132 цитаты на тему «суд, судьи» — подборка редакции

132 цитаты про «суд, судьи»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Поверьте мне: в своих болезнях люди гораздо менее изобретательны, чем в судебных исках. К тому же пациент намного спокойнее воспринимает весть о том, что после долгого лечения не удалось победить тот или иной недуг, чем сообщение о проигранной тяжбе по ценному имуществу, поступившее от адвоката. Никто и никогда еще не требовал, чтобы я вернул деньги за лечение.

   Поверьте мне: в своих болезнях люди гораздо менее изобретательны, чем в судебных исках. К тому же пациент намного спокойнее воспринимает весть о том, что после долгого лечения не удалось победить тот или иной недуг, чем сообщение о проигранной тяжбе по ценному имуществу, поступившее от адвоката. Никто и никогда еще не требовал, чтобы я вернул деньги за лечение.

   — Юлия Васильева · книга
2. «

   Мы судим, говорим порою так прекрасно, И мнится — силы нам великие даны. Мы проповедуем, собой упоены, И всех зовем к себе решительно и властно. Увы нам: мы идем дорогою опасной. Пред скорбию чужой молчать обречены, — Мы так беспомощны, так жалки и смешны, Когда помочь другим пытаемся напрасно.

   Мы судим, говорим порою так прекрасно, И мнится — силы нам великие даны. Мы проповедуем, собой упоены, И всех зовем к себе решительно и властно. Увы нам: мы идем дорогою опасной. Пред скорбию чужой молчать обречены, — Мы так беспомощны, так жалки и смешны, Когда помочь другим пытаемся напрасно.

   — Зинаида Николаевна Гиппиус
3. «

   В своем деле никто сам себе не судья.

   В своем деле никто сам себе не судья.

   — Русские пословицы и поговорки
4. «

   Прекрасно сказано, что в споре двух сторон суд обе стороны обязан выслушать.

   Прекрасно сказано, что в споре двух сторон суд обе стороны обязан выслушать.

   — Еврипид
5. «

   В Судный день первыми перед судом предстанут судьи.

   В Судный день первыми перед судом предстанут судьи.

   — Аркадий Филиппович Давидович
6. «

   — Вы издеваетесь над судом, сэр? — Нет, это вы издеваетесь над этим судом, также как над правосудием, истиной и свободой, но так не будет продолжаться вечно.

   — Вы издеваетесь над судом, сэр? — Нет, это вы издеваетесь над этим судом, также как над правосудием, истиной и свободой, но так не будет продолжаться вечно.

   — Судья · сериал
7. «

   Таким образом, он оказался глухим и слепым одновременно. Вот условие, необходимое для того, чтобы быть образцовым судьей!

   Таким образом, он оказался глухим и слепым одновременно. Вот условие, необходимое для того, чтобы быть образцовым судьей!

   — Виктор Гюго · книга
8. «

   Время во всем лучший судия.

   Время во всем лучший судия.

   — Дион Хрисостом (Златоуст)
9. «

   Однажды пятеро адвокатов советовали мне не предпринимать никаких действий. И что же? Я не послушала их. И выиграла процесс. Меня усадили на место истицы, а какой-то умник из Лондона стал задавать дурацкие вопросы, пытаясь меня запутать. Но не тут-то было! «Как вы можете доказать, что это ваши меха, мисс Пибоди? – спросил он у меня. – На них нет даже клейма меховщика!» – «Вполне возможно, – ответила я, – зато на подкладке есть штопка и, если нынче хоть кто-нибудь умеет так штопать, я готова съесть свой зонтик». Он потерпел полную неудачу, вот так-то.

   Однажды пятеро адвокатов советовали мне не предпринимать никаких действий. И что же? Я не послушала их. И выиграла процесс. Меня усадили на место истицы, а какой-то умник из Лондона стал задавать дурацкие вопросы, пытаясь меня запутать. Но не тут-то было! «Как вы можете доказать, что это ваши меха, мисс Пибоди? – спросил он у меня. – На них нет даже клейма меховщика!» – «Вполне возможно, – ответила я, – зато на подкладке есть штопка и, если нынче хоть кто-нибудь умеет так штопать, я готова съесть свой зонтик». Он потерпел полную неудачу, вот так-то.

   — Агата Кристи · книга
10. «

    No more be grieved at that which thou hast done: Roses have thorns, and silver fountains mud, Clouds and eclipses stain both moon and sun, And loathsome canker lives in sweetest bud.

    No more be grieved at that which thou hast done: Roses have thorns, and silver fountains mud, Clouds and eclipses stain both moon and sun, And loathsome canker lives in sweetest bud.

