72 цитаты на тему «стойкость» — читать онлайн

Тема «стойкость» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 72 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Еще не известно, кому из нас нужно запастись мужеством. — Мне будет страшно только в тот день, когда я сдамся. А этот день никогда не настанет.

   — Еще не известно, кому из нас нужно запастись мужеством. — Мне будет страшно только в тот день, когда я сдамся. А этот день никогда не настанет.

   — Айн Рэнд · книга
2. «

   Мужество – это стойкость достоинства.

   Мужество – это стойкость достоинства.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
3. «

   Нас могут гнуть, сгибать, клонить, изгибать, нагибать, опускать, корежить, надгибать, пригибать, наклонять, отклонять, перегибать, оборачивать. Сломать не смогут.

   Нас могут гнуть, сгибать, клонить, изгибать, нагибать, опускать, корежить, надгибать, пригибать, наклонять, отклонять, перегибать, оборачивать. Сломать не смогут.
4. «

   Страх... он есть всегда и везде. Он сопровождает нас повсюду. И единственное, что подвластно каждому — побороть его. Подчинить себе и остаться на поверхности, не позволив ему утащить себя на дно.

   Страх... он есть всегда и везде. Он сопровождает нас повсюду. И единственное, что подвластно каждому — побороть его. Подчинить себе и остаться на поверхности, не позволив ему утащить себя на дно.

   — Лика Верх · книга
5. «

   Уверовавшие в твою стойкость дрогнут сами.

   Уверовавшие в твою стойкость дрогнут сами.

   — Марк Лоуренс · книга
6. «

   Простоять на кулаках восемь раз по три минуты – это так просто. Особенно тому, кто никогда этого не делал.

   Простоять на кулаках восемь раз по три минуты – это так просто. Особенно тому, кто никогда этого не делал.

   — Дмитрий Емец · книга
7. «

   Когда было решено, что я буду императором — я лишился всего. Детства, семьи, любви. Под жестоким руководством я был превращён в идеального правителя. Я думал, что могу изменить тебя также, как изменился я. Но благодаря Предвестнице, я, наконец, понял. Становление императором не делает меня сильнее, это ломает меня. Поэтому, я пытался сломать тебя. Забрать твою свободу. Твою надежду. Я даже взял твой глаз... Но где я сломался, ты выдержал. Ты... Сильный.

   Когда было решено, что я буду императором — я лишился всего. Детства, семьи, любви. Под жестоким руководством я был превращён в идеального правителя. Я думал, что могу изменить тебя также, как изменился я. Но благодаря Предвестнице, я, наконец, понял. Становление императором не делает меня сильнее, это ломает меня. Поэтому, я пытался сломать тебя. Забрать твою свободу. Твою надежду. Я даже взял твой глаз... Но где я сломался, ты выдержал. Ты... Сильный.

   — Индрик · игра
8. «

   Вместо того, чтоб бесконечно злиться, Так лучше в жизни новому учиться, Не стоит ныть, и без обиняков, Не радуйте слезой своих врагов.

   Вместо того, чтоб бесконечно злиться, Так лучше в жизни новому учиться, Не стоит ныть, и без обиняков, Не радуйте слезой своих врагов.
9. «

   — Расскажи мне, что угодно. Только говори. Расскажи мне о моём сыне. Какой он? — Он примерно моего роста. У него твои глаза. Мы верим ему. В нём чувствуется сила. Я готов умереть за Джона Коннора. — По крайней мере, теперь я знаю, как назвать его. А ты не знаешь, кто его отец? Чтобы мне не пропустить его, а? — Джон ничего особенного не говорил о нём. Я знаю, что его отец умер до... — Не говори. Я не хочу знать. Джон сюда тебя послал? — Я вызвался добровольцем. Такой шанс познакомиться с легендой. Сара Коннор, которая научила сына бороться, организовывать партизанскую борьбу. Готовила его ещё с детства. — Ты говоришь о том, что я ещё даже и не думала делать, в прошедшем времени. С ума сойти, я что, похожа на мать-героиню? Я что, крепкая, организованная? Я даже с чековой книжкой разобраться не могу. Мне не нужна эта честь. Я не просила её. Ничего мне не нужно. — Твой сын просил передать тебе кое-что на словах. Я выучил наизусть. «Спасибо, Сара, за мужество в тёмные годы. Я не могу помочь тебе в том, что предстоит. Но будущее ещё не определено. Ты сильнее, чем думаешь. Ты должна остаться в живых, иначе меня никогда не будет». Это всё.

   — Расскажи мне, что угодно. Только говори. Расскажи мне о моём сыне. Какой он? — Он примерно моего роста. У него твои глаза. Мы верим ему. В нём чувствуется сила. Я готов умереть за Джона Коннора. — По крайней мере, теперь я знаю, как назвать его. А ты не знаешь, кто его отец? Чтобы мне не пропустить его, а? — Джон ничего особенного не говорил о нём. Я знаю, что его отец умер до... — Не говори. Я не хочу знать. Джон сюда тебя послал? — Я вызвался добровольцем. Такой шанс познакомиться с легендой. Сара Коннор, которая научила сына бороться, организовывать партизанскую борьбу. Готовила его ещё с детства. — Ты говоришь о том, что я ещё даже и не думала делать, в прошедшем времени. С ума сойти, я что, похожа на мать-героиню? Я что, крепкая, организованная? Я даже с чековой книжкой разобраться не могу. Мне не нужна эта честь. Я не просила её. Ничего мне не нужно. — Твой сын просил передать тебе кое-что на словах. Я выучил наизусть. «Спасибо, Сара, за мужество в тёмные годы. Я не могу помочь тебе в том, что предстоит. Но будущее ещё не определено. Ты сильнее, чем думаешь. Ты должна остаться в живых, иначе меня никогда не будет». Это всё.

