333 цитаты «стыд» на каждый день

333 цитаты про «стыд»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если мы стыдимся Креста, значит и Бог нас постыдится. Вот об этом всегда помнить, никогда не стыдиться, носить крест святой на себе. Когда проезжаем мимо монастыря или храма, или кладбища – перекреститься всегда, осенить себя святым крестом. Если мы будем стыдиться Бога и Креста Господня, значит и Бог постыдится и нас грешных на Суде Божием. Никогда стыдиться не надо, и обедаешь: перекрестись, перекрести пищу и с Богом кушай, во славу Божию, осененное все святым Крестом Господним.

   Если мы стыдимся Креста, значит и Бог нас постыдится. Вот об этом всегда помнить, никогда не стыдиться, носить крест святой на себе. Когда проезжаем мимо монастыря или храма, или кладбища – перекреститься всегда, осенить себя святым крестом. Если мы будем стыдиться Бога и Креста Господня, значит и Бог постыдится и нас грешных на Суде Божием. Никогда стыдиться не надо, и обедаешь: перекрестись, перекрести пищу и с Богом кушай, во славу Божию, осененное все святым Крестом Господним.

   — Зосима (Сокур)
2. «

   Нельзя позволять чужим оценкам становиться для нас критически определяющими — в противном случае мы не сможем жить запятая не испытывая чувства стыда за себя.

   Нельзя позволять чужим оценкам становиться для нас критически определяющими — в противном случае мы не сможем жить запятая не испытывая чувства стыда за себя.

   — Эдит Ева Эгер · книга
3. «

   Забудьте свои скорби. Если впадать в грусть от своих неверных поступков, да еще начать раскаиваться в них, то тогда не хватит времени побыть веселым.

   Забудьте свои скорби. Если впадать в грусть от своих неверных поступков, да еще начать раскаиваться в них, то тогда не хватит времени побыть веселым.

   — Конкордия Антарова · книга
4. «

   Я сравнил бы мир со стариком, который сохраняет все желания молодости, но стыдится их и прячет, потому ли, что обманулся в достоинстве многих вещей, или потому, что хочет казаться таким разочарованным.

   Я сравнил бы мир со стариком, который сохраняет все желания молодости, но стыдится их и прячет, потому ли, что обманулся в достоинстве многих вещей, или потому, что хочет казаться таким разочарованным.

   — Люк де Клапье де Вовенарг
5. «

   Если, взглянув на свои поступки, видишь, что стыдиться нечего, то отчего же ещё можно печалиться и испытывать страх?

   Если, взглянув на свои поступки, видишь, что стыдиться нечего, то отчего же ещё можно печалиться и испытывать страх?

   — Конфуций
6. «

   Когда вы готовы работать над своими недостатками, они перестают быть стыдными. Они перестают быть чем-то, что нужно прятать. Потому что вы уже над ними работаете.

   Когда вы готовы работать над своими недостатками, они перестают быть стыдными. Они перестают быть чем-то, что нужно прятать. Потому что вы уже над ними работаете.
7. «

   Женщины всегда ненавидят тех, перед кем им приходится краснеть.

   Женщины всегда ненавидят тех, перед кем им приходится краснеть.

   — Оноре де Бальзак · книга
8. «

   ... Так позора не оберешься, убит в первом же бою кроликом 2-го уровня.

   ... Так позора не оберешься, убит в первом же бою кроликом 2-го уровня.

   — Дмитрий Рус · книга
9. «

   Хорошо бы жить без стыда. Хорошо бы жить бесстыдной. Хорошо бы жить темной. Я тогда бы не понимала, сколь я темна.

   Хорошо бы жить без стыда. Хорошо бы жить бесстыдной. Хорошо бы жить темной. Я тогда бы не понимала, сколь я темна.

   — Маргарет Этвуд · книга
10. «

    Ни стыда ни совести. Ничего лишнего.

    Ни стыда ни совести. Ничего лишнего.
11. «

    — А что у делийцев совсем нет стыда? — Если я буду стесняться, то всю жизнь придется выть на луну с Кутуб Минара, а вот буду смелее, то смогу скакать на коне.

    — А что у делийцев совсем нет стыда? — Если я буду стесняться, то всю жизнь придется выть на луну с Кутуб Минара, а вот буду смелее, то смогу скакать на коне.

