369 глубоких цитат про «суд, судьи»

369 цитат про «суд, судьи»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   То-то и закон, как судья знаком.

   То-то и закон, как судья знаком.

   — Русские пословицы и поговорки
2. «

   Когда мы судим своего брата, мы осуждаем самих себя в великом грехе. Когда же мы покрываем нашего брата, тогда покрывает и Бог наши тяжкие грехи.

   Когда мы судим своего брата, мы осуждаем самих себя в великом грехе. Когда же мы покрываем нашего брата, тогда покрывает и Бог наши тяжкие грехи.

   — Ефрем Филофейский
3. «

   Кто привыкает давать отчет о своей жизни на исповеди здесь, тому не будет страшно давать ответ на Страшном Суде Христовом.

   Кто привыкает давать отчет о своей жизни на исповеди здесь, тому не будет страшно давать ответ на Страшном Суде Христовом.

   — Иоанн Кронштадтский
4. «

   Если у судьи нет характера для работы в Лиге чемпионов, то он должен сидеть дома, пить газировку и смотреть футбол по ТВ, а не разрушать мечты. Майкл Оливер поставил пенальти на последней минуте, и мы вылетели. У него мусорный бак вместо сердца.

   Если у судьи нет характера для работы в Лиге чемпионов, то он должен сидеть дома, пить газировку и смотреть футбол по ТВ, а не разрушать мечты. Майкл Оливер поставил пенальти на последней минуте, и мы вылетели. У него мусорный бак вместо сердца.

   — Джанлуиджи Буффон
5. «

   Вызванный из Сицилии в Афины по уголовному обвинению, он [Алкивиад] скрылся бегством, сказавши, что нелепо спасаться от приговора, когда можно спастись от суда.

   Вызванный из Сицилии в Афины по уголовному обвинению, он [Алкивиад] скрылся бегством, сказавши, что нелепо спасаться от приговора, когда можно спастись от суда.

   — Алкивиад
6. «

   Мышь остановилась на своем обычном уже месте обвив хвостиком лапки, и уставилась на нас. И опять я вспомнил картинки, где судьи выносили приговор беззащитным заключенным... впрочем, видел ли кто хоть когда-нибудь заключенного столь маленького и столь бесстрашного, как этот? Конечно он был не совсем заключенным, он мог приходить и уходить когда вздумается. Но эта мысль не покидала меня, и снова я представил, что мы все будем такими маленькими перед Божьим Судом, когда жизнь окончится, но мало кто из нас сможет смотреть так смело.

   Мышь остановилась на своем обычном уже месте обвив хвостиком лапки, и уставилась на нас. И опять я вспомнил картинки, где судьи выносили приговор беззащитным заключенным... впрочем, видел ли кто хоть когда-нибудь заключенного столь маленького и столь бесстрашного, как этот? Конечно он был не совсем заключенным, он мог приходить и уходить когда вздумается. Но эта мысль не покидала меня, и снова я представил, что мы все будем такими маленькими перед Божьим Судом, когда жизнь окончится, но мало кто из нас сможет смотреть так смело.

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   — Главный свидетель защиты — актрисулька из Вены. — Ромейн Хейльгер не такая, как вы думаете. — Когда в суде слышат «актриса» — думают «шлюха». А когда слышат Вена — мы все понимаем, о чем они думают.

   — Главный свидетель защиты — актрисулька из Вены. — Ромейн Хейльгер не такая, как вы думаете. — Когда в суде слышат «актриса» — думают «шлюха». А когда слышат Вена — мы все понимаем, о чем они думают.

   — Чарльз Картер · сериал
8. «

   Оказаться на скамье подсудимых, бороться за жизнь… в этом, пожалуй, что-то есть… что-то живое, волнительное.

   Оказаться на скамье подсудимых, бороться за жизнь… в этом, пожалуй, что-то есть… что-то живое, волнительное.

   — Агата Кристи · книга
9. «

   Суды слишком важны, чтобы доверить их присяжным.

   Суды слишком важны, чтобы доверить их присяжным.

   — Рэнкин Фитч · фильм
10. «

    Глухой маньяк на суде задолбал всех вопросом: «Ну чё там?»

    Глухой маньяк на суде задолбал всех вопросом: «Ну чё там?»
11. «

    И сказал царь: рассеките живое дитя надвое и отдайте половину одной и половину другой. И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась вся внутренность ее от жалости к сыну своему: о, господин мой! отдайте ей этого ребенка живого и не умерщвляйте его. А другая говорила: пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите. И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя, и не умерщвляйте его: она — его мать.

    И сказал царь: рассеките живое дитя надвое и отдайте половину одной и половину другой. И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась вся внутренность ее от жалости к сыну своему: о, господин мой! отдайте ей этого ребенка живого и не умерщвляйте его. А другая говорила: пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите. И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя, и не умерщвляйте его: она — его мать.

    — Книга Притчей Соломоновых · книга
12. «

    Реальность — ничто, хотя доказательная сила интерпретации, конечно, зависит от твердости фактов. Но гораздо больше она зависит от правильной концепции. Она создает для фактов контекст, в котором те оцениваются. Схватка обвинения и защиты — всегда схватка двух концепций, положенных на чаши весов Фемиды. Концепции оцениваются восприятием Фемиды, чувственными ощущениями женщины с завязанными глазами.

    Реальность — ничто, хотя доказательная сила интерпретации, конечно, зависит от твердости фактов. Но гораздо больше она зависит от правильной концепции. Она создает для фактов контекст, в котором те оцениваются. Схватка обвинения и защиты — всегда схватка двух концепций, положенных на чаши весов Фемиды. Концепции оцениваются восприятием Фемиды, чувственными ощущениями женщины с завязанными глазами.

