43 цитаты «страсть со смыслом» — избранное

Собрали 43 цитаты на тему «страсть со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Есть преступления, вызванные страстью, и преступления, продиктованные бесстрастной логикой.

   Есть преступления, вызванные страстью, и преступления, продиктованные бесстрастной логикой.

   — Альбер Камю · книга
2. «

   Счастье, которое человек испытывает, когда его чувства соприкасаются с объектами чувств, всегда влечет за собой страдания, и его следует всячески избегать.

   Счастье, которое человек испытывает, когда его чувства соприкасаются с объектами чувств, всегда влечет за собой страдания, и его следует всячески избегать.

   — Шрила Абхай Чаранаравинда Бхактиведанта Свами Прабхупада · книга
3. «

   ... Без страстей нет ни великих артистов, ни великих полководцев, ни великих министров, ни великих поэтов, ни великих философов.

   ... Без страстей нет ни великих артистов, ни великих полководцев, ни великих министров, ни великих поэтов, ни великих философов.

   — Клод Адриан Гельвеций
4. «

   Кaкoвo cocтoяниe, вeдyщee к любви? Нaпpяжeниe и cтpacть. Кaкoвo cocтoяниe пpoизвoдимoe любoвью? Облeгчeниe и нeжнocть.

   Кaкoвo cocтoяниe, вeдyщee к любви? Нaпpяжeниe и cтpacть. Кaкoвo cocтoяниe пpoизвoдимoe любoвью? Облeгчeниe и нeжнocть.

   — Каляна Малла · книга
5. «

   Что это значит вообще — любить? Ответить на это было тем более невозможно, что ни в том, что слышал Митя о любви, ни в том, что читал он о ней, не было ни одного точно определяющего её слова. В книгах и в жизни всё как будто раз и навсегда условились говорить или только о какой-то почти бесплотной любви, или только о том, что называется страстью, чувственностью. Его же любовь была непохожа ни на то, ни на другое.

   Что это значит вообще — любить? Ответить на это было тем более невозможно, что ни в том, что слышал Митя о любви, ни в том, что читал он о ней, не было ни одного точно определяющего её слова. В книгах и в жизни всё как будто раз и навсегда условились говорить или только о какой-то почти бесплотной любви, или только о том, что называется страстью, чувственностью. Его же любовь была непохожа ни на то, ни на другое.

   — Иван Алексеевич Бунин · книга
6. «

   Вот что такое свобода, — думал я. — Иметь страсть, собирать золотые монеты, а потом вдруг забыть все и выбросить свое богатство на ветер. Освободиться от одной страсти, чтобы покориться другой, более достойной. Но разве не является все это своего рода рабством? Посвятить себя идее во имя своего племени, во имя Бога? Что же, чем выше занимает положение хозяин, тем длиннее становится веревка раба? В этом случае он может резвиться и играть на более просторной арене и умереть, так и не почувствовав веревку. Может быть, это называют свободой?

   Вот что такое свобода, — думал я. — Иметь страсть, собирать золотые монеты, а потом вдруг забыть все и выбросить свое богатство на ветер. Освободиться от одной страсти, чтобы покориться другой, более достойной. Но разве не является все это своего рода рабством? Посвятить себя идее во имя своего племени, во имя Бога? Что же, чем выше занимает положение хозяин, тем длиннее становится веревка раба? В этом случае он может резвиться и играть на более просторной арене и умереть, так и не почувствовав веревку. Может быть, это называют свободой?

   — Никос Казандзакис · книга
7. «

   Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому хранить холод.

   Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому хранить холод.

   — Франсуа де Ларошфуко · книга
8. «

   Древние греки считали, безрассудная любовь — грех перед богами. И ещё, помните: если кого-то вот так безрассудно полюбить, боги ревнуют и непременно губят любимого во цвете лет. Это всем нам урок, Мэгги. Любить свыше меры — кощунство.

   Древние греки считали, безрассудная любовь — грех перед богами. И ещё, помните: если кого-то вот так безрассудно полюбить, боги ревнуют и непременно губят любимого во цвете лет. Это всем нам урок, Мэгги. Любить свыше меры — кощунство.

   — Колин Маккалоу · книга
9. «

   Мужчины открывали перед ней свои мысли, а это, право, же, стоило всех их поцелуев и ласк.

   Мужчины открывали перед ней свои мысли, а это, право, же, стоило всех их поцелуев и ласк.

   — Дэвид Герберт Лоуренс · книга
10. «

    Кто может сказать, единственное ли то устройство мира, в котором мы существуем? Оно предстает данностью, но, может, это нечто текучее, приобретающее ту форму, которую ему создает человек? Стереотипы предписывают поведение и даже мысли, те создают путь, по которому мчится жизнь. В этой данности у женщины есть десять, пятнадцать, ну даже двадцать лет ощущения себя женщиной, а потом все катится вниз, с каждым годом только отбирая что-то, ничего не давая взамен. Но путь мог бы быть и другим, а с ним – и устройство мира. Бесконечность смены красок, страстей, фантазий, набирающих силу с каждым годом, наполняющие жизнь женщины новыми ощущениями. Из них можно мять, лепить, менять и сам мир, выбрасывать из него отжившее, как хлам из кладовки.

    Кто может сказать, единственное ли то устройство мира, в котором мы существуем? Оно предстает данностью, но, может, это нечто текучее, приобретающее ту форму, которую ему создает человек? Стереотипы предписывают поведение и даже мысли, те создают путь, по которому мчится жизнь. В этой данности у женщины есть десять, пятнадцать, ну даже двадцать лет ощущения себя женщиной, а потом все катится вниз, с каждым годом только отбирая что-то, ничего не давая взамен. Но путь мог бы быть и другим, а с ним – и устройство мира. Бесконечность смены красок, страстей, фантазий, набирающих силу с каждым годом, наполняющие жизнь женщины новыми ощущениями. Из них можно мять, лепить, менять и сам мир, выбрасывать из него отжившее, как хлам из кладовки.

