229 цитат про «старость» от великих людей

229 цитат про «старость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Старость — вот преисподняя для женщин.

   Старость — вот преисподняя для женщин.

   — Франсуа де Ларошфуко
2. «

   Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо добреть с утра до вечера!

   Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо добреть с утра до вечера!

   — Дмитрий Щеглов · книга
3. «

   Нет лучшего утешения в старости, чем сознание того, что удалось всю силу молодости воплотить в творения, которые не стареют.

   Нет лучшего утешения в старости, чем сознание того, что удалось всю силу молодости воплотить в творения, которые не стареют.

   — Артур Шопенгауэр
4. «

   — Как ты впечатляешь своих друзей? — Встаю с кресла без посторонней помощи.

   — Как ты впечатляешь своих друзей? — Встаю с кресла без посторонней помощи.
5. «

   В природе не встречается старых животных, потому что они умирают раньше, чем состарятся. Если они заболевают или просто становятся медлительными, их пожирает кто-нибудь моложе и сильнее. Животным не положено стареть. Наша культура исказила смысл смерти. Старые животные — это исключение из законов природы. Это — уродство.

   В природе не встречается старых животных, потому что они умирают раньше, чем состарятся. Если они заболевают или просто становятся медлительными, их пожирает кто-нибудь моложе и сильнее. Животным не положено стареть. Наша культура исказила смысл смерти. Старые животные — это исключение из законов природы. Это — уродство.

   — Чак Паланик · книга
6. «

   Молодым кажется, что старики глупы, но старики-то знают, что молодые — дурачки!

   Молодым кажется, что старики глупы, но старики-то знают, что молодые — дурачки!

   — Агата Кристи · книга
7. «

   Печальней вида молодого пессимиста может быть только вид старого оптимиста.

   Печальней вида молодого пессимиста может быть только вид старого оптимиста.

   — Марк Твен
8. «

   Судьбы актера и футболиста очень похожи. Пока играешь, ты всем нужен, тебя ценят. Не играешь, постарел — не нужен никому.

   Судьбы актера и футболиста очень похожи. Пока играешь, ты всем нужен, тебя ценят. Не играешь, постарел — не нужен никому.

   — Семён Фарада
9. «

   Пока у нас самому молодому директору предприятия Роскосмоса будет 62 года, марсоходы нам будут только сниться, а Фобосы будут падать в грунт.

   Пока у нас самому молодому директору предприятия Роскосмоса будет 62 года, марсоходы нам будут только сниться, а Фобосы будут падать в грунт.

   — Дмитрий Рогозин
10. «

    Все умирают. Кто-то носит сейчас твою пулю, и сам об этом не знает. Вся хитрость в том, чтобы умереть от старости до того, как она тебя найдёт.

    Все умирают. Кто-то носит сейчас твою пулю, и сам об этом не знает. Вся хитрость в том, чтобы умереть от старости до того, как она тебя найдёт.

    — Малькольм «Мэл» Рейнольдс · сериал
11. «

    Жизнь — гора. Поднимаясь, ты глядишь вверх, и ты счастлив, но только успел взобраться на вершину, как уже начинается спуск, а впереди — смерть. Поднимаешься медленно, спускаешься быстро. В ваши годы все мы были веселы. Все мы были полны надежд, которые, кстати сказать, никогда не сбываются. В мои годы человек не ждет уже ничего… кроме смерти.

    Жизнь — гора. Поднимаясь, ты глядишь вверх, и ты счастлив, но только успел взобраться на вершину, как уже начинается спуск, а впереди — смерть. Поднимаешься медленно, спускаешься быстро. В ваши годы все мы были веселы. Все мы были полны надежд, которые, кстати сказать, никогда не сбываются. В мои годы человек не ждет уже ничего… кроме смерти.

    — Ги де Мопассан · книга
12. «

    Не верю людям, которые, оглядываясь на прожитые годы, гордо восклицают: «Ни о чём не жалею и ничего не стал бы исправлять!» Я и жалею, и исправил бы — да где уж?

