30 июля 2026, четверг
Подборка · 69 цитат по теме

69 цитат про «терроризм» — большая подборка

69 цитат про «терроризм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

  1. — 12 декабря 2054, 7:30 утра. Мы на частном поезде, который направляется в Цюрихский штаб корпорации «Единство». Наш груз — прототип для проекта нейронной сети Союза Уинслоу. Его ядро — это Искусственный Интеллект, который может себя перезаписывать, чтобы подключаться к другим системам. Последнее слово техники в то время. Он может произвести переворот во многих военных и мирных областях. Ну, или мог бы, если бы поезд дошёл до места назначения... В 7:31 утра террористическая группировка подорвала поезд. Это отбросило нашу программу робототехники далеко назад. Предотврати это. — Но... это же невозможно! Что со мной происходит? — Прямо сейчас ты в искусственной коме. Тебя готовят к операции. У тебя в голове новое оборудование. Называется «Прямой Нейронный Интерфейс», или П. Н. И... У меня такой тоже есть, поэтому я могу сейчас с тобой общаться. Твой П. Н. И. соединяет твой новый разум с твоим новым телом и окружающим миром. Мы связаны. Всё это — симуляция внутри наших разумов. Тебе нужно ещё многому научиться...
    Солдат #25954 · игра
  2. …но тут происходит взрыв. Вспышка света, громкий звук, и «БМВ» разносит на клочки. Размах причиненных разрушений сперва не очень понятен, да он и не имеет особого значения. Суть в самой бомбе, в том, где она была заложена и приведена в действие. Суть вовсе не в Бригид, превратившейся в кровавый фарш, и не в ударной волне, подбросившей в воздух тридцать студентов, оказавшихся вблизи от машины на десять метров в воздух и не в пяти студентах, погибших на месте — причем двоим пронзило грудь осколками, пролетевшими через весь двор, и не в задней половине машины, которая в полете отрывает случайному прохожему руку, и не в трех студентах, которым выбило глаза. Суть не в оторванных ногах, и не в пробитых черепах, и не в людях, которые умрут от кровопотери в течение ближайших нескольких минут. Вывороченный асфальт, почерневшие деревья, скамейки, забрызганные слегка подгорелой кровью, — все это не так уж и важно. Суть — в наличии воли осуществить разрушение, а не в последствиях, ибо последствия — это всего лишь декорации.
  3. Именно 23 декабря можно считать началом террористической кампании ФСБ против России. С этого дня теракты стали обыденным явлением.
  4. Есть лишь немного стран, которые отказались быть рабами США. Это Китай, Иран, Ливия, Куба, Сирия и Россия. Кто бы ни стоял за событиями 11 сентября, он точно не был другом американского народа.
  5. В глубине души мы понимаем, что терроризм – это театр, и поэтому в первую очередь оцениваем его эмоциональное, а не материальное воздействие.
  6. — Терроризм...всегда ставит перед собой одну единственную цель. В чем она заключается? — В убийстве невинных людей. — Неверно. Смерть является всего лишь побочным продуктом терроризма. — Чтобы продемонстрировать силу. — Нет. Более яркого проявления слабости, чем террор, в мире не существует. — Чтобы вызвать страх. — Именно... Цель терроризма — вызвать страх и ужас. Эти чувства подтачивают силы врага изнутри...вызывают волнения в массах. Терроризм есть проявление ярости. Терроризм — политическое оружие. Когда люди видят, что их правительство бессильно, они утрачивают веру в своих лидеров.
    Дэн Браун · книга
  7. Жители человеческого улья! Ваши лидеры скрыли от вас правду. Вы не одиноки во Вселенной: мы жили среди вас тайно. Но всё изменилось. Мы можем разрушить ваши города в любой момент, если вы не отдадите нам этого мальчишку. В случае сопротивления мы уничтожим ваш мир.
    Фоллен · фильм
  8. — Слышишь меня, Райден? — Herr Doctor. — Запомни два необходимых пункта для поддержания твоего нового тела. Во-первых — забирать нано-ремонтные узлы своих врагов. И во-вторых — поглощать их электролиты. — Понял. — Да, вражеские киборги должны давать достаточно Р. К. Т. Э.-электролитов, как только ты их разрежешь и извлечёшь жидкости. — Они — террористы. Я бы и так это сделал. — Ох! И левые руки, будь так любезен. — Простите? — Их боевые данные, записанные на голографическую память, обычно расположены в левой руке. Эти данные весьма ценны. Я уполномочен предложить тебе усиления и обслуживание в обмен на них. — Как щедро с вашей стороны. — Ich liebe Kapitalismus! Если бы Железный Занавес упал бы на пару лет пораньше, Нобелевская премия уже стояла бы у меня на полке.
  9. — Вы в своём уме? О чём вы говорите? — Время пострадать одному, чтобы спасти сотни жизней. — Одному? А почему не двоим? Не шестерым? Может, мы общественную казнь устроим? — Вы можете уйти, агент Хаббард. — Слушайте, генерал, вы теряли своих людей, я своих, но вы... вы не можете сделать это. А что, если в действительности им и не нужен этот шейх, вы подумали? А? А что, если всё, чего они от нас хотели, это согнать детей на стадион, что вы и сделали? Вывести солдат на улицы и заставить американцев в испуге оглядываться. Слегка нарушить закон, подправить конституцию. Немного. Потому что если мы будем пытать его... Стоит сделать это, и всё, за что мы боролись, погибали и проливали кровь, закончится. И они победят. Они уже победили!
  10. — Вы, Николай Иосифович, никакой не революционер, мой дорогой. Нет, вы не защитник угнетённых. Вам на угнетённых — положить со всей амуницией! Вам куражу, острых ощущений подавай! Вы потому-то и пошли в революционеры-то, в террористы. Вот полюбуйтесь господа! [показывает фотографии] Это господин Селезнёв в препорочнейшем заведении на Лиговке. Вот он! Острых ощущений захотел, но, конечно, иного толка. А вот, полюбуйтесь, это он, с десятилетней девочкой… — Какой десятилетней?! Четырнадцать лет! Вся Лиговка ходит три года к ней! — О, господин революционер, это, конечно, меняет дело, четырнадцать лет — самый возраст… для революционера. <...> Вам бы, душа моя, Селезнёв, лучше бы к анархистам. С нравственностью попроще!
  11. Надо осторожнее, понимаешь, в нашем мире, насыщенном разными видами оружия. А то не успеешь заметить, как террористы закидают самолетами, бомбами…
  12. Люди начинают понимать, что тот человек, который погиб во время теракта, он такой же, как я. Он тоже не ожидал, он тоже думал, что с ним этого не может произойти. Это было у «Сплина», это было у Бродского. «Думают люди в Ленинграде и Риме, что смерть — это то, что бывает с другими». Так вот, такое настроение нам не нужно.
  13. Я, как и все моё поколение, вырос в ужасе перед атомной бомбой, так что трагедия минувшего сентября прозвучала словно эхом из прошлого. В целом она оставила у меня смешанные чувства. С одной стороны, деяние террористов бесчеловечно. С другой — столь же отвратительной была истерическая реакция прессы, взявшей на себя роль «продавца страха». Наконец, поток «патриотических» слез, которые продолжают изливаться с рок-сцены, заставляет задуматься о сути взаимоотношений рок-н-ролла и истэблишмента.
20 из 69
Смотрите также