273 цитаты про «стыд»

273 цитаты про «стыд»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Серьезному человеку нужны друзья. Когда все рушится, у него остаются его боги. Но у меня нет ни друзей, ни богов. Во мне, как и в вас, живут страсти, и ничто не может сравниться со страстным желанием совершенной дружбы, дружбы interpares, среди равных. Что за опьяняющие слова — interpares, слова, в которых отрада и надежда для такого, как я, который всегда был одинок, который всегда искал, но никогда не встречал того, кто в точности ему подходит. Иногда я изливал душу в письмах сестре, друзьям, но когда я сталкиваюсь с людьми лицом к лицу, я пристыжено отворачиваюсь.

   Серьезному человеку нужны друзья. Когда все рушится, у него остаются его боги. Но у меня нет ни друзей, ни богов. Во мне, как и в вас, живут страсти, и ничто не может сравниться со страстным желанием совершенной дружбы, дружбы interpares, среди равных. Что за опьяняющие слова — interpares, слова, в которых отрада и надежда для такого, как я, который всегда был одинок, который всегда искал, но никогда не встречал того, кто в точности ему подходит. Иногда я изливал душу в письмах сестре, друзьям, но когда я сталкиваюсь с людьми лицом к лицу, я пристыжено отворачиваюсь.

   — Ирвин Ялом · книга
2. «

   Они думали, что я читал это произведение с восторженным румянцем на лице. А я просто краснел от стыда.

   Они думали, что я читал это произведение с восторженным румянцем на лице. А я просто краснел от стыда.

   — Станислав Ежи Лец · книга
3. «

   Любовь — это самый проверенный способ преодолеть чувство стыда.

   Любовь — это самый проверенный способ преодолеть чувство стыда.

   — Зигмунд Фрейд
4. «

   Я не привыкла робеть. Я привыкла стыдиться. Робость — это когда отворачиваешься от того, что хочешь. Стыд — это когда отворачиваешься от того, чего не хочешь.

   Я не привыкла робеть. Я привыкла стыдиться. Робость — это когда отворачиваешься от того, что хочешь. Стыд — это когда отворачиваешься от того, чего не хочешь.

   — Джонатан Сафран Фоер · книга
5. «

   Сократ сказал: нет сокровищницы лучше знания, и нет врага хуже дурного человека, и нет почета величавее, чем знание, и нет украшения лучше стыда.

   Сократ сказал: нет сокровищницы лучше знания, и нет врага хуже дурного человека, и нет почета величавее, чем знание, и нет украшения лучше стыда.

   — Кей-Кавус (Унсур Аль-Маали)
6. «

   Самый основной смысл «пришествия Розанова в мир» (ибо всякий человек рождается для своего смысла и со своим особым смыслом) заключается в перемене для христианской эры понятия «добро» и «зло». Именно в открытии, что «рождение не есть зло, и христианство не имело права так сказать». В этом одном и только. <...> Но существуют браки — открыто. Всемирно человеческий институт. И брак — «начало совокуплений», которых, значит, никто не осуждает, а только нельзя их видеть, нельзя смотреть. Но это говорит о тайне и инстинкте тайны, а не об осуждении. <...> Вышло или, лучше сказать, я обнаружил, что не «любовь к ближнему» и разные прибаутки — зерно христианского мира, а признание «стыда» как показателя «греха» и позднее «по крайней мере, неприличия» совокупления и родов. И ergo: «признание деторождения лишь после совершения некоторых в своем роде очистительных жертв» (венчания). <...> «Поправься!» (христианству). Или: «Отменись», «отойди в сторону». Это — не грех, а тайна, «важное из важного»: и оправдались Небеса Египта и Востока.

   Самый основной смысл «пришествия Розанова в мир» (ибо всякий человек рождается для своего смысла и со своим особым смыслом) заключается в перемене для христианской эры понятия «добро» и «зло». Именно в открытии, что «рождение не есть зло, и христианство не имело права так сказать». В этом одном и только. <...> Но существуют браки — открыто. Всемирно человеческий институт. И брак — «начало совокуплений», которых, значит, никто не осуждает, а только нельзя их видеть, нельзя смотреть. Но это говорит о тайне и инстинкте тайны, а не об осуждении. <...> Вышло или, лучше сказать, я обнаружил, что не «любовь к ближнему» и разные прибаутки — зерно христианского мира, а признание «стыда» как показателя «греха» и позднее «по крайней мере, неприличия» совокупления и родов. И ergo: «признание деторождения лишь после совершения некоторых в своем роде очистительных жертв» (венчания). <...> «Поправься!» (христианству). Или: «Отменись», «отойди в сторону». Это — не грех, а тайна, «важное из важного»: и оправдались Небеса Египта и Востока.

   — Василий Розанов · книга
7. «

   Стыд — это страх честности перед позором.

   Стыд — это страх честности перед позором.

   — Эразм Роттердамский
8. «

   Приличная женщина предпочтет ночное одиночество утреннему стыду.

   Приличная женщина предпочтет ночное одиночество утреннему стыду.