    Не верю людям, которые, оглядываясь на прожитые годы, гордо восклицают: «Ни о чём не жалею и ничего не стал бы исправлять!» Я и жалею, и исправил бы — да где уж?

    — Анатолий Брусникин · книга
13. «

    Старость — это, когда ты нагибаешься завязать шнурки и думаешь, что бы еще сделать попутно?!

    Старость — это, когда ты нагибаешься завязать шнурки и думаешь, что бы еще сделать попутно?!

    — Михаил Задорнов
14. «

    — С днем рождения. — И не напоминай. — Белла, твоё рождение — повод для праздника. — В отличие от старения. — Старение. В 18 рановато об этом волноваться. — Теперь я старше тебя. — А вот и нет. Мне сто девять. — Тогда, может мне не стоит общаться с таким стариком? Ужас. Я должна испытывать жуткое отвращение.

    — С днем рождения. — И не напоминай. — Белла, твоё рождение — повод для праздника. — В отличие от старения. — Старение. В 18 рановато об этом волноваться. — Теперь я старше тебя. — А вот и нет. Мне сто девять. — Тогда, может мне не стоит общаться с таким стариком? Ужас. Я должна испытывать жуткое отвращение.

    — Эдвард Каллен · фильм
15. «

    Если же вы стары, мой читатель, — стары и богаты или стары и бедны, — то в один прекрасный день вы подумаете: «Все, кто меня окружает, очень добры ко мне, но они не будут горевать, когда я умру. Я очень богат, и они ждут от меня наследства»; или: «Я очень беден, и они устали содержать меня».

    Если же вы стары, мой читатель, — стары и богаты или стары и бедны, — то в один прекрасный день вы подумаете: «Все, кто меня окружает, очень добры ко мне, но они не будут горевать, когда я умру. Я очень богат, и они ждут от меня наследства»; или: «Я очень беден, и они устали содержать меня».

    — Уильям Теккерей · книга
16. «

    Пенсионный возраст в России называется возраст дожития. <...> Значит мне жить осталось ровно девять лет, а потом я буду доживать. Вот лягу на диван и буду доживать. Ко мне прибегут дети, будут снова что-то просить, а я скажу: «Ничем не могу помочь, я доживаю. Несите сыр, вино и иконы!»

    Пенсионный возраст в России называется возраст дожития. <...> Значит мне жить осталось ровно девять лет, а потом я буду доживать. Вот лягу на диван и буду доживать. Ко мне прибегут дети, будут снова что-то просить, а я скажу: «Ничем не могу помочь, я доживаю. Несите сыр, вино и иконы!»

    — Елена Новикова
17. «

    Старики умеют любить, им больше нечего делать. Молодежь, наоборот, думает о будущем, о работе, о успехе и деньгах. Стариков это не волнует — прошлое забыто, осталась лишь ностальгия, похожая на угрызения совести, и любовь, если повезет.

    Старики умеют любить, им больше нечего делать. Молодежь, наоборот, думает о будущем, о работе, о успехе и деньгах. Стариков это не волнует — прошлое забыто, осталась лишь ностальгия, похожая на угрызения совести, и любовь, если повезет.

    — Голос за кадром · фильм
18. «

    Старик, который любил птиц. Скамейка, подсохший хлеб и пёстрые голуби, воркующие о весне и доверчиво подходящие так близко, что можно рассмотреть в круглых глазах отражение парка и кусочек неба. Это всё, чем он владел, но большего он и не желал. Но как трогательно, как глубоко он любил эту резную скамейку, этих смешных неуклюжих птиц. Так может любить человек на излете жизни, человек, смирившийся с одиночеством, человек, у которого не осталось ничего, чем можно дорожить, что страшно однажды потерять. Когда-то давно он любил море, и сейчас шорох крыльев напоминал ему мягкий шёпот прибоя. Раскидав хлеб, он закрывал глаза и ему казалось, что он слышит крики чаек, и воздух пахнет солью, а он так молод, так счастлив, и вся жизнь ещё впереди, и лучшее обязательно случится. И тогда он обнимал слабыми, дрожащими руками свой крохотный мирок, далёкий от суеты города, рождённый на углу парка из тихой нежности и блеклых воспоминаний, и не хотел умирать. Когда ему стало плохо, когда приехала скорая и какие-то люди с ласковыми улыбками на равнодушных лицах увозили его, он плакал. Нет, не от боли, она привычна, она по сути своей пустяк. Но он плакал и пытался дотянуться до кармана, где еще лежали остатки хлеба, остатки его собственной жизни.

