117 афоризмов на тему «Жизненные цитаты про сравнение»

117 цитат про «Жизненные цитаты про сравнение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В том не любовь, кто буйством не томим В том хворостинок отсырелых дым Любовь — костёр, пылающий, бессонный… Влюблённый ранен. Он неисцелим!

   В том не любовь, кто буйством не томим В том хворостинок отсырелых дым Любовь — костёр, пылающий, бессонный… Влюблённый ранен. Он неисцелим!

   — Омар Хайям
2. «

   Знания — это огонь, который будучи лишен морали поглотит нас всех.

   Знания — это огонь, который будучи лишен морали поглотит нас всех.
3. «

   Но оскорбленная любовь — тигрица, она не знает пощады, и даже самое доброе сердце тут бессильно.

   Но оскорбленная любовь — тигрица, она не знает пощады, и даже самое доброе сердце тут бессильно.

   — Пьер Карле де Шамблен де Мариво · книга
4. «

   Например, каждой, как и десять лет назад, ужасно приятно, когда её сравнивают с кошечкой. Вот скажи женщине такое, и она сразу представит себя независимой, изящной и свободной хищницей. А вовсе не примитивной, волосатой, ссущей по углам истеричкой. Хотя никто не уточнял – по каким параметрам похожа-то.

   Например, каждой, как и десять лет назад, ужасно приятно, когда её сравнивают с кошечкой. Вот скажи женщине такое, и она сразу представит себя независимой, изящной и свободной хищницей. А вовсе не примитивной, волосатой, ссущей по углам истеричкой. Хотя никто не уточнял – по каким параметрам похожа-то.

   — Марта Кетро · книга
5. «

   Саранча — стихийное бедствие, хотя в одиночку она совсем не страшна. То же самое с дураками.

   Саранча — стихийное бедствие, хотя в одиночку она совсем не страшна. То же самое с дураками.

   — Карел Чапек
6. «

   Есть в нашем мире такие мужчины, которые, когда ложатся с женщиной, ничем не отличаются от собак.

   Есть в нашем мире такие мужчины, которые, когда ложатся с женщиной, ничем не отличаются от собак.

   — Элизабет Страут · книга
7. «

   Настоящий тинейджер — это эго, высаженное на необитаемом острове, но оно не ждет спасения от проходящих кораблей; у него достаточно сил, чтобы оставаться наедине с собой.

   Настоящий тинейджер — это эго, высаженное на необитаемом острове, но оно не ждет спасения от проходящих кораблей; у него достаточно сил, чтобы оставаться наедине с собой.

   — Мартин Эмис · книга
8. «

   Женщина – дитя любви. Нимфа, танцующая в вечных садах весны. Афродита, выходящая из пены морской, стряхивающая с себя жемчужные капли. Она всегда в окружении кудрявых Эротов, луки которых готовы выстрелить, а колчаны ломятся от беспощадных стрел.

   Женщина – дитя любви. Нимфа, танцующая в вечных садах весны. Афродита, выходящая из пены морской, стряхивающая с себя жемчужные капли. Она всегда в окружении кудрявых Эротов, луки которых готовы выстрелить, а колчаны ломятся от беспощадных стрел.

   — Наталья Солнцева · книга
9. «

   Я думаю, что человеческие души, быть может, подобны мыльным пузырям. Их утягивает в Рай, словно в воронку. Мыльные пузыри, увлекаемы водоворотом, утекают по трубам и оказываются в ином мире, всю сложность которого они и вообразить себе не могут. Как мыльный пузырь может понять, откуда он появился и куда движется? Как мыльному пузырю осознать, что такое ванна, люди, водопровод, город, страна, Земля? В лучшем случае, он видит воду и тёплую глыбу ванной... И как его, должно быть, пугает отверстие, за которым ждёт неизвестность...