    — Елена Котова · книга
13. «

    Больше всего законы нарушают в самом суде.

    Больше всего законы нарушают в самом суде.

    — Джим Томпсон · книга
14. «

    Закон — для богача, а наказание — для бедняка.

    Закон — для богача, а наказание — для бедняка.

    — Армянские пословицы и поговорки
15. «

    Вели по главной улице города. От тюрьмы до здания суда — более полукилометра. У дороги играли мальчишки лет десяти-двенадцати. Увидев «процессию», бросили игру. Слова одного влетели в самую глубь души: — Отпустите её, дядьки! И не успела я заглотнуть подарок детского великодушия, как его перекрыли слова другого: — Расстреляйте её, мерзавку! Главная улица успела выплеснуть в лицо всё своё «человеческое». Мальчишки, играющие у дороги, остались позади, а выкрики их я унесла с собой на всю жизнь. Сколько в этой разности — «отпустите», «расстреляйте» — правды. Нет единой меры вещей. Она расколота, и это будет вкоренено не в одно поколение.

    Вели по главной улице города. От тюрьмы до здания суда — более полукилометра. У дороги играли мальчишки лет десяти-двенадцати. Увидев «процессию», бросили игру. Слова одного влетели в самую глубь души: — Отпустите её, дядьки! И не успела я заглотнуть подарок детского великодушия, как его перекрыли слова другого: — Расстреляйте её, мерзавку! Главная улица успела выплеснуть в лицо всё своё «человеческое». Мальчишки, играющие у дороги, остались позади, а выкрики их я унесла с собой на всю жизнь. Сколько в этой разности — «отпустите», «расстреляйте» — правды. Нет единой меры вещей. Она расколота, и это будет вкоренено не в одно поколение.

    — Тамара Петкевич · книга
16. «

    Тогда пришли две женщины блудницы к царю и стали пред ним. И сказала одна женщина: о, господин мой! я и эта женщина живём в одном доме; и я родила при ней в этом доме; на третий день после того, как я родила, родила и эта женщина; и были мы вместе, и в доме никого постороннего с нами не было; только мы две были в доме; 19 и умер сын этой женщины ночью, ибо она заспала его; и встала она ночью, и взяла сына моего от меня, когда я, раба твоя, спала, и положила его к своей груди, а своего мёртвого сына положила к моей груди; утром я встала, чтобы покормить сына моего, и вот, он был мёртвый; а когда я всмотрелась в него утром, то это был не мой сын, которого я родила. И сказала другая женщина: нет, мой сын живой, а твой сын мёртвый. А та говорила ей: нет, твой сын мёртвый, а мой живой. И говорили они так пред царём. И сказал царь: эта говорит: «мой сын живой, а твой сын мёртвый»; а та говорит: «нет, твой сын мёртвый, а мой сын живой». И сказал царь: подайте мне меч. И принесли меч к царю. И сказал царь: рассеките живое дитя надвое и отдайте половину одной и половину другой. И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась вся внутренность её от жалости к сыну своему: о, господин мой! отдайте ей этого ребёнка живого и не умерщвляйте его. А другая говорила: пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите. И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя, и не умерщвляйте его: она — его мать. И услышал весь Израиль о суде, как рассудил царь; и стали бояться царя, ибо увидели, что мудрость Божия в нём, чтобы производить суд.

    Тогда пришли две женщины блудницы к царю и стали пред ним. И сказала одна женщина: о, господин мой! я и эта женщина живём в одном доме; и я родила при ней в этом доме; на третий день после того, как я родила, родила и эта женщина; и были мы вместе, и в доме никого постороннего с нами не было; только мы две были в доме; 19 и умер сын этой женщины ночью, ибо она заспала его; и встала она ночью, и взяла сына моего от меня, когда я, раба твоя, спала, и положила его к своей груди, а своего мёртвого сына положила к моей груди; утром я встала, чтобы покормить сына моего, и вот, он был мёртвый; а когда я всмотрелась в него утром, то это был не мой сын, которого я родила. И сказала другая женщина: нет, мой сын живой, а твой сын мёртвый. А та говорила ей: нет, твой сын мёртвый, а мой живой. И говорили они так пред царём. И сказал царь: эта говорит: «мой сын живой, а твой сын мёртвый»; а та говорит: «нет, твой сын мёртвый, а мой сын живой». И сказал царь: подайте мне меч. И принесли меч к царю. И сказал царь: рассеките живое дитя надвое и отдайте половину одной и половину другой. И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась вся внутренность её от жалости к сыну своему: о, господин мой! отдайте ей этого ребёнка живого и не умерщвляйте его. А другая говорила: пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите. И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя, и не умерщвляйте его: она — его мать. И услышал весь Израиль о суде, как рассудил царь; и стали бояться царя, ибо увидели, что мудрость Божия в нём, чтобы производить суд.

    — Царь Соломон · книга
17. «

    Юристам нужно не просто говорить об истине, а искать ее, находить и претворять в жизнь.

    Юристам нужно не просто говорить об истине, а искать ее, находить и претворять в жизнь.

    — Джейк Тайлер Бригенс · фильм
18. «

    Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.

    Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.

    — Джон Гришэм · книга
19. «

    Самосуд — это не то, чем может гордиться солдат.

    Самосуд — это не то, чем может гордиться солдат.
20. «

    Отклонено. И также вам. И мелким в зале, никаких «Бу» , никаких возгласов. Если вы думаете, что я не привлеку вас за неуважение к суду, то это в моём списке предсмертных желаний. Хотите рискнуть?

    Отклонено. И также вам. И мелким в зале, никаких «Бу» , никаких возгласов. Если вы думаете, что я не привлеку вас за неуважение к суду, то это в моём списке предсмертных желаний. Хотите рискнуть?

    — Ребекка Райт · сериал