   — Юрий Поляков · книга
9. «

   Пожалуйста, не церемоньтесь! Напускную скромность я не считаю за добродетель. Излишней стыдливостью я не отличаюсь, тем более в мужском обществе.

   Пожалуйста, не церемоньтесь! Напускную скромность я не считаю за добродетель. Излишней стыдливостью я не отличаюсь, тем более в мужском обществе.

   — Сосипатра Семёновна Лупачёва · фильм
10. «

    Стыд представляет собой зачаточный, не резко выраженный гнев человека на самого себя, ибо он содержит в себе реакцию на противоречие моего собственного явления с тем, чем я должен и хочу быть.

    Стыд представляет собой зачаточный, не резко выраженный гнев человека на самого себя, ибо он содержит в себе реакцию на противоречие моего собственного явления с тем, чем я должен и хочу быть.

    — Теймураз Джафарли · книга
11. «

    Небеса знают — мы напрасно стыдимся своих слёз, — они как дождь смывают душную пыль, иссушающую наши сердца.

    Небеса знают — мы напрасно стыдимся своих слёз, — они как дождь смывают душную пыль, иссушающую наши сердца.

    — Чарльз Диккенс · книга
12. «

    She seemed dressed in all of me Stretched across my shame All the torment and the pain Leaked through and covered me I'd do anything to have her to myself Just to have her for myself

    She seemed dressed in all of me Stretched across my shame All the torment and the pain Leaked through and covered me I'd do anything to have her to myself Just to have her for myself
13. «

    Поистине, два великих препятствия стоят на пути правильного понимания вещей: стыд, наполняющий душу, словно туман, и страх, который перед лицом опасности удерживает от смелый решений. Но глупость, с удивительной лёгкостью гонит прочь и стыд и страх.

    Поистине, два великих препятствия стоят на пути правильного понимания вещей: стыд, наполняющий душу, словно туман, и страх, который перед лицом опасности удерживает от смелый решений. Но глупость, с удивительной лёгкостью гонит прочь и стыд и страх.

    — Эразм Роттердамский · книга
14. «

    Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы стыдиться прошедшей любви.

    Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы стыдиться прошедшей любви.

    — Франсуа де Ларошфуко
15. «

    Стыдом можно назвать печальное размышление о нашей собственной недостойности, вытекающее из опасения, что другие либо заслуженно презирают нас, либо могли бы презирать, если бы все знали.

    Стыдом можно назвать печальное размышление о нашей собственной недостойности, вытекающее из опасения, что другие либо заслуженно презирают нас, либо могли бы презирать, если бы все знали.

    — Бернард Мандевиль
16. «

    Стыд определяет сознание.

    Стыд определяет сознание.

    — Станислав Ежи Лец · книга
17. «

    Конечно, оба брата д'Онэ, как и подобает людям благородным, поначалу все отвергали; но хранитель печати умел допрашивать так, что обвиняемый очень скоро забывал и угрызения совести, и все галантные соображения. Месяц, когда принцессы вступили в преступную связь, дни встреч любовников, ночи, проведенные в Нельской башне, имена слуг-сообщников — все, что для виновных означало страсть, любовный пыл и наслаждение, все было выставлено напоказ, обнажено, захватано чужими руками, втоптано в грязь. А сколько посвященных в тайну людей, должно быть, хихикали сейчас по углам! Присутствующие едва осмеливались поднять глаза на трех принцев, да и сами они не искали взгляда друг друга.

    Конечно, оба брата д'Онэ, как и подобает людям благородным, поначалу все отвергали; но хранитель печати умел допрашивать так, что обвиняемый очень скоро забывал и угрызения совести, и все галантные соображения. Месяц, когда принцессы вступили в преступную связь, дни встреч любовников, ночи, проведенные в Нельской башне, имена слуг-сообщников — все, что для виновных означало страсть, любовный пыл и наслаждение, все было выставлено напоказ, обнажено, захватано чужими руками, втоптано в грязь. А сколько посвященных в тайну людей, должно быть, хихикали сейчас по углам! Присутствующие едва осмеливались поднять глаза на трех принцев, да и сами они не искали взгляда друг друга.

    — Морис Дрюон · книга
18. «

    — И как тебе не стыдно жить на белом свете? — Слушай, Юкиношита. Жизнь — это величайший дар. Разве не более стыдно думать, что это стыдно?

    — И как тебе не стыдно жить на белом свете? — Слушай, Юкиношита. Жизнь — это величайший дар. Разве не более стыдно думать, что это стыдно?

    — Ватари Ватару · книга
19. «

    Но опрометчивой толпе Герой действительный не виден. Герой, как боязно тебе! Не бойся, я тебя не выдам.

    Но опрометчивой толпе Герой действительный не виден. Герой, как боязно тебе! Не бойся, я тебя не выдам.

    — Белла Ахмадулина
20. «

    Иногда за наши мысли нам становится так стыдно, что начинает казаться, будто окружающие умеют их читать.

    Иногда за наши мысли нам становится так стыдно, что начинает казаться, будто окружающие умеют их читать.

    — Ольга Городова · книга