    — Чандни (Chandni) · фильм
12. «

    С тех пор я часто замечал, до чего нелогична и непоследовательна человеческая природа, особенно в молодости; отвергая соображения, которыми следовало бы руководствоваться в подобных случаях, люди стыдятся не греха, а раскаяния, стыдятся не поступков, за которые их можно по справедливости назвать безумцами, а исправления, за которое только и можно почитать их разумными.

    С тех пор я часто замечал, до чего нелогична и непоследовательна человеческая природа, особенно в молодости; отвергая соображения, которыми следовало бы руководствоваться в подобных случаях, люди стыдятся не греха, а раскаяния, стыдятся не поступков, за которые их можно по справедливости назвать безумцами, а исправления, за которое только и можно почитать их разумными.

    — Даниель Дефо · книга
13. «

    Я вглядываюсь в его доверчивые глаза. Я вижу его там. Его вчера. Его сегодня. Завтра, которого никогда не будет. Я вижу его боль, и она рвет меня на куски. Я вижу его абсолютную любовь, и она стыдит меня.

    Я вглядываюсь в его доверчивые глаза. Я вижу его там. Его вчера. Его сегодня. Завтра, которого никогда не будет. Я вижу его боль, и она рвет меня на куски. Я вижу его абсолютную любовь, и она стыдит меня.

    — Карен Мари Монинг · книга
14. «

    Ты слабый не потому, что не можешь читать. А потому, что боишься, что люди увидят твою слабость. Ты позволяешь стыду решать за тебя, кто ты такой.

    Ты слабый не потому, что не можешь читать. А потому, что боишься, что люди увидят твою слабость. Ты позволяешь стыду решать за тебя, кто ты такой.

    — Ли Бардуго · книга
15. «

    Я не чувствую стыда за свои поступки, потому что, если и случались какие-то эпизоды, я давно выкинул их из памяти.

    Я не чувствую стыда за свои поступки, потому что, если и случались какие-то эпизоды, я давно выкинул их из памяти.

    — Павел Дуров
16. «

    А от мира, от Вселенной, от всего «прочего» они отвернуты и signum этого, закон этого, орудие этого, «ворота» и «замок» сей священной обители, и есть «стыд». — «Стыдно всех» — кроме «мужа»; то есть не касайся, — даже взглядом, даже мыслью, даже самым «представлением» и «понятием» — того, к чему ты, и каждый другой, и все прочие люди, весь свет — не имеете отношения: потому что это принадлежит моему мужу, и в целой Вселенной только ему одному. <...> Вообще семья — «страшное». В «черте», в магической черте, которую вокруг неё провёл Бог. Таким образом, «стыд» есть «разграничение». Это — «заборы» между семьями, без которых они обращаются в улицу, в толпу, а брак — в проституцию. То есть нашу, — уличную и торговую. Так называемая в древности «священная проституция», наоборот, и была первым выделением из дикого беспорядочного общения полов нашего «священного брака», «церковного брака», «непременно церковного». Без «священной проституции» невозможно было бы возникновение цивилизации, так как цивилизация невозможна без семьи. Внесение «священства» в «проституцию» и было первым лучом пролития «религии» в «семью». Уже тем, что она была именно «священная», она отделилась от «обыкновенной» проституции и затем продолжала все «отделяться» и «удаляться», суживаясь во времени и лицах, пока перешла сперва в «много-женный» и «много-мужний» (полиандрия) брак и, наконец, в наш «единоличный церковный брак». «Измены» в нашем браке суть атавизм полигамии и полиандрии. «Стыд» и есть «я не проститутка», «я не проститут». «Я — не для всех». Стыд есть орган брака. <...> Стыдом брак действует, отгораживается, защищается, отгоняет от себя прочь непричастных.