    — Уильям Шекспир
11. «

    — Валери МакКейб. Йель. 1991-й год. Для гостей города скидки. Мы обязательно выиграем. — Вы даже дела не знаете. — Дело Мэдисона — мелкое дело. Гости всё время нарываются. У Джей Джей Мэдисона даже кота нет. У него аллергия. Я легко добьюсь снятия обвинения. — У него не было кота? Но зачем тогда подавать в суд? — Потому что он может. — Что? — Все жители Морлоу — юристы, все подают на всех остальных. Так мы гарантируем право зарабатывать на жизнь своей профессией. — Безумие!

    — Валери МакКейб. Йель. 1991-й год. Для гостей города скидки. Мы обязательно выиграем. — Вы даже дела не знаете. — Дело Мэдисона — мелкое дело. Гости всё время нарываются. У Джей Джей Мэдисона даже кота нет. У него аллергия. Я легко добьюсь снятия обвинения. — У него не было кота? Но зачем тогда подавать в суд? — Потому что он может. — Что? — Все жители Морлоу — юристы, все подают на всех остальных. Так мы гарантируем право зарабатывать на жизнь своей профессией. — Безумие!

    — Валери МакКейб · фильм
12. «

    Высшее правосудие — это совесть.

    Высшее правосудие — это совесть.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    Я смотрел на породистую физиономию Альфреда Розенберга, этого идеолога нацизма, имперского министра по делам оккупированных территорий, на Фрица Заукеля — обергруппенфюрера эсэс, генерального уполномоченного по использованию рабочей силы, круглая голова которого, как дыня, лежала на барьере, на этих двух злодеев, искалечивших жизнь Марии М. и теперь ежившихся под тяжестью улик, и вместе с голосом переводчицы в наушниках слышен печальный голос Марии, которая как бы шептала мне в ухо: — Есть ли правда на земле? Неужели они, эти… — она замялась, как бы стараясь найти в человеческом лексиконе точное слово, которое бы с достаточной силой охарактеризовало мучивших ее нацистов. Старалась и не нашла. — Неужели они — все эти не ответят за меня, за всех нас?

    Я смотрел на породистую физиономию Альфреда Розенберга, этого идеолога нацизма, имперского министра по делам оккупированных территорий, на Фрица Заукеля — обергруппенфюрера эсэс, генерального уполномоченного по использованию рабочей силы, круглая голова которого, как дыня, лежала на барьере, на этих двух злодеев, искалечивших жизнь Марии М. и теперь ежившихся под тяжестью улик, и вместе с голосом переводчицы в наушниках слышен печальный голос Марии, которая как бы шептала мне в ухо: — Есть ли правда на земле? Неужели они, эти… — она замялась, как бы стараясь найти в человеческом лексиконе точное слово, которое бы с достаточной силой охарактеризовало мучивших ее нацистов. Старалась и не нашла. — Неужели они — все эти не ответят за меня, за всех нас?

    — Борис Полевой · книга
14. «

    Зал заседаний в суде... Это единственное место, где маленький человек может сразиться на равных с крупной жульнической корпорацией. Человек, у которого ничего нет — ни денег, ни власти. Ровным счетом ничего, кроме набора фактов, позволяющих подать иск, выиграть его в честной борьбе и выставить этой компании счёт на миллиард долларов.

    Зал заседаний в суде... Это единственное место, где маленький человек может сразиться на равных с крупной жульнической корпорацией. Человек, у которого ничего нет — ни денег, ни власти. Ровным счетом ничего, кроме набора фактов, позволяющих подать иск, выиграть его в честной борьбе и выставить этой компании счёт на миллиард долларов.

    — Джон Гришэм · книга
15. «

    — Как прокурор — я требую смертной казни, как адвокат — не нахожу смягчающих обстоятельств, и как судья — приговариваю тебя к отрубленива...к отрублеванию... Как это лучше сказать? — А ты как ни говори, все равно звучит плохо.

    — Как прокурор — я требую смертной казни, как адвокат — не нахожу смягчающих обстоятельств, и как судья — приговариваю тебя к отрубленива...к отрублеванию... Как это лучше сказать? — А ты как ни говори, все равно звучит плохо.

    — Король / Трактирщик · фильм
16. «

    Преступнику кажется, что хитрее его не сыщешь. И он бежит, петляет, как заяц, но король, вернее сказать, его правый суд потихоньку-полегоньку следует за ним по пятам и рано или поздно все равно настигнет.

    Преступнику кажется, что хитрее его не сыщешь. И он бежит, петляет, как заяц, но король, вернее сказать, его правый суд потихоньку-полегоньку следует за ним по пятам и рано или поздно все равно настигнет.