    Старик, который любил птиц. Скамейка, подсохший хлеб и пёстрые голуби, воркующие о весне и доверчиво подходящие так близко, что можно рассмотреть в круглых глазах отражение парка и кусочек неба. Это всё, чем он владел, но большего он и не желал. Но как трогательно, как глубоко он любил эту резную скамейку, этих смешных неуклюжих птиц. Так может любить человек на излете жизни, человек, смирившийся с одиночеством, человек, у которого не осталось ничего, чем можно дорожить, что страшно однажды потерять. Когда-то давно он любил море, и сейчас шорох крыльев напоминал ему мягкий шёпот прибоя. Раскидав хлеб, он закрывал глаза и ему казалось, что он слышит крики чаек, и воздух пахнет солью, а он так молод, так счастлив, и вся жизнь ещё впереди, и лучшее обязательно случится. И тогда он обнимал слабыми, дрожащими руками свой крохотный мирок, далёкий от суеты города, рождённый на углу парка из тихой нежности и блеклых воспоминаний, и не хотел умирать. Когда ему стало плохо, когда приехала скорая и какие-то люди с ласковыми улыбками на равнодушных лицах увозили его, он плакал. Нет, не от боли, она привычна, она по сути своей пустяк. Но он плакал и пытался дотянуться до кармана, где еще лежали остатки хлеба, остатки его собственной жизни.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Не все могут состариться с тем, кого любят.

    Не все могут состариться с тем, кого любят.

    — Джон Риз · сериал
20. «

    Мне кажется, Вы станете старухой И будете вязать для неба свитер, И часто спать, и мерить взглядом сухо Свой город из артрита и гранита. Мне кажется, Вы станете циничней И выключите врущий телевизор, А на балконе разобьете птичник, Как средство от тоски и ревматизма. Мне кажется, Вы будете петь внукам, Качая в люльке веру в продолженье, И шить для них красивых ярких кукол, Но как бы в долг, слегка, из одолженья. Мне кажется, Вы спрячетесь за книги, Чтобы молчать о времени ворчливо, И в трении финансов и религий Смотреть назад, где все до боли живо. И вспоминать себя — смешной девчонкой, Родителей, друзей уже ушедших, Дни боли, застелившие мир черным, Дни счастья — почему их было меньше? Мне кажется, Вы станете музеем Огромной жизни, взвешенной часами. Но все же… Это, видимо, важнее: Мне кажется, что я останусь с Вами.

    Мне кажется, Вы станете старухой И будете вязать для неба свитер, И часто спать, и мерить взглядом сухо Свой город из артрита и гранита. Мне кажется, Вы станете циничней И выключите врущий телевизор, А на балконе разобьете птичник, Как средство от тоски и ревматизма. Мне кажется, Вы будете петь внукам, Качая в люльке веру в продолженье, И шить для них красивых ярких кукол, Но как бы в долг, слегка, из одолженья. Мне кажется, Вы спрячетесь за книги, Чтобы молчать о времени ворчливо, И в трении финансов и религий Смотреть назад, где все до боли живо. И вспоминать себя — смешной девчонкой, Родителей, друзей уже ушедших, Дни боли, застелившие мир черным, Дни счастья — почему их было меньше? Мне кажется, Вы станете музеем Огромной жизни, взвешенной часами. Но все же… Это, видимо, важнее: Мне кажется, что я останусь с Вами.

    — Аль Квотион