогин · книга
2. «

   При сопротивлении важно, чего ты достигаешь, а не как ты при этом выглядишь. Бессмысленное геройство — все равно что бессмысленное самоубийство.

   При сопротивлении важно, чего ты достигаешь, а не как ты при этом выглядишь. Бессмысленное геройство — все равно что бессмысленное самоубийство.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Скалы ветрам не помеха.

   Скалы ветрам не помеха.
4. «

   Сопротивление начинается с одного, потом появляется несколько человек, потом много.

   Сопротивление начинается с одного, потом появляется несколько человек, потом много.
5. «

   Я работаю тридцать лет и делю клиентов не две категории. Первые сотрудничают и не сопротивляются, даже если нужно выйти из зоны комфорта. А вторые считают себя умнее всех и хотят, чтобы я их выгораживала и отбеливала. Вы – из вторых.

   Я работаю тридцать лет и делю клиентов не две категории. Первые сотрудничают и не сопротивляются, даже если нужно выйти из зоны комфорта. А вторые считают себя умнее всех и хотят, чтобы я их выгораживала и отбеливала. Вы – из вторых.

   — Вирджиния Гудман · фильм
6. «

   Я очень рано понял, что человека создаёт его сопротивление окружающей среде.

   Я очень рано понял, что человека создаёт его сопротивление окружающей среде.

   — Максим Горький · книга
7. «

   Мы действовали порознь, и всех нас выловили порознь, и каждому придется умирать в одиночку. Но из этого не следует, что мы одиноки и что мы умираем понапрасну. В мире ничего не бывает понапрасну. А мы ведь боремся за правое дело, против грубой силы и потому в конечном итоге выйдем победителями.

   Мы действовали порознь, и всех нас выловили порознь, и каждому придется умирать в одиночку. Но из этого не следует, что мы одиноки и что мы умираем понапрасну. В мире ничего не бывает понапрасну. А мы ведь боремся за правое дело, против грубой силы и потому в конечном итоге выйдем победителями.

   — Ганс Фаллада · книга
8. «

   Единственное, что может противостоять силе — еще большая сила.

   Единственное, что может противостоять силе — еще большая сила.

   — Альберт Вескер · игра
9. «

   У осколков острые края.

   У осколков острые края.

   — Ирелия Зан (Irelia Xan) · игра
10. «

    Трудности делают нас сильнее, испытания закаляют дух, но бывает так, что доза страданий превышает допустимую норму, и тогда иммунитет перестает справляться.

    Трудности делают нас сильнее, испытания закаляют дух, но бывает так, что доза страданий превышает допустимую норму, и тогда иммунитет перестает справляться.

    — Ника Остожева · книга
11. «

    Мы здесь на фабрике тайно организовали группу Сопротивления, пока еще совсем маленькую, трое мужчин и я. Один их них мне объяснил. Мы, говорит, как доброе семя в поле среди сорняков. Не будь этого доброго семени, все поле заросло бы сорняком, а доброе семя может дать всходы.

    Мы здесь на фабрике тайно организовали группу Сопротивления, пока еще совсем маленькую, трое мужчин и я. Один их них мне объяснил. Мы, говорит, как доброе семя в поле среди сорняков. Не будь этого доброго семени, все поле заросло бы сорняком, а доброе семя может дать всходы.

    — Ганс Фаллада · книга
12. «

    Все то, что наполняет теперь ужасом человечество, держится в каждой стране волей десятка людей, и десяток других людей может положить этому конец. Один человек, один-единственный живой человек, не признающий их, может уничтожить эту власть. Но до тех пор, пока вы гнете свои спины и говорите: «Может быть, мне повезёт», — пока вы юлите и хотите проскользнуть, вместо того чтобы нанести удар прямо в сердце, до тех пор вы рабы и лучшей участи не заслуживаете. Нельзя прятаться и сохранять при этом достоинство мужчины, нужно сказать «нет», это теперь единственный ваш долг; но не в том, чтобы дать себя заколоть.