    — Грация Деледда · книга
17. «

    Смешно — оглядываясь назад и пользуясь преимуществами суждения задним числом, — я не обращал большого внимания на то, что происходит, потому что внимание как раз и было тем, чего хотело добиться государство. И ничего не чувствовал. Государство хочет вас… но вы не позволяете себе чувства страха, просто думаете о чем-то другом. Вы делаете вид, что этого не происходит. Вы просто сидите там и по мере возможности игнорируете происходящее. Фактически единственный раз я испытал волнение, когда поднялись два человека и стали меня защищать — два свидетеля — и сказали обо мне что-то хорошее. Я был настолько не готов услышать что-то позитивное, что даже растрогался. Но и только. Я получил свои пять лет, вышел из комнаты, и меня забрали в тюрьму. И все.

    Смешно — оглядываясь назад и пользуясь преимуществами суждения задним числом, — я не обращал большого внимания на то, что происходит, потому что внимание как раз и было тем, чего хотело добиться государство. И ничего не чувствовал. Государство хочет вас… но вы не позволяете себе чувства страха, просто думаете о чем-то другом. Вы делаете вид, что этого не происходит. Вы просто сидите там и по мере возможности игнорируете происходящее. Фактически единственный раз я испытал волнение, когда поднялись два человека и стали меня защищать — два свидетеля — и сказали обо мне что-то хорошее. Я был настолько не готов услышать что-то позитивное, что даже растрогался. Но и только. Я получил свои пять лет, вышел из комнаты, и меня забрали в тюрьму. И все.

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Через лохмотья малый грех заметен, Под шубой — скрыто все. Позолоти порок - И сломится оружье строгих судей; Одень в тряпье — пигмей былинкой свалит.

    Через лохмотья малый грех заметен, Под шубой — скрыто все. Позолоти порок - И сломится оружье строгих судей; Одень в тряпье — пигмей былинкой свалит.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    — Эй, парень! Если ты затянешь эту петлю, то получишь свинцовую пилюлю в живот! И вряд ли её переваришь... Что за ерунду вы затеяли, ребята? — Вы слишком много на себя берёте. Какое Вам до этого дело? — Этот парень — мой друг. А во-вторых, Зеб Стамп не потерпит подлости, хотя бы и в прериях Техаса. — Он убил моего сына. — А почему бы вам самому, мистер Пойндекстер, не затянуть верёвку на его шее, а? Тогда сделай это ты, Сэм Менли! Тебе не привыкать. Думаешь я не знаю, кто линчевал негра, когда у тебя пропало старое седло... Эй, Дик Мелон! Потяни верёвку! Ты ведь знаешь как это делается... Разве не ты, с Недом Спенсом и Билли Уильямсом устроили маскарад, нарядившись команчами, и угнали чужой скот, а повесили за это пятерых ни в чём не повинных индейцев? Привет, Шелтон! Есть возможность отличиться! Повесь, застрели, зарежь своего ближнего, и Техас будет гордиться тобой. — Команчи уже давно ушли отсюда. Они уже за перевалом. То, что мустангер виновен, должно быть установлено законным судом.

    — Эй, парень! Если ты затянешь эту петлю, то получишь свинцовую пилюлю в живот! И вряд ли её переваришь... Что за ерунду вы затеяли, ребята? — Вы слишком много на себя берёте. Какое Вам до этого дело? — Этот парень — мой друг. А во-вторых, Зеб Стамп не потерпит подлости, хотя бы и в прериях Техаса. — Он убил моего сына. — А почему бы вам самому, мистер Пойндекстер, не затянуть верёвку на его шее, а? Тогда сделай это ты, Сэм Менли! Тебе не привыкать. Думаешь я не знаю, кто линчевал негра, когда у тебя пропало старое седло... Эй, Дик Мелон! Потяни верёвку! Ты ведь знаешь как это делается... Разве не ты, с Недом Спенсом и Билли Уильямсом устроили маскарад, нарядившись команчами, и угнали чужой скот, а повесили за это пятерых ни в чём не повинных индейцев? Привет, Шелтон! Есть возможность отличиться! Повесь, застрели, зарежь своего ближнего, и Техас будет гордиться тобой. — Команчи уже давно ушли отсюда. Они уже за перевалом. То, что мустангер виновен, должно быть установлено законным судом.

    — Зеб Стамп · фильм
20. «

    — Что? Мы под присягой. — Нет. Ты хоть знаешь, что такое присяга? — О, да. Это здание суда. И мы под его крышей.

    — Что? Мы под присягой. — Нет. Ты хоть знаешь, что такое присяга? — О, да. Это здание суда. И мы под его крышей.

    — Барни Стинсон · сериал