324 фразы на тему «Жизненные цитаты про страх» для дневника

Собрали 324 цитаты на тему «Жизненные цитаты про страх» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Многие от страха умирают раньше, чем от настоящей опасности.

   Многие от страха умирают раньше, чем от настоящей опасности.

   — Роберт Хайнлайн · книга
2. «

   Если бы никто не боялся, никто бы не знал, как хорошо чувствовать себя в безопасности.

   Если бы никто не боялся, никто бы не знал, как хорошо чувствовать себя в безопасности.

   — Люси Акерман · фильм
3. «

   Меня с рождения окружали люди, страшившиеся козней какого-то скрытого врага. Мой дед подозревал евреев, иезуиты — масонов, мой революционный папаша — иезуитов, монархи всея Европы — карбонариев. Мои товарищи по школе, мадзинианцы, подозревали, что король — пешка в руках священников. Полиция всего мира подозревала баварских иллюминатов. И так далее. Нет счёта всем людям, кто опасается, что против них плетутся заговоры. Вот нам готовая форма. Можно заполнять её по усмотрению, кому чего, по заговору на каждый вкус.

   Меня с рождения окружали люди, страшившиеся козней какого-то скрытого врага. Мой дед подозревал евреев, иезуиты — масонов, мой революционный папаша — иезуитов, монархи всея Европы — карбонариев. Мои товарищи по школе, мадзинианцы, подозревали, что король — пешка в руках священников. Полиция всего мира подозревала баварских иллюминатов. И так далее. Нет счёта всем людям, кто опасается, что против них плетутся заговоры. Вот нам готовая форма. Можно заполнять её по усмотрению, кому чего, по заговору на каждый вкус.

   — Умберто Эко · книга
4. «

   Она боялась того, чего не могла постичь — боялась себя.

   Она боялась того, чего не могла постичь — боялась себя.

   — Джерико Свейн · игра
5. «

   Человеческая жизнь — страшная. В ней есть много всего хорошего, и она может по-разному сложиться, но она страшная. Ты многого не знаешь заранее: не знаешь себя, не знаешь, что ошибаешься, не знаешь цену своих поступков. Ты постфактум что-то понимаешь про свои предыдущие виновности. Спрашиваешь: а чего я тогда об этом не подумал? А ты и не мог подумать. У тебя не было для этого мозгов или чувств. Не может щенок понимать то, что понимает взрослое животное.

   Человеческая жизнь — страшная. В ней есть много всего хорошего, и она может по-разному сложиться, но она страшная. Ты многого не знаешь заранее: не знаешь себя, не знаешь, что ошибаешься, не знаешь цену своих поступков. Ты постфактум что-то понимаешь про свои предыдущие виновности. Спрашиваешь: а чего я тогда об этом не подумал? А ты и не мог подумать. У тебя не было для этого мозгов или чувств. Не может щенок понимать то, что понимает взрослое животное.

   — Кира Муратова
6. «

   В отношениях мы эгоистичны. Мы боимся. Боимся потерять. Боимся недополучить. Боимся поделить с кем-то ещё нашу любовь. Ту любовь, которую получаем от другого. Которую мы присвоили себе. Как то, что принадлежит нам.

   В отношениях мы эгоистичны. Мы боимся. Боимся потерять. Боимся недополучить. Боимся поделить с кем-то ещё нашу любовь. Ту любовь, которую получаем от другого. Которую мы присвоили себе. Как то, что принадлежит нам.

   — Екатерина Корзун · книга
7. «

   ... Подростки до смерти боятся стать предметом насмешек. А люди, не подверженные подобному страху, — много ли таких найдется в мире взрослых? — имеют для них непререкаемый авторитет.

   ... Подростки до смерти боятся стать предметом насмешек. А люди, не подверженные подобному страху, — много ли таких найдется в мире взрослых? — имеют для них непререкаемый авторитет.

   — Джоан Роулинг · книга
8. «

   Так всегда бывает, когда страшного слишком много. Страх сам себя сжигает. Происходит пресыщение. Ты уже не чувствуешь ничего, кроме тупой усталости. Слишком привык, хотя понимаю, как могут звучать мои слова со стороны. Но привыкнуть можно ко всему.

   Так всегда бывает, когда страшного слишком много. Страх сам себя сжигает. Происходит пресыщение. Ты уже не чувствуешь ничего, кроме тупой усталости. Слишком привык, хотя понимаю, как могут звучать мои слова со стороны. Но привыкнуть можно ко всему.

   — Алексей Пехов · книга
9. «

   У каждого свой свет и своя тьма. Но как только они начинают именоваться с заглавной буквы (или за них это делают фанатики) — Свет и Тьма, Добро и Зло становятся неотличимы друг от друга ни по методам, ни по облику. Я хотел бы никогда не встречаться с ними, когда они в этом жутком обличье.

   У каждого свой свет и своя тьма. Но как только они начинают именоваться с заглавной буквы (или за них это делают фанатики) — Свет и Тьма, Добро и Зло становятся неотличимы друг от друга ни по методам, ни по облику. Я хотел бы никогда не встречаться с ними, когда они в этом жутком обличье.

   — Генри Лайон Олди · книга
10. «

    Страшно и больно остаться круглой сиротой, а еще страшнее и больнее — остаться сиротою при родителях живых!