    — Елена Котова · книга
11. «

    Бывает, и разумного пленяет страсть, С него срывая целомудренный покров… Объятый страстью — раб, но, победив Её, он сам становится владыкой…

    Бывает, и разумного пленяет страсть, С него срывая целомудренный покров… Объятый страстью — раб, но, победив Её, он сам становится владыкой…

    — Хасан аль-Басри
12. «

    Страсть есть источник всякой живой плодотворной деятельности.

    Страсть есть источник всякой живой плодотворной деятельности.

    — Виссарион Григорьевич Белинский
13. «

    Ни один великий шаг в истории не был сделан без помощи страсти, которая, удесятеряя нравственные силы и изощряя умственные способности деятелей, сама является великой прогрессивной силой.

    Ни один великий шаг в истории не был сделан без помощи страсти, которая, удесятеряя нравственные силы и изощряя умственные способности деятелей, сама является великой прогрессивной силой.

    — Георгий Валентинович Плеханов
14. «

    Страсть, как её ни прячь, видна чужому глазу. Всё выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд. Скрываемый огонь сильнее во сто крат.

    Страсть, как её ни прячь, видна чужому глазу. Всё выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд. Скрываемый огонь сильнее во сто крат.

    — Жан Расин · книга
15. «

    Я скорее умру от страсти, чем от скуки.

    Я скорее умру от страсти, чем от скуки.

    — Винсент Ван Гог
16. «

    Если советы страсти более смелы, чем советы рассудка, то и силы для исполнения их страсть даёт больше, чем рассудок.

    Если советы страсти более смелы, чем советы рассудка, то и силы для исполнения их страсть даёт больше, чем рассудок.

    — Люк де Клапье де Вовенарг
17. «

    Удел женщины — владычествовать, удел мужчины — царить, потому что владычествует страсть, а правит ум.

    Удел женщины — владычествовать, удел мужчины — царить, потому что владычествует страсть, а правит ум.

    — Иммануил Кант
18. «

    О, что же такое любовь, если мы вынуждены сожалеть даже об опасностях, которым она нас подвергает, а главное — если можно опасаться, что будешь испытывать это чувство, даже когда его уже не внушаешь! Надо бежать от этой гибельной страсти, предоставляющей нам лишь один выбор — позор или несчастье — и зачастую соединяющей для нас то и другое. И пусть хотя бы благоразумие заменит нам добродетель.

    О, что же такое любовь, если мы вынуждены сожалеть даже об опасностях, которым она нас подвергает, а главное — если можно опасаться, что будешь испытывать это чувство, даже когда его уже не внушаешь! Надо бежать от этой гибельной страсти, предоставляющей нам лишь один выбор — позор или несчастье — и зачастую соединяющей для нас то и другое. И пусть хотя бы благоразумие заменит нам добродетель.

    — Шодерло де Лакло · книга
19. «

    Стремящийся добиться исполнения своих желаний должен поставить себе цель и наметить пределы своих притязаний, а потом уж и поступать сообразно тому, что задумал. В пословице говорится: «Кто спешит без дороги, у того верблюд поломает ноги». Самое верное — не стремиться к недостижимому, не надеяться на несбыточное, не горевать, если не получаешь того, что и другим не дается в руки, и не любить сей непостоянный мир больше будущей вечной жизни, ибо тот, кто не прилепился сердцем к мирским страстям и желаниям, меньше страдает, расставаясь с ними.

    Стремящийся добиться исполнения своих желаний должен поставить себе цель и наметить пределы своих притязаний, а потом уж и поступать сообразно тому, что задумал. В пословице говорится: «Кто спешит без дороги, у того верблюд поломает ноги». Самое верное — не стремиться к недостижимому, не надеяться на несбыточное, не горевать, если не получаешь того, что и другим не дается в руки, и не любить сей непостоянный мир больше будущей вечной жизни, ибо тот, кто не прилепился сердцем к мирским страстям и желаниям, меньше страдает, расставаясь с ними.

    — Ибн аль-Мукаффа Абдаллах · книга
20. «

    Кажется, что все в жизни без исключения вертится вокруг этой странной штуки, которая называется любовью. Мы любим природу, мы занимаемся любовью, мы влюбляемся и разочаровываемся, мы гонимся за любовью и умоляем ее нас спасти. Романтическая любовь — так мы называем этот порыв — эта испепеляющая страсть, эта неистовая тоска по Возлюбленному (или по Возлюбленной), эта напряженная борьба, эта глубокая грусть при утрате Возлюбленного (или Возлюбленной), эта тревожная неопределенность относительно реального существования Другого — все это и многое другое является одновременно и величайшим источником энергии, и основным современным наркотиком.

    Кажется, что все в жизни без исключения вертится вокруг этой странной штуки, которая называется любовью. Мы любим природу, мы занимаемся любовью, мы влюбляемся и разочаровываемся, мы гонимся за любовью и умоляем ее нас спасти. Романтическая любовь — так мы называем этот порыв — эта испепеляющая страсть, эта неистовая тоска по Возлюбленному (или по Возлюбленной), эта напряженная борьба, эта глубокая грусть при утрате Возлюбленного (или Возлюбленной), эта тревожная неопределенность относительно реального существования Другого — все это и многое другое является одновременно и величайшим источником энергии, и основным современным наркотиком.

    — Джеймс Холлис · книга