   Я думаю, что человеческие души, быть может, подобны мыльным пузырям. Их утягивает в Рай, словно в воронку. Мыльные пузыри, увлекаемы водоворотом, утекают по трубам и оказываются в ином мире, всю сложность которого они и вообразить себе не могут. Как мыльный пузырь может понять, откуда он появился и куда движется? Как мыльному пузырю осознать, что такое ванна, люди, водопровод, город, страна, Земля? В лучшем случае, он видит воду и тёплую глыбу ванной... И как его, должно быть, пугает отверстие, за которым ждёт неизвестность...

   — Бернар Вербер · книга
10. «

    Наша память — это не ларец из слоновой кости в пропитанном пылью музее. Это существо, которое живет, пожирает и переваривает. Оно пожирает и себя, как легендарный сфинкс, чтобы мы могли жить, чтобы оно не разрушало нас самих.

    Наша память — это не ларец из слоновой кости в пропитанном пылью музее. Это существо, которое живет, пожирает и переваривает. Оно пожирает и себя, как легендарный сфинкс, чтобы мы могли жить, чтобы оно не разрушало нас самих.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Прошлое будто болото, задержишься и оно тебя травит.

    Прошлое будто болото, задержишься и оно тебя травит.
12. «

    Память — это как глубокий колодец, и не знаешь, что там есть, пока не опустишь в него ведро и не поднимешь полное на поверхность.

    Память — это как глубокий колодец, и не знаешь, что там есть, пока не опустишь в него ведро и не поднимешь полное на поверхность.

    — Энн Брашерс · книга
13. «

    Любовь ближнего, вот что творит чудеса, Мэри, восхитительное чувство своей нужности и незаменимости. Секс — всего лишь глазурь на кексе.

    Любовь ближнего, вот что творит чудеса, Мэри, восхитительное чувство своей нужности и незаменимости. Секс — всего лишь глазурь на кексе.

    — Колин Маккалоу · книга
14. «

    Любовь, что огонь либо что кашель: от людей не скроешь.

    Любовь, что огонь либо что кашель: от людей не скроешь.

    — Павел Иванович Мельников (Андрей Печерский) · книга
15. «

    У Райкина есть что-то от Чарли Чаплина: удивительная способность живо и наглядно изображать эмоции, способность создавать образы, которые не нуждаются в пояснении.

    У Райкина есть что-то от Чарли Чаплина: удивительная способность живо и наглядно изображать эмоции, способность создавать образы, которые не нуждаются в пояснении.

    — Аркадий Райкин
16. «

    ... Сердце — барабан, неторопливый и негромкий, и все-таки этот барабан наделает много шума и принесет немало горя, может быть, я из-за него не расслышу сладостного безыменного зова жизни, который слышат только те, кто не противопоставляет ей пышно самоутверждающегося «я», те, кто не требует объяснений, словно они обладают властью заимодавцев, а не промелькнувшие странники, не оставившие и следа.

    ... Сердце — барабан, неторопливый и негромкий, и все-таки этот барабан наделает много шума и принесет немало горя, может быть, я из-за него не расслышу сладостного безыменного зова жизни, который слышат только те, кто не противопоставляет ей пышно самоутверждающегося «я», те, кто не требует объяснений, словно они обладают властью заимодавцев, а не промелькнувшие странники, не оставившие и следа.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Слово подобно выпущенной стреле. И никогда еще стрела обратно не возвращалась.

    Слово подобно выпущенной стреле. И никогда еще стрела обратно не возвращалась.

    — Руми
18. «

    Мне не нужны отношения. Я хочу быть как остров, понятно? Посещать остров можно, но оставаться на нём нельзя. Так безопаснее.

    Мне не нужны отношения. Я хочу быть как остров, понятно? Посещать остров можно, но оставаться на нём нельзя. Так безопаснее.

    — Дениз Махоуни · сериал
19. «

    Жаль, что совесть, как одежду, невозможно разгладить.

    Жаль, что совесть, как одежду, невозможно разгладить.

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Самое страшное, что ты можешь сделать, — начать себя с кем-то сравнивать.

    Самое страшное, что ты можешь сделать, — начать себя с кем-то сравнивать.

    — Михаэль Шумахер