    Страшно и больно остаться круглой сиротой, а еще страшнее и больнее — остаться сиротою при родителях живых!
11. «

    Отвага – это нечто большее, чем бодрый оптимизм в отсутствие страха.

    Отвага – это нечто большее, чем бодрый оптимизм в отсутствие страха.

    — Хелен Кляйн Росс · книга
12. «

    Злость не лучшее из чувств, но все же лучше, чем шок, лучше, чем всепоглощающий страх.

    Злость не лучшее из чувств, но все же лучше, чем шок, лучше, чем всепоглощающий страх.

    — Стивен Кинг · книга
13. «

    Я испытываю благоговейный страх перед замысловатым совершенством мира, в котором нахожусь, но слишком устал, чтобы по-настоящему оценить его.

    Я испытываю благоговейный страх перед замысловатым совершенством мира, в котором нахожусь, но слишком устал, чтобы по-настоящему оценить его.

    — Стивен Каллахэн · книга
14. «

    Страх тоже ограждает и спасает людей. Без страха мы бы все давным-давно погибли, мы бы шли прямо на автобус и хихикали при этом, и автобус переезжал бы через нас. Весёленькая была бы жизнь! Но и страх и боль сами могут убить, если они станут слишком большими. Боль убивает тело, страх — душу. И кто знает, где кончаются границы блага, которые они несут с собой?

    Страх тоже ограждает и спасает людей. Без страха мы бы все давным-давно погибли, мы бы шли прямо на автобус и хихикали при этом, и автобус переезжал бы через нас. Весёленькая была бы жизнь! Но и страх и боль сами могут убить, если они станут слишком большими. Боль убивает тело, страх — душу. И кто знает, где кончаются границы блага, которые они несут с собой?

    — Виктор Викторович Конецкий · книга
15. «

    Он больше пугает, чем убивает, — очень серьёзно ответил мне Салех. — Он умный. Он хочет, чтобы мы боялись, испуганный враг не так опасен, особенно когда начнется серьёзная война.

    Он больше пугает, чем убивает, — очень серьёзно ответил мне Салех. — Он умный. Он хочет, чтобы мы боялись, испуганный враг не так опасен, особенно когда начнется серьёзная война.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
16. «

    Видишь ли, сынок, почти все люди испытывают страх, Сайрус говорил очень искренне, — а что вызывает этот страх — призрачные тени, неразрешимые загадки, бесчисленные и неведомые опасности, трепет перед незримой смертью? — они и сами не знают. Но если тебе достанет храбрости заглянуть в глаза не призраку, а настоящей смерти, зримой и объяснимой, будь то смерть от пули или клинка, от стрелы или копья, ты навсегда забудешь страх, по крайней мере тот, что жил в тебе прежде. И вот тогда ты поистине станешь отличен от других, ты будешь спокоен, когда другие будут кричать от ужаса. Это и есть величайшая награда за всё. Величайшая и, возможно, единственная. Возможно, это та наивысшая предельная чистота, которую не пятнает никакая грязь.

    Видишь ли, сынок, почти все люди испытывают страх, Сайрус говорил очень искренне, — а что вызывает этот страх — призрачные тени, неразрешимые загадки, бесчисленные и неведомые опасности, трепет перед незримой смертью? — они и сами не знают. Но если тебе достанет храбрости заглянуть в глаза не призраку, а настоящей смерти, зримой и объяснимой, будь то смерть от пули или клинка, от стрелы или копья, ты навсегда забудешь страх, по крайней мере тот, что жил в тебе прежде. И вот тогда ты поистине станешь отличен от других, ты будешь спокоен, когда другие будут кричать от ужаса. Это и есть величайшая награда за всё. Величайшая и, возможно, единственная. Возможно, это та наивысшая предельная чистота, которую не пятнает никакая грязь.

    — Джон Стейнбек · книга
17. «

    — Знаешь, это плохо. Чувствовать себя ненужной, бесполезной. Она же знает. что она-маг огня. А у нее не получается именно эта стихия. Представь, что она себя ощущает белым карандашом. — Просто нужно существовать на черной бумаге. Разве стоит существовать, пытаясь подстроиться под мир?

    — Знаешь, это плохо. Чувствовать себя ненужной, бесполезной. Она же знает. что она-маг огня. А у нее не получается именно эта стихия. Представь, что она себя ощущает белым карандашом. — Просто нужно существовать на черной бумаге. Разве стоит существовать, пытаясь подстроиться под мир?

    — Элис Найт · книга
18. «

    Страх всегда убивает больше борьбы. Пока армия не бросает щитов и не размыкает строя, уничтожить ее практически невозможно, либо она уходит в небо с такой славой, что враг обычно уже не лезет к этому народу.

    Страх всегда убивает больше борьбы. Пока армия не бросает щитов и не размыкает строя, уничтожить ее практически невозможно, либо она уходит в небо с такой славой, что враг обычно уже не лезет к этому народу.

    — Дмитрий Емец · книга
19. «

    Неизвестность пугает гораздо хуже любой истины.

    Неизвестность пугает гораздо хуже любой истины.

    — Алексей Черненко · книга
20. «

    Люди всегда побаиваются того, что не очень понимают.

    Люди всегда побаиваются того, что не очень понимают.

    — Ханна Кент · книга