   — Сара Коннор · фильм
10. «

    Раненый конь всё ещё может бежать галопом, а ветхий небоскрёб продолжит стоять на ветру.

    Раненый конь всё ещё может бежать галопом, а ветхий небоскрёб продолжит стоять на ветру.
11. «

    Незаметно залетает только шайба в ворота, а жизнь иногда отвешивает такие оплеухи. Может сейчас банальность скажу, но надо учиться держать удар.

    Незаметно залетает только шайба в ворота, а жизнь иногда отвешивает такие оплеухи. Может сейчас банальность скажу, но надо учиться держать удар.

    — Сергей Макеев · сериал
12. «

    Черепаха должна быть твердой, потому что по сути она слишком уж мягкая.

    Черепаха должна быть твердой, потому что по сути она слишком уж мягкая.

    — Станислав Ежи Лец · книга
13. «

    По щекам девушки текли слезы, но ее глаза сияли. — И в этот момент, Атрет, со мной произошло самое поразительное, самое удивительное. В тот самый момент, когда я провозглашала Иисуса Христом, страх покинул меня. Его тяжесть спала, как будто, его никогда и не было. — Разве ты никогда раньше не говорила об Иисусе? — Говорила, но это было среди верующих людей, среди тех, кто любит меня. Там я не подвергала себя никакой опасности, говорила от всей души. Но в тот момент, перед Юлией, перед другими, я полностью подчинилась Божьей воле. Он есть Бог, и нет другого. И не сказать им истину я уже не могла. — И теперь ты умрешь за это, — мрачно произнес Атрет. — Если в нас нет того, ради чего стоит умереть, Атрет, то в нас нет и того, ради чего стоит жить...

    По щекам девушки текли слезы, но ее глаза сияли. — И в этот момент, Атрет, со мной произошло самое поразительное, самое удивительное. В тот самый момент, когда я провозглашала Иисуса Христом, страх покинул меня. Его тяжесть спала, как будто, его никогда и не было. — Разве ты никогда раньше не говорила об Иисусе? — Говорила, но это было среди верующих людей, среди тех, кто любит меня. Там я не подвергала себя никакой опасности, говорила от всей души. Но в тот момент, перед Юлией, перед другими, я полностью подчинилась Божьей воле. Он есть Бог, и нет другого. И не сказать им истину я уже не могла. — И теперь ты умрешь за это, — мрачно произнес Атрет. — Если в нас нет того, ради чего стоит умереть, Атрет, то в нас нет и того, ради чего стоит жить...

    — Франсин Риверс · книга
14. «

    Скажите сеньору герцогу д’Энгиень, что мы благодарим за его слова. Но это испанская терция.

    Скажите сеньору герцогу д’Энгиень, что мы благодарим за его слова. Но это испанская терция.

    — Диего Алатристе · фильм
15. «

    Придётся вставать и падать, вставать и падать, ведь путешественники — это воины. Жизнь наносит им удар за ударом, а они подбирают щит и идут дальше. Раны сами затягиваются на них, блеск в глазах становится ярче, а болезни и старость перед ними трепещут.

    Придётся вставать и падать, вставать и падать, ведь путешественники — это воины. Жизнь наносит им удар за ударом, а они подбирают щит и идут дальше. Раны сами затягиваются на них, блеск в глазах становится ярче, а болезни и старость перед ними трепещут.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Один человек спросил Антру: «В чём секрет твоей смелости и того, что никто не может одолеть тебя?» Он ответил: «Вложи свой палец мне в рот и дай мне вложить мой палец в твой рот». Они так и сделали, и каждый из них прикусил палец другого. Тот человек через несколько секунд вскрикнул от боли, а Антра стерпел. Антра отпустил его и сказал: «Посредством этого я побеждал героев», имея в виду терпение и стойкость.

    Один человек спросил Антру: «В чём секрет твоей смелости и того, что никто не может одолеть тебя?» Он ответил: «Вложи свой палец мне в рот и дай мне вложить мой палец в твой рот». Они так и сделали, и каждый из них прикусил палец другого. Тот человек через несколько секунд вскрикнул от боли, а Антра стерпел. Антра отпустил его и сказал: «Посредством этого я побеждал героев», имея в виду терпение и стойкость.

    — Аид аль-Карни · книга
17. «

    Мои убеждения, не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в скудном лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной! Я предан своей Родине и останусь ей предан до конца!

    Мои убеждения, не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в скудном лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной! Я предан своей Родине и останусь ей предан до конца!

    — Дмитрий Михайлович Карбышев
18. «

    Наши враги дают нам прекрасную возможность практиковать терпение, стойкость и сострадание.

    Наши враги дают нам прекрасную возможность практиковать терпение, стойкость и сострадание.

    — Далай-лама XIV
19. «

    От Ленинграда до Омска Поезд шёл три дня, я в кепке: мороз минус сорок не заморозил меня.

    От Ленинграда до Омска Поезд шёл три дня, я в кепке: мороз минус сорок не заморозил меня.

    — Евгений Александрович Горюнов
20. «

    На самом деле нет излишних требований к себе. Чем требовательнее к себе человек, тем дальше он пойдет, и тем счастливее он будет.

    На самом деле нет излишних требований к себе. Чем требовательнее к себе человек, тем дальше он пойдет, и тем счастливее он будет.