    А от мира, от Вселенной, от всего «прочего» они отвернуты и signum этого, закон этого, орудие этого, «ворота» и «замок» сей священной обители, и есть «стыд». — «Стыдно всех» — кроме «мужа»; то есть не касайся, — даже взглядом, даже мыслью, даже самым «представлением» и «понятием» — того, к чему ты, и каждый другой, и все прочие люди, весь свет — не имеете отношения: потому что это принадлежит моему мужу, и в целой Вселенной только ему одному. <...> Вообще семья — «страшное». В «черте», в магической черте, которую вокруг неё провёл Бог. Таким образом, «стыд» есть «разграничение». Это — «заборы» между семьями, без которых они обращаются в улицу, в толпу, а брак — в проституцию. То есть нашу, — уличную и торговую. Так называемая в древности «священная проституция», наоборот, и была первым выделением из дикого беспорядочного общения полов нашего «священного брака», «церковного брака», «непременно церковного». Без «священной проституции» невозможно было бы возникновение цивилизации, так как цивилизация невозможна без семьи. Внесение «священства» в «проституцию» и было первым лучом пролития «религии» в «семью». Уже тем, что она была именно «священная», она отделилась от «обыкновенной» проституции и затем продолжала все «отделяться» и «удаляться», суживаясь во времени и лицах, пока перешла сперва в «много-женный» и «много-мужний» (полиандрия) брак и, наконец, в наш «единоличный церковный брак». «Измены» в нашем браке суть атавизм полигамии и полиандрии. «Стыд» и есть «я не проститутка», «я не проститут». «Я — не для всех». Стыд есть орган брака. <...> Стыдом брак действует, отгораживается, защищается, отгоняет от себя прочь непричастных.

    — Василий Розанов · книга
17. «

    Женщины никогда не будут иметь те же права, что есть у мужчин, потому что просто... ***ой всегда связано определенное чувство стыда. Вы можете работать на Хиллари Клинтон, иметь такую же зарплату, но если вы скажете, что трахались все выходные также как этот парень... парню скажут, что он очень крут, а вам: «Шлюха!»

    Женщины никогда не будут иметь те же права, что есть у мужчин, потому что просто... ***ой всегда связано определенное чувство стыда. Вы можете работать на Хиллари Клинтон, иметь такую же зарплату, но если вы скажете, что трахались все выходные также как этот парень... парню скажут, что он очень крут, а вам: «Шлюха!»

    — Даг Стэнхоуп
18. «

    Одна монетка соскользнула с руки, покружилась по бетонному, натертому полу и легла возле пюпитра защитника. Но никто не нагнулся ее поднять. – За что вот я эти деньги получила? За это за самое. А платье вот это, а шляпка, а серьги – все за это за самое. Раздень меня до самого голого тела, так ничего моего не найдешь. Да и тело-то не мое – на три года вперед продано, а то, может, и на всю жизнь – жизнь-то наша короткая. А в животе у меня что? Портвейн, да пиво, да шоколад, гость вчера угощал, – выходит, что и живот не мой. Нет у меня ни стыда, ни совести: прикажете голой раздеться – разденусь; прикажете на крест наплевать – наплюю.

    Одна монетка соскользнула с руки, покружилась по бетонному, натертому полу и легла возле пюпитра защитника. Но никто не нагнулся ее поднять. – За что вот я эти деньги получила? За это за самое. А платье вот это, а шляпка, а серьги – все за это за самое. Раздень меня до самого голого тела, так ничего моего не найдешь. Да и тело-то не мое – на три года вперед продано, а то, может, и на всю жизнь – жизнь-то наша короткая. А в животе у меня что? Портвейн, да пиво, да шоколад, гость вчера угощал, – выходит, что и живот не мой. Нет у меня ни стыда, ни совести: прикажете голой раздеться – разденусь; прикажете на крест наплевать – наплюю.

    — Леонид Андреев · книга
19. «

    Однако, скорее всего, с помощью оглушительного хохота гимназисты пытались избавиться от стыда, тайно терзавшего каждого из них. Глядя на залившегося краской товарища и покатываясь со смеху, они испытывали облегчение, ибо могли безнаказанно поглумиться над собственным чувством стыда.

    Однако, скорее всего, с помощью оглушительного хохота гимназисты пытались избавиться от стыда, тайно терзавшего каждого из них. Глядя на залившегося краской товарища и покатываясь со смеху, они испытывали облегчение, ибо могли безнаказанно поглумиться над собственным чувством стыда.

    — Юкио Мисима · книга
20. «

    Важно не стыдиться своего прошлого, ибо противоречия являются важной частью того, чем мы являемся.

    Важно не стыдиться своего прошлого, ибо противоречия являются важной частью того, чем мы являемся.

    — Ричи Эдвардс