    Все то, что наполняет теперь ужасом человечество, держится в каждой стране волей десятка людей, и десяток других людей может положить этому конец. Один человек, один-единственный живой человек, не признающий их, может уничтожить эту власть. Но до тех пор, пока вы гнете свои спины и говорите: «Может быть, мне повезёт», — пока вы юлите и хотите проскользнуть, вместо того чтобы нанести удар прямо в сердце, до тех пор вы рабы и лучшей участи не заслуживаете. Нельзя прятаться и сохранять при этом достоинство мужчины, нужно сказать «нет», это теперь единственный ваш долг; но не в том, чтобы дать себя заколоть.

    — Стефан Цвейг · книга
13. «

    Главное – сделать первый шаг в нужном направлении, сломить сопротивление консерваторов, а потом обществу уже без разницы, насколько далеко ты зашел.

    Главное – сделать первый шаг в нужном направлении, сломить сопротивление консерваторов, а потом обществу уже без разницы, насколько далеко ты зашел.

    — Ольга Громыко · книга
14. «

    Обязательно скажи своим ученикам, что мы сражались ради них, совершали ужасные ошибки, но всегда имели светлую цель — более справедливый мир.

    Обязательно скажи своим ученикам, что мы сражались ради них, совершали ужасные ошибки, но всегда имели светлую цель — более справедливый мир.

    — Марк Леви · книга
15. «

    Только в опасности, дыханье хищников услышав, Мы смогли им противостоять в борьбе и тем стать выше.

    Только в опасности, дыханье хищников услышав, Мы смогли им противостоять в борьбе и тем стать выше.
16. «

    Мне остается одно — получить пенсию и подать в отставку. Но этот номер не пройдет. Вы не можете оторвать меня от работы. Мне всего двадцать четыре года, и я не могу доживать свой век с книжечкой инвалида труда, скитаться по лечебницам, зная, что это ни к чему. Вы должны мне дать работу, подходящую для моих условий. Я могу работать на дому или жить где-нибудь в учреждении… только не писарем, который ставит номера на исходящем. Работа должна давать для моего сердца что-то, чтобы я не чувствовал себя на отшибе.

    Мне остается одно — получить пенсию и подать в отставку. Но этот номер не пройдет. Вы не можете оторвать меня от работы. Мне всего двадцать четыре года, и я не могу доживать свой век с книжечкой инвалида труда, скитаться по лечебницам, зная, что это ни к чему. Вы должны мне дать работу, подходящую для моих условий. Я могу работать на дому или жить где-нибудь в учреждении… только не писарем, который ставит номера на исходящем. Работа должна давать для моего сердца что-то, чтобы я не чувствовал себя на отшибе.

    — Николай Алексеевич Островский · книга
17. «

    Непротивленье, панове, мерзко. Это мне — как серпом по яйцам! Как Аристотель на дне колодца, откуда не ведаю что берется. Зло существует, чтоб с ним бороться, а не взвешивать в коромысле. Всех скорбящих по индивиду, всех подверженных конъюнктивиту, - всех к той матери по алфавиту: демократия в полном смысле!

    Непротивленье, панове, мерзко. Это мне — как серпом по яйцам! Как Аристотель на дне колодца, откуда не ведаю что берется. Зло существует, чтоб с ним бороться, а не взвешивать в коромысле. Всех скорбящих по индивиду, всех подверженных конъюнктивиту, - всех к той матери по алфавиту: демократия в полном смысле!

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Беззаконние не может воцариться навечно и немецкие методы господства в порабощенных странах рано или поздно должны вызвать сопротивление.

    Беззаконние не может воцариться навечно и немецкие методы господства в порабощенных странах рано или поздно должны вызвать сопротивление.

    — Владислав Шпильман · книга
19. «

    Где берет дитя характер для того, чтобы ему воспротивиться всеми силами, хотя бы за сопротивление обещано было самое страшное наказание? Ответ один: в невозможности вынести то, к чему его принуждают...

    Где берет дитя характер для того, чтобы ему воспротивиться всеми силами, хотя бы за сопротивление обещано было самое страшное наказание? Ответ один: в невозможности вынести то, к чему его принуждают...

    — Николай Александрович Добролюбов · книга
20. «

    Все предстоящее предстоит по необходимости тому, кто сопротивляется; в ком есть охота, для того необходимости нет.

    Все предстоящее предстоит по необходимости тому, кто сопротивляется; в ком есть охота, для того необходимости нет.

    — Луций Анней Сенека · книга